Душа ведьмы. Начало - Анита Милаева

Алессандра хотела тут же выдвигаться в путь после передачи пленных, но из-за матери решила задержаться здесь дольше.

С Влашским князем было оговорено встретиться на северных землях, когда он оформит все документы и договора для передачи земель.

Видимо, не только мать, а еще какие-то силы держали Алессандру на родных землях, ибо через пару дней она снова увидела войска князя Влашского и его самого у своих ворот.

— Я бы хотел изменить пункты нашего соглашения в связи с новыми обстоятельствами, — сообщил он после приветственной речи.

— Какие обстоятельства изменились?

— У меня ваш отец, — последовал ответ. — Он ранен. И ранен не нами.

— Он ваш пленник, — вздохнула Алессандра. — Опять ситуация повторяется. Вы отдаете близкого для меня человека, и всегда при этом он ранен. Я же отдала вам ваших людей без единой царапины. Вы не находите это несправедливым?

— Не делайте поспешных выводов. Он не мой пленник, и не я стал причиной его ранения. Точнее нужно сказать, что я его спаситель. Мы нашли вашего отца с остатком разбитого войска. Он был ранен, изможден, без помощи и с малым количеством запасов еды и питья.

— Полагаю, вы хотите изменить условие о передачи северных земель.

— Нет. Этот пункт мы оставим. Я бы хотел отменить договор о ненападении. Мне бы хотелось полностью аннулировать наши соглашения, но, так как я не пленял ваших людей, а выступил спасателем, то смею просить отмену лишь одного из пунктов.

— Ну что ж, значит снова враги, — резюмировала Алессандра, прочитав в глазах Влада удовлетворенность.

Молодая женщина поспешила к раненому отцу и не успокоилась, пока он не был помещен в свои покои и не пришел в себя.

— Ты как? — спросила дочь.

— Бывало и хуже.

— Ты уже слышал о моих действиях?

— Только глухой не слышал.

— Ты примкнешь к моему княжеству? Станешь нашим союзником?

— Я бы предпочел стать частью княжества Острожских, а не союзником, — спокойно ответил Собезский.

— Спасибо, папа, — Алессандра крепко сжала отцовскую руку и поцеловала его в щеку.

— Девочка моя, ты уверена в том, что делаешь? — тихо спросил он.

— Уверена как никогда, — ответила она.

Хотелось бы Острожской задержаться в родительском доме, но она не могла позволить себе такой роскоши.

Пребывая в пути, окунулась в раздумья. Ее позабавила логика Влашского, его обиженное мужское эго. Он готов был потерять часть земель, но не готов упустить возможность отомстить ей.

Его логика ей понятна, ведь, находясь в стадии войны, он вполне может вернуть свои земли и получить реванш, залечив уязвленную гордость.

Острожская поспешила на свои земли. Ей срочно следовало завершить начатое. Ситуация в государстве оставалась шаткой. Король, который по-прежнему был безвольным и больным оставался не лучшим правителем. Слабый правитель — слабое государство. Сейчас, как никогда, было важно стать самой влиятельной в королевстве.

Следующие несколько месяцев были для Алессандры довольно напряженными. Она укрепляла свое влияние на новых завоеванных территориях и активно увеличивала количество своих союзников. Нужно сказать, что с этим она справлялась успешно. На одно обстоятельство не могла повлиять — это здоровье близких. Как и предсказывали лекари — муж больше не мог подниматься с постели, а это означало, что ей следовало поспешить с наследником. Здоровье родителей также оставляло желать лучшего. Острожской пришлось направить в крепость одного из своих генералов, который взял на себя ответственность за управление замком.

С каждым днем она все сильнее укрепляла военную мощь на завоеванных территориях, у княгини было стойкое предчувствие, что скоро жизнь в королевстве резко изменится.

…— Король умер, — принес гонец печальную весть.

— Началось, — резюмировала Алессандра, задумчиво глядя вдаль.

“У королевства начинаются трудные времена”, — шептало сердце. Это событие изменит многое. Власть оказалась в руках неразумного тщеславного короля, который жаждет лишь славы и богатства.

— Как ты думаешь, через какой промежуток времени Ян снова ввяжется в войну? — спросила она у Тадеуша на военном совете.

— Трудно сказать. Будем надеятся, что в ближайшее время он будет скорбеть по отцу и вступать в права наследования.

— Вам стоит принести присягу в верности новому королю, — заметил один из генералов.

— Это в мои планы не входит. Но у меня имеются другие мысли, пока Ян не решил снова послать войска на северные земли, мы пойдем на опережение.

— И что мы можем сделать в этом случае? Что можно предпринять, чтобы не допустить войну, которую хочет развязать сам король? Думаете нам под силу противостоять монарху? — усомнился один из генералов.

— Вот это нам и предстоит узнать. Разошлите гонцов в соседние княжества с приглашением присоединиться к общему совету, — уверенно скомандовала Острожская.

Пришло время показать королю, у кого настоящая власть, и что она и ее люди больше не будут марионетками в чужих руках.

— Это, вероятно, важное событие в твоей жизни. Ты хочешь показать свою власть, заступиться за своих людей, но ты не о том думаешь, — сидя вечером у огня, Алессандра слушала размышления умершей бабушки.

— А что по-твоему сейчас важнее?

— Да много чего. Я, например. Ты до сих пор не отомстила за мою смерть. Тебе стоит найти мой сосуд, и позволить моей душе обрести покой.

— Думаю, что твоя душа и месть за тебя могут немного подождать.

— Возможно. У тебя есть время, но это ровно до тех пор, пока те, кто за ней охотятся не обретут большие силы и не придут за ней. А ты даже не сможешь им противостоять, так как навыки в тебе вовсе не развиваются. Вот то второе важное дело, которое куда важнее власти. Развивать себя как ведьму.

— Я обязательно займусь этим. Ты же видишь, не успела я укрепить свое княжество, как Казимир решил умереть, — раздосадовано ответила молодая женщина.

— Но, кроме этих всех дел, есть то, что тебе необходимо сделать уже сейчас, — в голосе призрака слышались стальные нотки.

— И что же это? — с раздражением в голосе спросила молодая женщина, которая считала, что важнее, чем укрепление власти нет на данный момент ничего.

— Тебе стоит зачать наследника, — огорошил ответ бестелесного видения.

Острожская хотела резко ответить своей наставнице, но не стала этого делать, понимая — Анна права.