Самая длинная ночь в году, или В объятиях Зверя - Ани Марика

Приготовив дичь, мы рассаживаемся на бревне. Мужчины запирают меня с двух сторон, действуют как-то очень слаженно и ловко. И будят все мои эротические фантазии. Будто договорились между собой. Зверь не задерживается с нами. Наблюдает, как за мной ухаживают мужчины. Взыркнув, уходит в лес.

— Куда это он? — спрашиваю, вытягивая шею. За эти дни медведь редко отлучался.

— Ешь спокойно, вернётся, — отмахивается Лазарь, подливая кипяток в кружку.

Киваю. И правда, чего я переживаю? Мы же вроде бы договорились: он не убегает, а я найду способ снять проклятье. Правда, где искать, ещё не знаю. Но решила начать с капища Велесу. Возможно, бога умаслим жертвоприношением, и он нам ответ какой даст.

Окончание ужина проходит сумбурно. И всё из-за товарищей, сидящих рядом. Я чувствую витающее в воздухе напряжение. Понимаю прекрасно, куда всё движется. Особенно когда мужчины будто невзначай касаются. То волосы с плеч смахивают, задевая оголённую шею. То, передавая хлеб, пальцы стискивают. И, скорее всего, они оба чувствуют моё возбуждение. В книге прочла про расы. Так вот, у оборотней, как и у драконов, очень острый нюх.

— Я посуду помою, — вскакиваю резко, чуть в костёр не сваливаюсь. Азур успевает придержать за талию.

Лазарь понятливо усмехается, дёрнув дракона, подхватывает ведро и уходит снег набирать. Стряхиваю дурацкое наваждение. Прогоняю непрошеные мысли. Дрожа от волнения, собираю грязную утварь и несусь к рукомойнику. Азур оставляет чугунок с кипятком и тоже занимает себя работой. Дрова да еловые ветки, разбросанные вокруг, собирает.

— Они уже чистые, Вика, — со спины обнимает оборотень, горячим дыханием шею опаляет и носом в свою метку утыкается. Её, к слову, почти уже не видно.

— Да, я... — с мыслями собираюсь и, отложив ложки в ковшик, разворачиваюсь. — Вы мне снились, — признаюсь тихо, прижимаясь лбом к подбородку Лазаря.

— Ты говорила. Что тебя сейчас пугает?

— Ты не понимаешь, — бормочу, прикрывая глаза. — В моих снах вы… мы были вместе.

— Я баньку натопил, — как чёрт из табакерки появляется Азур и разрушает наше уединение. Ловит мой взгляд и играет бровями.

— Отлично. Я первая! — бодро так заявляю и сбегаю в дом.

Чудится, что мужчины последуют за мной. Поймают, зажмут, и потеряю я голову окончательно. Но нет, они у костра располагаются. И меня почему-то это расстраивает.

Собрав чистые вещи и полотенце, обхожу дом и захожу в предбанник. Баня так сильно растоплена, жаром пышет, что в маленьком помещении дышать нечем. Огнянник на славу постарался. Стягиваю слегка отсыревшую одёжку и, ополоснувшись в мыльне, прячусь в парилке.

Оставляю дверь чуть приоткрытой, чтобы дым и пар побыстрее выветрились. А то из-за них почти ничего не видно. Стелю простынь на первую полку и вытягиваюсь, лежа на животе. Глаза прикрываю, прогревая замёрзшие косточки, и блаженно вздыхаю.

— Отхлестать тебя, Пихточка? — томно спрашивает Азур, прикусывая хрящик.

Дёрнувшись, в сторону откатываюсь и таращусь на голых мужчин. Быстро облизываю губы, стараясь не смотреть ниже пояса. Эти двое совершенно не стесняются друг друга. А мне ещё жарче становится.

— Я всё! — выпаливаю и выбегаю в мыльню.

Надрывно дышу, наполняю лёгкие долгожданным кислородом. И сама себя ругаю за столь бурную реакцию. Вроде как решила, что три мужа — это не так уж и плохо, а на деле испугалась.

Соберись, Вика!

Вздохнув, распрямляю плечи, распахиваю дверь парилки и шагаю в омут с головой. Лазарь ловит меня, и его зеленые глаза ярко вспыхивают. Не верю, что действительно решилась. Что позволяю мужу раскрыть мою простынь и полностью обнажаюсь перед двумя мужчинами.

Вздрагиваю, ощущая спиной Азура. Мужчина обхватывает под грудью и целует в шею. Лазарь же в губы впивается. Все слова сгорают под напором их ласк. Низ живота жаром наполняется и тянет.

— Дышать нечем, — жалуюсь мужу, запрокидывая голову вверх и ловя горячий воздух.

Азур подхватывает на руки и выходит из бани. Быстро пересекает весь дом и останавливается возле лежбища. Верчусь в его руках, выискиваю Лазаря. Оборотень перехватывает моё тельце и, круто развернув, к торсу припечатывает. Вновь целует. Ласково, но настойчиво.

Дракон продолжает чувственный натиск, кончиками пальцев ласкает разгорячённое и влажное тело. Просто касается меня, а я уже трепещу и голову теряю.

Боги! Их двое! У меня ещё никогда не было такого опыта. И даже фантазий таких до попадания в этот мир не было. Выдержу ли я? Смогу ли не зажаться в последний момент?

— Я умру, — всхлипываю и жмурюсь, когда оборотень, оставляя дорожку поцелуев, до груди добирается и втягивает вершинку.

— Мы тебе не позволим, Пихточка, — шепчет Азур, прикусывая мочку. — Всё будет хорошо, обещаю.

Поворачиваю голову, и мои губы тут же попадают в плен его губ. Лазарь прикусывает чувствительный сосок, вскрик вырывает. Ноги натурально подкашиваются. Всё тело в сладостном томлении.

Меж тем поцелуи мужа спускаются всё ниже и ниже. Широкие ладони оглаживают и смыкаются на ягодицах, притягивая ближе. Язык задевает чувствительный бугорок, срывая стон.

Мы втроём падаем на матрасы. Азур, под коленку подхватив, на бедро себе закидывает, заставляет ноги шире развести. Держит за голову и целует в губы, жадно, до нехватки кислорода. Лазарь же ласкает мои складочки. Целует, языком толкается. Всё тело словно молнией прошибло. Выгибаюсь, теряюсь, в струнку вытягиваюсь. Так остро, горячо, порочно, но безумно сладко.

Слепо вожу ладонями по мужскому торсу. В волосы Лазаря пятернёй зарываюсь. Азур перехватывает мои ищущие пальцы и направляет. Смыкаю пальцы на каменной плоти. Огнянник тихо рычит и кусает губу.

— Ах! — тихий стон срывается.

— Не сдерживай себя, Пихточка, — урчит мужчина, чуть болезненно стискивая грудь.

Лазарь не прекращает целовать, пальцы бесстыдные добавляет. Меня топит волной наслаждения. Сама ноги раздвигаю, выгибаюсь и стону. Азур добавляет остроты, целуя грудь, покусывая напряжённые соски и двигая моей рукой по своей каменной плоти.

Перед глазами радужные блики расплываются. Волны удовольствия накатывают. Низ живота огнём горит. Чувствую, как оргазм приближается. Но Лазарь останавливается, оставляя меня на грани и вырывая стон разочарования.

Схватив за бёдра, на себя дёргает и с громким шлепком соединяет нас. Азур вскрик выпивает и отстраняется. А меня накрывает сметающим все барьеры оргазмом.

Мужчины дают передохнуть, вернуться в реальность. Лазарь плавно двигается, разгоняя искры удовольствия. Азур гладит, едва касается кончиками пальцев. Постепенно разжигают пламя страсти вновь.

Их руки везде.