Украденный источник - Амалия Лик

– Договорились.

– Как думаешь, они действительно разошлись с Амораной? – спросила я.

– Сомневаюсь. Итан манипулятор. И они стоят друг друга. А тебе это важно?

– Нет, – слишком быстро возразила я. – Просто пытаюсь понять, зачем он здесь. – Айс хитро взглянула на меня и плеснула мне в лицо водой, когда я нагнулась. Я ответила тем же, и мы рассмеялись, словно смывая с себя напряжение этого дня.

– Ему что-то нужно, – уверенно шепнула Айс.

– В Брюхе или от нас?

– Может и то, и другое. Мой брат псих. Ты же не веришь, что он хочет спасти Гая?

– Конечно, нет.

– Вот и не верь. Я бы тоже по своей воле не стала спасать сына Бравия.

– Гай другой. – Айс вновь обдала меня брызгами. – Хватит! – Я смахнула с лица влагу.

– Тогда пошли, а то ты светишься от этой воды.

Мы вернулись, я взяла подстилку Айс и поплелась к Итану, который сидел, прислонившись к дереву неподалеку.

– На, не заболей.

– Какая ты сегодня щедрая, Дана, – он протянул руку. – Или… тебя согреет один из сыночков Элеуса? Или сразу оба? Ты же таких предпочитаешь.

Я швырнула в него матрас и, ничего не сказав, пошла к Айс.

– Вот мерзавец, – рявкнула я, ложась рядом с ней. – Слов не хватает.

– Ты ему просто нравишься, – захихикала Айс.

– Если это так, то ему пора сменить тактику и научиться разговаривать с девушками. С таким подходом он себе никогда никого нормального не найдет.

– А кто сказал, что ему нужна нормальная? – и Айс опять хохотнула.

Утром мы быстро перекусили и направились к реке. Солнце только поднималось над горизонтом, а над водой стоял блестящий пар, похожий на волшебный туман, а скорее даже на облако, которое проспало подъем и не успело подняться к собратьям в небо.

– Что это? – спросила я у Илии, показав на туман.

– Жизнь.

– Очень размыто-красиво, – потянул Итан, а Илия одарил его хмурым взглядом.

– Я смотрю, ты совершенствуешь навыки находить друзей, – сказала я, закатала штанины, стянула обувь и вошла в реку.

Мы выбрали самое мелководное на вид место. Прохладное течение окутывало и ласкало ноги, доставая максимум до колен, когда мы переходили реку вброд.

– А в ней водится рыба или еще какая-то живность? – спросила Айс у Сомы.

– Или сгустки энергии? Девочки очень любят их собирать, – не унимался Итан, но Сома не обратил на него внимания и стал рассказывать Айс о реках и их обитателях. Как оказалось, рыбы в водоемах Равнин водилось очень много, но ловили ее редко, предпочитая океанскую. Здесь верили, что рыба из рек – часть их энергии и ее можно есть только на великие празднества или для лечения болезней.

– А та рыба, что была подана в крепости, из реки? – уточнила я, пока мы шли в сторону леса.

– Конечно, самая лучшая для великого события. – Илия поперхнулся. – Или скорее для ужина, который должен был стать великим.

Я почувствовала горечь в его словах и перевела тему опять на рыбу.

– Но она же была огромная.

– У нас есть глубокие реки и бескрайние озера! – с восторгом рассказывал Сома, и было видно, насколько он любит и гордится Равнинами.

– То есть она не из этой реки? – Сома и Илия переглянулись.

– В этой реке нет рыбы, – ответил Илия, – Да и кто отважится тут ее ловить? – Я нахмурилась.

– Это не совсем река, – пояснил Сома, оправляя задранные штанины.

– В смысле?

– Она закольцована вокруг леса.

– То есть это ров? Но я чувствовала течение.

– Я не знаю, как это объяснить. Раньше, на старых картах, это была обычная река, со своим истоком у подножия Великого водопада. В ту пору она несла свои воды в Артерию, главную реку Сердца.

– Но не теперь? – Айс поправила прядь волос и оглянулась на воду.

– Нет. Когда в Брюхе стали пропадать люди и лес населили сущности, видимо, ради безопасности, построили плотину, отгораживающую реку от Артерии. И тогда она словно расщепилась, окольцевав лес и создав Озеро слез – так его называют местные, – Сома взял палку и нарисовал что-то похожее на лезвие кинжала с капелькой крови на конце.

– Жутко. Этот лес напоминает очертание ножа без рукоятки, – словно прочитав мои мысли, выдал Итан. – Нож в Брюхе. Куда ты нас ведешь? – усмехнулся он.

– Никогда так на него не смотрел, – Сома пожал плечами, – Но да, отдаленно похож.

Когда мы вошли в лес, я задрала голову. Деревья были огромные, и, казалось, их вершины уходили в облака. Я еще никогда не видела такого завораживающего своей мощью леса, с сочными и насыщенными красками и стволами, необъятными и вечными. Мы медленно шли вглубь, всматриваясь, как зачарованные, в молниеносно окружившую нас чащу. Но, помимо сказочной красоты природы, было в нем что-то дикое и опасное. Его безмолвие даже днем вселяло страх. Ни птиц, ни шелеста. Лес словно оцепенел от нашего вторжения, и мы будто попали внутрь безмолвной картины. Мы слышали только наши шаги и дыхание, которые звучали громче горна.

– Слишком тихо, – прервал безмолвие Итан.

– Говорят, здесь не водится ни одно животное. Это живой, но одновременно мертвый лес.

– Как такое может быть? – спросила Айс, ступая по толстому ковру мха и стелящейся причудливой травы.

– Люди считают, что здесь живет энергия. – Сома выглядел напряженно.

– Да она у вас повсюду живет, – отмахнулся Итан.

– Я не понимаю, – прошептала я, словно боясь, что нас услышат.

– Говорят, что, когда умирает энергик, его дух, его энергия перемещается сюда.

– И это плохо? – взволновалась Айс. – Почему вы нас сразу-то не предупредили.

– Не все энергики хорошие, есть тревожные духи или те, кто не хотел умирать.

– Никто не хочет умирать, – перебила его Айс.

– Да, но есть те, кто считают, что им слишком рано. И когда они покидают свое тело и попадают в этот лес, то пытаются выбраться.

– И они это могут? – опять зашептала я, оглядываясь по сторонам.

– Нет. Но они же этого не знают, – серьезно сказал Илия. – Поэтому они уничтожают все живое, всех, в ком есть жизнь и энергия. Они считают, что если напитаются ею, то смогут выбраться из этого леса.

– И это – Айс сглотнула, – правда?

– Боже, Айс, это полный бред. Когда ты стала такой трусливой и доверчивой? Это все твое влияние, да? – Итан посмотрел на меня. – Вы что, действительно боитесь каких-то духов, которых, я уверен, никто даже не видел? Это страшилки, которыми запугивают детей, чтобы они не уходили далеко в лес.

– В Брюхе