Загадка для ректора - София Руд

Ректор "запал" на меня?

Вирг так и сказал.

А еще приказал обыскать кабинет.

Уф! Как же я от этого устала! Все внутри встает на дыбы даже от одной мысли об этом. А еще противнее, что сейчас даже повода нет считать ректора подлецом. Невеста, как оказалось, беременна вовсе не от него. И теперь все выглядит в совершенно ином свете.

И этот свет дает мне надежду, но ее тут же забирает проклятая флейта. Сдалась она кому-то! Побрякушка, не имеющая толком никакой ценности. Разве что память.

Для кого? Для поклонника казненного психа-некроманта, сотворившего гоблинскую тучу опасных преступлений против живых и мертвых!

— Вивьен, ты обедать идешь? — встречаю после занятий Беатрис, и с охотой присоединяюсь к ней.

По пути к нам прибивается и Лейла, компании которой я очень рада, а вот когда наши ряды решает пополнить Коллин с другом, я резко “вспоминаю” о делах.

Вот только далеко уйти из столовой не удается. Меня перехватывает Вирг.

Точнее профессор Сотт. Он важным шагом подходит ко мне, выцепляет из толпы и велит стоять с ним.

— Ты это специально, да? — рычу, когда вижу, что в нашу сторону стягиваются ненужные любопытные взгляды.

— Ага, — довольно сообщает он, высматривая кого-то в толпе.

И через секунду я понимаю, кого.

Ректора!

Если до этого вся эта игра мне просто не нравилась, то сейчас я ее искренне ненавижу. Меня терзает тот взгляд, которым ректор смотрит в нашу сторону.

Хоть убейте, но я уверена, что он не считает Вирга моим женихом. Тогда что не так?

— Я его отвлеку. У тебя полчаса, чтобы что-нибудь найти, — с улыбкой на лице и льдом в серых глазах командует Вирг, а затем сует мне универсальный артефакт-отмычку.

Придерживает мою ладонь, имитируя близость, а мне хочется руку себе откусить о локоть.

— Поспеши. — цедит он.

А я не хочу! Не хочу идти против ректора!

Не сейчас! А лучше вообще никогда!

Киваю, потому что спорить бесполезно. Лучше посижу тихо в приемной, а потом солгу, что ничего не нашла.

И этим самым, наверное, подпишу свой плен еще на годы. Мамочки, ну почему все так сложно?

Время идет, а я нервно расхаживаю по приемной, пытаясь решить, как же быть. Может, признаться? Может, рассказать все ректору? Если он не обманщик, то, вполне возможно, в самом деле хотел помочь. И если бы не отец Сьюзи, то все случилось бы раньше.

Надеюсь, я не сделаю самую большую ошибку в жизни, доверившись ему.

— Тук-тук! — вскакиваю, надеясь, что пришел сам ректор.

Но он бы не стучал.

Да, конечно же в дверях другой. Посыльный в синем козырьке.

— Письмо, — сует он мне конверт и я тут же спешу за него расписаться. А точно сюда?

“Ректору академии магических сил Диргару Аластеру”.

Что? Стоп! Как?!

— Диргару? — едва слышно шепчут мои губы, а перед глазами вспыхивает воспоминание.

Я прихожу домой, а там суета. Слуги тревожно вздыхают, а в глазах такая печаль, что мне становится страшно. Скорее бегу к кабинету дяди, но замираю, едва подойдя к двери.

– Это все Диргар, будь он трижды проклят! Как он мог так со мной поступить?! – кричит он кому-то, а затем дверь кабинета распахивается так быстро, что я чудом успеваю уберечь свой нос.

– Дядя? – шепчу я, во все глаза глядя на мужчину, в котором едва ли узнаю своего всегда спокойного опекуна.

Он такой взвинченный, что напоминает оголенный нерв. Короткий белый чуб, который обычно стоит домиком, сейчас прилипает к потному, блестящему лбу.

– Что происходит? – тихо шепчу я, в то время как все внутри уже сжимается в ожидании ужасных новостей.

– Собирайся, Вив, мы уезжаем! Сейчас же! – рявкает он так, что я подпрыгиваю от непривычно резких интонаций.

– Но… как же? – только и выдавливаю из себя я, глядя на пугающую суету. – Куда? Надолго?

– Куда подальше и навсегда! – отрезает дядя и тут же принимается орать на слуг.

Клянусь своим любимым браслетом, раньше он не позволял себе подобной грубости.

– А как же академия? Скоро ведь экзамены, – додумываюсь спросить я, но в ответ получаю такой взгляд, что больше приставать с расспросами не хочется.

По его велению я лечу в комнату и собираю все, что только могу. Когда мы выходим из дома на улице уже темно. Все добро дяди не умещается в двух повозках, и он попросту бросает свои сундуки.

Как так?

Дядя не тот, кто делится нажитым. Он знатный скупердяй, и раз уж сейчас идет на такое, значит, дела наши очень плохи.

– Скорее, Вивьен! Скорее! – подгоняет он, и я забираюсь в повозку.

Он плюхается рядом, плотно закрывает дверь и велит извозчику гнать на полную мощь. Я только и успеваю увидеть в окно имение, в котором родилась и выросла.

Я больше сюда не вернусь? Никогда? Почему?

– Будь ты проклят, Диргар! – ругается себе под нос дядя, но я не успеваю спросить, кто это такой, как повозка резко тормозит, а снаружи доносится пугающий шум.

“Диргар Аластер” — вновь читают глаза проклятые буквы, и внутри все разрывается от боли.

Диргар….

Это он!

Это ректор виновен в том, что произошло со мной и дядей?!

От этой мысли все внутри меня встает на дыбы. Даже волосы шевелятся на голове. А на глаза наворачиваются слезы.

Нет, этого не может быть!

Как же так?

Выходит вся его забота, это только иллюзия? Притворство? Ради чего?

Он предал дядю. Может быть, даже подставил его! А следующая на очереди я?

О боги! Как же больно! Как же горько разочаровываться в том, кому отчаянно хочешь верить. Настолько отчаянно, будто моя жизнь в его руках.

От мыслей отвлекает щелчок ручки. В приемную входит ректор, и от одного взгляда на него сердце делает последний удар и замолкает. Будто бы на веки. Будто бы оно погружается в густой омут печали не боли. Не только сердце, но и я сама.

Мне нечем дышать, я не вижу света.

— Вивьен, — хмурится ректора, пытаясь понять, что не так.

Он отчетливо видит боль и злость на моем лице, которые я никак не могу сейчас спрятать. И не хочу!

— Вам письмо, господинДиргар, — цежу я, протягивая проклятый конверт.

Ректор подмечает тот ядовитый акцент, с которым