Даже не сомневайся - Юлия Резник

В кармане вибрирует телефон.

«Ты сегодня какой-то молчун. Всё нормально?»

Сердце сжимается, пальцы дрожат. Слова Хасана звенят в голове, как кубики льда в стакане.

Я захожу в квартиру. Чувствуя себя взорванным, набираю Миланкин номер. Слышу долгие гудки. Потом её голос, такой родной, любимый, радостный:

— Алло?

Я закрываю глаза.

— Милан, малыш, слушай… Тут такое дело… Нам надо поговорить.

Глава 21

Алла

Утро выдалось какое-то тягучее, мутное, как остывший молочный кисель. С самого рассвета я испытываю какую-то непонятную мне тревогу. Не знаю, чем она вызвана. Просто ощущение надвигающейся беды висит в воздухе. Завариваю кофе, достаю из холодильника йогурт и ловлю себя на мысли, что в квартире как-то уж слишком тихо. Обычно в это время Милана собирается в университет: хлопает дверцами шкафов, выбирая, что надеть, жужжит феном, щебечет с подружками по телефону. А сегодня — тишина. Она вообще вернулась? Ну, так-то да. Я бы ни за что не уснула в противном случае.

Иду к её комнате. Стучусь — молчание. И дверь закрыта. Хмурюсь, потому как была уверена, что эта привычка осталась в её подростковом прошлом.

— Мил? Ты там не опаздываешь?

Изнутри доносится что-то вроде:

— Я сегодня не поеду в универ, мам.

Ну, это ничего. Иногда универ можно и прогулять. Меня настораживает Миланкин голос.

— В смысле — не поедешь? У вас отменили пары? Или ты себя плохо чувствуешь?

— Нет. Просто не хочу.

Вот так, да? Нет, тут что-то нечисто. Я открываю дверь без разрешения, провернув чуть выступающий под ручкой механизм замка. Милана сидит на кровати в пижаме. На коленях ноутбук, но экран тёмный. Бледная, с покрасневшими от слез глазами…

— Может, все-таки расскажешь, что случилось? — я стараюсь, чтобы голос звучал мягко, но внутри всё сжимается.

— Ничего. — Она упрямо глядит мимо меня.

— Слушай, — я сажусь рядом, — «ничего» — это когда ты смеёшься и бежишь на пары, как обычно. А сейчас что-то явно не так.

Милана упрямо поджимает губы, отмалчиваясь. Ее подбородок дрожит. Мое сердце грохочет, набирая темп.

— Вы поругались с Адилем?

— Нет! — резко вскидывается дочь.

— Ладно, тогда, может, объяснишь, что случилось, чтобы я не гадала?

Кладу ладонь Миланке на плечо, внимательно вглядываясь ее в глаза. Минуты тянутся. Дочь упрямо молчит, но потом, конечно, ломается.

— Мам… он… он…

Мое сердце ухает вниз.

— Что он, милая?

Милана делает судорожный вдох, словно перед погружением в бездну:

— Он сказал… У него может быть ребёнок.

Я даже не сразу понимаю смысл. Слова влетают в одно ухо и, не задерживаясь в голове, вылетают в другое.

— Ч-что?..

— Это было еще до меня. Он ничего не знал. А тут объявилась девушка. Говорит, что у неё сын. От моего Адиля.

Сижу, не моргая. Чего я только не придумала, пока ждала ответов, но до такого все-таки не дошла…

— И что Адиль?

— Он говорит, что, скорее всего, это неправда.

— Тогда зачем он тебя в это впутал? — вырывается у меня.

— Ну, ты чего, мам? — икает Милана. — Лучше было бы, если бы он мне врал?

Наверное, это справедливый упрек, но… Как же мне хочется ему наподдать за то, что он заставил мою дочь лить слезы!

Вглядываюсь в Миланкины глаза. А эта маленькая дурочка смотрит на меня свысока и замечает даже с гордостью:

— Разве он не молодец, что ничего не стал скрывать? Разве не главнее всего доверие?

Затрудняясь ответить, я глажу её по плечу, киваю. Внутренности окатывает раскаленной волной стыда. Милана права. Такой шаг требовал определенной смелости. Наверное, мне даже импонирует то, что Адиль не стал юлить… И если бы его откровение так сильно не ударило по Милане, я бы восхитилась тем, как достойно этот парень себя повел.

«А еще если бы ты сама так отчаянно не трусила, — нудит внутренний голос. — Да-да, если бы ты не трусила хотя бы себе признаться, что уже давно не любишь мужа. Что ваши отношения со Стасом — не более чем совместно прожитые годы, привычка и дочь. Что тебя с невероятной силой влечёт к другому мужчине, а ты упрямо отрицаешь факты!»

— Да, наверное, но если, как он говорит, это, скорее всего, неправда… Зачем тебе лишний раз волноваться?

Сбитая с толку Милана утыкается лбом в планшет и начинает тихонечко подвывать.

— А это тебе на кой? — осторожно вынимаю айпад.

— Я н-нашла эт-ту девушку в соцсетях.

— Господи, Милан, да зачем?

— Не знаю! — всхлипывает. — Что если у него действительно с ней ребенок?! Я же… Я же мечтала родить ему сына. А он уже есть!

— Да погоди ты, ну! Сама же говоришь, что Адиль в это не верит.

— А кто бы на его месте поверил? Это не слишком удобная правда, — злится дочь, поднимая на меня растерянные совершенно глаза. — Что мне делать, мам? Я не понимаю, что мне делать? Все отменять?

Господи! Разве я могу тут что-то советовать? На самом деле я сплю и вижу, чтобы эта свадьба расстроилась. Чтобы жизнь нашей семьи вернулась в свое прежнее знакомое и безопасное русло. Но! Кем я тогда буду?! Эгоисткой, которая, выбирая между собственным покоем и счастьем дочери, предпочла покой? Нет, я не могу так поступить с Милкой. Это сейчас она по своей наивности ни черта не понимает. А однажды поймет… и не простит.

— Постой, погоди… Не гони коней. Дай-ка…

— Что ты делаешь?

— Пытаюсь выяснить, как долго придется ждать результатов анализа на отцовство, — бурчу, залезая в поисковик. — Ну а что, полезнее, чем бесконечно листать чужие фотографии.

Она всхлипывает, но уголки губ всё-таки дергаются вверх. Маленькая, да, но ведь победа!

— Ну? Что там пишут?

— Пишут, что ждать примерно пять-семь дней.

— Я умру за это время! — всхлипывает Милана.

— А Адиль говорил, они уже сдали анализы?

— Да нет! Когда? Только номерами обменялись, чтобы обо всем договориться.

— Ясно. Ну, ты скажи ему, чтобы не тянул. Если что-то решать со свадьбой, то лучше с этим не затягивать.

Миланка кивает. И начинает еще горше плакать. Мое материнское сердце плачет вместе с ней.

— Ну, все-все, может, зря ты вообще рвешь душу.

Или нет, а я даю ей несбыточную надежду? Как знать! Но я просто не могу смотреть на ее страдания и ничего не делать!

— Ага, может быть.

Глажу дочь по волосам.

— Мил, а Байсаровы-то в курсе? — интересуюсь, затаив дыхание.

— Дед Хасан точно. Адиль