По воле стихий - Ирина Дан

На завтраке я взяла первой слова, устав от пристального внимания Вальдара, он ничего не говорил, но его взгляд был более красноречивый.

— Ребята, у меня к вам есть важный разговор. Если хотите знать обо чуть больше, чем сейчас, то приходите в нашу с Леа комнату после занятий.

Судя по тому, как загорелись глаза у моих друзей, придут все. Зато обстановка за столом стала более расслабленной. Дар наконец то рассказал нам, как вымолил прощение у Кэтти за глупые слова. Она смущённо улыбалась, а мой партнер не скрывал самоиронии, расписал все свои косяки так, что не то что ругаться не хотелось, хотелось смеяться и жалеть этого великовозрастного оболтуса.

Мы спокойно провели последний учебный день, ничего и никто его не омрачил. Только нервы стали сдавать, стоило вспомнить, что обещала друзьям. Пообещать было просто, но стоило вспомнить, что меня могут не понять и не простить за обман, становилось физически плохо.

Тем не менее, час икс настал, как бы его не откладывай. В комнате были мои самые дорогие люди: Леа с Кэтти и Дар с Седжем.

Они поставили мне стул посередине комнаты, сами же уселись на кроватях. Меня не торопили, просто ждали, когда я начну. Только Леа ласково улыбалась, даря необходимую поддержку.

— Я волнуюсь, — честно призналась ребятам, когда тишина затянулась. — Ну думала, что я такая трусиха.

Нервно улыбнулась. Думала, что друзья сейчас встанут и уйдут, но они сидели и продолжали пристально рассматривать меня.

— Ладно, начну с начала. Попрошу только дать высказаться сначала, потом можете обижаться и кидать в меня тапками.

Осмотрелась, ничего не изменилось, никто и не думал мне мешать.

— Меня зовут Мэйлин оф Маульская. Мне двадцать восемь лет.

Стоило только начать и слова сами потекли нескончаемым потоком. В этот раз я не стала юлить и скрывать свою жизнь. Рассказала всё, что помнила. История растянулась надолго, до самого вечера я просто говорила.

Леа принесла мне бокал с водой. Она несколько раз украдкой вытирала глаза. Кэтти спрятала своё лицо на плече Вальдара. Седжин смотрел в окно, было ощущение, что он мыслями находился не здесь, не с нами. И только на лице моего партнера я видела, что моя история не оставила его равнодушным. Я видела столько эмоций, сколько еще не видела за всё время нашего знакомства.

Как я и попросила, меня никто не перебивал, я выдохнула, когда сообщила последнюю информацию, полученную от магистра Финна.

— Прости меня, Вальдар, я не дождалась Шердана. Мне правда жаль, — получилось глухо и отрешенно.

Он только махнул на меня рукой. Первым, как ни странно, заговорил Седжин:

— Вас теперь звать герцогиня Мэйлин?

Его слова больно полоснули по сердцу. Стало горько и обидно. Он прав и не прав одновременно. И как теперь объяснить, что между нами ничего не изменилось?

— Может и меня тогда начнешь звать герцогиней Леанелией? Раз это единственное, что тебя беспокоит, — заступилась за меня моя соседка.

Молодой мужчина стушевался.

— Если вы не против, то я хотела бы и дальше оставаться для всех Мэй он Бегельская. Тем более для вас я так и буду просто Мэй, если вы не против.

Почувствовала себя подростком, которая оправдывалась перед родителями.

— Мэй, ты уже знаешь, я с тобой в любом случае. Скажу только спасибо, что открылась, теперь мне стали более понятны твои действия, с моей стороны ничего не изменилось, — вновь подала голос Леа.

Она встала и обняла меня. Я же облегченно вздохнула. Даже и подумать не могла, что я настолько зависима от поддержки своих друзей.

— Я подумаю, если можно, — произнеся это, Седж встал и ушёл.

На глазах выступили слезы. Головой понимала своего одногруппника, но сердце плакало.

— Мы с тобой, герцогиня, — грустно улыбаясь произнес Вальдар. — Для меня всё это сложно, мне нужно полученную информацию переварить, но я от друзей так просто не отказываюсь. Так ведь, Кэтти?

Девушка подняла на меня зареванные лицо и улыбнулась, кивая головой. Мои губы сами растянулись в ответной улыбке.

— Если на сегодня всё, то мы, пожалуй, пойдем. Уже поздно.

Последние наши гости ушли. Я же стукнула себя по лбу и побежала на полигон. Естественно опоздала. Каспер занимался со своей командой, магистра Герарда я нашла на турниках. Он был зол и угрюм. Пришлось сделать вид, что я уже давно стою на краю полигона, что всё нормально, и вообще это не я опоздала, это все остальные рано пришли. Уловка не удалась.

Усиленная нагрузка стала мне наградой. Пожалела себя миллион раз, пока повторяла за преподавателем все упражнения, которые он выполнял играючи.

— Так что там с сегодняшним свиданием? — спросил мой личный мучитель, когда подавал руку, чтобы помочь мне встать.

Смерила его самым уничтожительным взглядом из имеющихся в моем арсенале. На что получила только довольный хмык.

— Не волнуйся так, малышка Мэй, — прошептал на ушко этот искуситель. — Я сегодня не успел подготовиться. Так что можем поужинать у меня, а потом вновь прогуляться под луной.

И, как уже не раз делал магистр, моего ответа не стал дожидаться, просто обнял за талию и повел к себе. В принципе, я и не сопротивлялась. За прошедшие дни я устала и морально и физически, не было уже сил на споры.

И вообще день закончился просто замечательно: уснула в кресле, пока Герард накрывал стол. Я просто закрыла на минуточку глаза.

Глава 31

Мой единственный выходной начался, как и предыдущий, с тренировки. Магистр был чуток и внимателен. Под его руководством я сделала значительные успехи. Вполне могла выдержать неторопливый темп преподавателя, то, что раньше было для меня вершиной физических нагрузок, теперь стало обыденностью. Герард рассказал, что такие физические нагрузки хорошо помогают справиться с выплеском магии. В армии нет под рукой представительниц женского пола с похожим уровнем магии, поэтому приходится обходиться подручными средствами, а именно: тренировки до изнеможения, отключение сознания и другие перераспределения потока магии.

Тонкий намек на моё поведение. Я его услышала. Порадовалась, что мне достался такой опытный, мудрый мужчина, который просто и легко объяснял то, о чем другие умалчивали.

В очередной раз пообещала, что вечером пойду на свидание и поплелась к себе. Не было вообще никакого желания что-либо делать.

День тянулся долго, уроки сделаны, друзья не поднимали тему вчерашних моих излияний души. Всё ровно и спокойно.

Вечером я вновь