Одержимость Сулима - Анюта Васильева

19 Глава

Чай действительно успокоил Ярославу, да так, что уже через полчаса она начала клевать носом. Какое-то время сопротивлялась сну, даже немного поела. Потом снова откинулась на спинку дивана и в конце концов её голова свалилась на плечо Сулима.

— Зачем она тебе? — всё же не удержался от вопроса друг Бараева. — Это ведь сестра той шаболды, что племянника твоего опоила.

— Она самая.

— Ну так зачем?

— Несколько причин! — попытался уклониться от ответа Сулим, но Тумур всегда был с ним максимально честен, поэтому он решил всё же пояснить. — Парни не могли её разговорить, пришлось немного помочь. Я тогда как раз на взводе был, просто под горячую руку мне попала. Короче, девка оказалась чистой, а ты ведь знаешь, как я ценю это.

— Так это на месте покуражиться. Сюда чего притащил?

— Сестра её не всё рассказала. Я решил, пока при себе оставлю. Так надёжнее. Ну и, чтобы время впустую не тратила, наследника родит мне.

— Ого! — искренне удивился Тумур, но через пару мгновений всё же добавил. — Я, в общем-то, так и предполагал, что найдешь бабенку для родов. Только думал, воспользуешься суррогатным материнством.

— Тумур! — Сулим вмиг стал предельно серьёзным. — Заканчивал бы ты с женою попсовую хрень по телику смотреть.

Тадаев негромко рассмеялся.

— Ладно. Твоё дело! Но что-то же тебя подтолкнуло принять именно такое решение.

— Что-то подтолкнуло... — ответил, загадочно улыбаясь своей хищной улыбкой, Сулим.

Сулим сделал глоток виски из своего стакана и вернул его на место.

— Агияну-старшему приглянулась она очень. Он не трогал её, потому что с его сыном встречалась. Этот старый хрен контролировал, чтобы сынулька раньше времени не попортил, а сам быстрее партию сыну подбирал.

— Вот, где мыльная опера! — снова усмехнулся Тумур. — И молоденькую девочку под себя и с сыном не расхерачиться.

— Ну вроде того. Пока она совсем девчонкой была, Маркар ещё как-то терпел, не дёргался, а как ей восемнадцать стукнуло, быстро невесту сыну нашёл. Только Давид всё сопротивлялся.

— Так тебе-то что? — перебил Тумур, не желая вдаваться в подробности, суть и так ясна. — Пусть бы забрал. Или пользованная не нужна?

— Как оказалось, очень нужна. Он со своей немногочисленной свитой почти до самого Иркутска за ней мчался.

— Ясно.

— Я забрал её потому, что эта гнида знал, чем промышляют в его городе. Вернее, знали многие, но доказательства были только у него. У одного из немногих, как оказалось. С Хасаном у этой шайки был первый серьёзный прокол и всё выплыло.

— Хочешь сказать, что не все смотрящие знали об этом?

— Говорят, поймать не могли. Одного лоха с их шайки месяц назад за жопу взяли, но опять никаких прямых доказательств. Трава и лёгкие колёса.

— Да отстёгивали старшим регулярно деньги немалые. Вот и не ловили.

— Это само собой понятно. Но по факту Маркар знал. Собственно поэтому я и решил игрушку, которую он не один год ждал, забрать себе. Не лезть же с волыной направо и налево. Я же не на своей территории. Устранил только прямых участников, а этому вот так...

— Теперь понятно.

Тумурзориг видел, что тут ещё что-то сыграло немалую роль, но спрашивать ничего больше не стал. К тому же под бок Тумура прильнула натанцевавшаяся жена.

Гости стали расходиться уже во втором часу ночи. Ярослава успела к этому времени перебить себе сон и теперь пыталась прийти в себя, собрать растекшийся мозг в устойчивый сгусток.

По дороге домой Сулим и Ярослава не обмолвились друг с другом ни словом. Да, в общем-то, и ехали они по практически пустой ночной Москве минут пятнадцать, не более.

Сулим привез девушку на свою городскую квартиру. Не самую большую по столичным меркам, но довольно современную и комфортную для проживания. Тут у него будет возможность наказать её. Разумеется, оставить всё так он не мог. Но сначала ей нужно заслужить своё наказание…

Сулим усмехнулся, заметив с каким облегчением выдохнула Яра, сняв с себя туфли. Он их обязательно выбросит.

— Я думала, у тебя загородный дом.

Ярослава с любопытством осматривала просторную гостиную с панорамными окнами. Большой и довольно воздушный белоснежный диван, девушка решила, что не будет садиться на него, не хочет, что называется, замусолить эту красоту. Перед диваном пушистый, тёмно-коричневый с бежевыми вставками, ковёр и большая плазма на тумбе. Кстати говоря, на неё Ярослава и положила портмоне Сулима. Оправдываться за потраченные деньги не имело смысла. Наверняка Бараеву приходили смски.

Идеальная чистота и запах больше офисный, нежели домашний, из чего Ярослава сделала вывод: нечасто Сулим тут бывает. И она права. В этой квартире Сулим бывал редко, в основном, когда допоздна задерживался на работе или с женщинами.

— Поговорим о моей недвижимости?

Ярослава отрицательно качнула головой и вновь замолчала. Не знала как начать разговор. Теперь было сложно подобрать правильные слова.

— Я буду послушной, Сулим, — наконец выдавила из себя.

— Я это уже слышал, — Бараев, бросив эту фразу, зашагал вглубь квартиры. Ярослава тут же засеменила за ним, не уверена была, что поступает правильно, но ей необходимо было расставить все точки здесь и сейчас. Иначе она не сможет успокоиться.

— Сулим?

Девушка нагнала мужчину, когда тот уже был в своей спальне и, расстегнув ремень на брюках, уже тянул их вниз.

— Я тебя в душ с собою не приглашал.

— А я и не напрашиваюсь! — Ярослава едва не задохнулась от возмущения. — Не трогай маму.

— Ты мне будешь указывать, что мне делать?

— Сулим, у нас был договор. Я с тобой, а ты не трогаешь маму.

— Тут ключевое слово — был, — Сулим уже разделся до трусов и, взяв из встроенного шкафа чистое полотенце, направился в ванную комнату, при этом бросив на ходу:

— Ярослава, не я нарушил уговор, — и скрылся за дверью.

Сулиму было нужно, чтобы девчонка всё осознала, контролировать её постоянно — тоже не дело. У Сулима слишком много забот, он не хочет ежеминутно греть голову тем, не решила ли его игрушка что-нибудь выкинуть.

Как Сулим и предполагал, не прошло и пяти минут, он почувствовал, как спину закололо. Она пришла. И он готов поклясться, как только он обернётся, увидит её полностью обнажённой. Так и есть! Развернувшись, мужчина увидел перед собой совершенно голое тело той, которую он всё ещё страстно желает. Бараеву нравится тело Ярославы, ему нравится ощущать под пальцами бархатистость её кожи, хотя он ещё не исследовал