Две плети - Майя Невская

в прошлый раз в сауне я чувствовала, что он себя сдерживает. Глубоко вдохнув, я позволила ему скользнуть глубже. Зоран прижал мою голову к себе, вынуждая задержаться в таком положении чуть дольше. Появился рефлекс, который я разучилась подавлять. Выступили слезы. Зоран позволил мне отстраниться. Я рвано вдохнула. Его глаза жгли меня огнем. Он хотел еще. Хотел грубее и жестче. Видела это, чувствовала. Не мешкая, я снова продолжила сосать, через раз давая возможность его члену достигать горла.

— Гребаный ад, — раздалось над головой.

Ладонь Зорана на моем затылке настойчиво давила, вынуждая снова и снова впускать в себя его член весь до основания. Я старалась выложиться на максимум. Мне хотелось, чтобы Зорану было хорошо… и хотелось, чтобы Богдан мной гордился.

Кончив, Зоран отпустил меня. Я провела по щекам, стирая слезы, и посмотрела на Богдана, неосознанно ища у него одобрения.

— Понравилось? — Спросил он.

Я кивнула. Богдан встал и заставил подняться меня, поворачивая к Зорану спиной. Достав из кармана наручники, он бросил их другу. Тут же мои запястья оказались скованны сзади. Это увеличило и без того неистовое возбуждение.

— Девочка, — Богдан обхватил меня за горло, — я разрешил Зорану тебя трахнуть. Постарайся для моего друга как следует.

Я судорожно облизала губы. Понимание, что Богдан распоряжается моим телом, делится мной с другом, заставляло терять голову. Остались только голые животные инстинкты. Зоран потянул меня на себя. Под пристальным взглядом Богдана я медленно опустилась на член его друга. Когда он полностью оказался во мне, по телу пробежала дрожь. Зоран заполнил меня до упора. Потрясающее ощущение наполненности, наконец, принесло облегчение. Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом.

— Моя девочка мокрая?

— Чертовски. — Зоран потянул меня за волосы, заставляя откинуть голову ему на плечо, и поцеловал в шею, ощутимо прикусывая кожу. Ладонями он сильно сжал мою грудь, сдавил соски. Я простонала, плавясь от его прикосновений и поцелуев. — Чертовски горячая и чертовски мокрая.

Богдан начал расстегивать брюки. Я смотрела на него и облизывала пересохшие губы, предвкушая, как сейчас и он окажется во мне. Удерживая член у основания, он провел головкой по моим губам. Я приоткрыла рот, желая ощутить его внутри, но Богдан не спешил начинать.

— Пожалуйста, — умоляюще я посмотрела на него снизу вверх. — Хозяин.

Богдан обхватил меня за шею и, притянув к себе, протолкнул член сразу в горло и, не давая освоиться начал совершать резкие толчки. Зоран положил ладонь мне на живот, вынуждая двигаться. Он растягивал меня, заставлял между ног все полыхать огнем. Вместе они резко входили в меня, доводя до исступления. От грубого проникновения в горло из глаз лились слезы. Хотелось кашлять, но Богдан не давал мне и вдоха сделать. Зоран насаживал меня на себя, причиняя боль. А я все равно текла как ненормальная. Мне нравилось, до безумия нравилось все, что они со мной сейчас делали.

— Алина, кончать нельзя.

Я отчаянно простонала и посмотрела на Богдана. Он провел по моей щеке костяшкой указательного пальца, стирая слезу. В этот момент Зоран накрыл ладонью мой лобок и пальцем надавил на клитор. Я простонала громче и дернулась, сжимая его член сильнее. Если Зоран продолжит в том же духе, я снова нарушу приказ Богдана.

Я мычала, умоляя Зорана прекратить, дергала руками, заставляя наручники звенеть. Сжимала кулаки, стараясь сдержать подступающий оргазм. В этот момент Богдан кончил, изливаясь в мое горло и отстранился, позволяя немного отдышаться.

— Пожалуйста… не… надо, — рвано проговорила я, повернув голову в сторону, — Зоран… пожалуйста… убери руку.

Он резко опустил меня на себя, сильнее надавил на клитор, заставляя вскрикнуть. Ощущения нарастали как снежный ком.

— Что не надо, девочка?

— Я сейчас… кончу… Мне нельзя… Пожалуйста…

— Может быть, надо умолять не меня, а своего Хозяина, Алина? Может, стоит все-таки просить разрешения кончить у Богдана, а не уговаривать меня остановиться?

— Он не разрешит, — проговорила я, смотря в глаза Богдану. — А я не хочу нарушить приказ.

Зоран немного изменил угол проникновения, вынуждая меня снова громко стонать и извиваться у него на бедрах. Во мне все смешалось. Мне нужно было умолять обоих и каждого о противоположном. Еще мгновение и меня разорвет от происходящего.

— Пожалуйста, Хозяин… — Я зажмурилась, чувствуя, что этих слов недостаточно, но прямо сейчас не была способна связно мыслить. — Пожалуйста… — рваный вдох, — умоляю…

— Алина, я накажу тебя. Больно накажу, если ты сейчас кончишь, — пообещал Богдан.

Мне хотелось разрыдаться.

— Зоран, — предприняла я еще одну попытку, умоляя его о помощи.

Он убрал руку и продолжил резко опускать меня на себя. Без дополнительной стимуляции стало немного легче, но это все равно не помогло. Несколько сильных толчков и я с криком кончила, сотрясаясь в руках Зорана. Минуту спустя, до боли вдавливая пальцы в мои бедра, он последовал за мной.

Богдан покачал головой, глядя на меня.

— Какая у меня непослушная девочка. Уже дважды без разрешения кончила. Что мне делать с тобой, Алина?

До дрожи не хотелось разочаровывать Богдана. По щекам скатились непрошеные слезы. Зоран развернул меня к себе. Я уткнулась щекой в его грудь. Он провел большим пальцем по надписи на моем лобке.

— Для послушной девочки ты и, правда, слишком часто нарываешься на наказания.

— Алина старается, но пока выходит плохо.

— Хозяин, простите меня, пожалуйста.

— Поздно, Алина. Надо было раньше меня умолять.

Я снова прижалась к Зорану. Тело было удовлетворено, душа наоборот — страдала. Мне было так хорошо с ними двумя еще несколько минут назад, а теперь я ощущала растущее внутри мучительное отчаяние.

— Не будем откладывать наказание. Друг, составишь компанию, раз уж ты приложил руку к ее оргазмам.

— Ни за что не откажусь от такой возможности, — раздался голос у меня над головой.

Глава двадцать пятая

Вот сейчас мне по-настоящему стало не по себе. В мои МЖМ-фантазии не входило наказание. Я вообще не фанат порок и боли. Одно дело фантазировать о сексе втроем и другое — быть наказанной сразу двумя мужчинами. Если первое возбуждало, то второе вызывало совсем иные реакции.

Богдан снял с меня наручники. Зоран нежно растер мои запястья. Я хотела встать, но он не выпустил меня из объятий.

— Кто разогреет? — Спросил Зоран, увеличивая мою нервозность.

Богдан сжал кулак, предлагая игру «камень, ножницы, бумага» и в итоге Зоран выиграл.

— За плетями пока схожу.

— Ты чего так разнервничалась, девочка?

— Не люблю наказания.

— На то оно и наказание, ведь так? Давай, Алина, животом ко мне на колени.

Ничего не оставалось кроме как подчиниться. Выбравшись из