Уроки любви - Катерина Пелевина

Ась, – он удерживает мои руки и гладит меня, прижимая к себе. – Послушай меня… Я очень долго не мог найти себя. Очень-очень долго… Но появилась ты… И мне впервые захотелось жить. Появился какой-то смысл, понимаешь?

– Какой смысл… Нет никакого смысла, ты всё ломаешь… Ты… Бросаешь меня… Ты…

– Я боюсь за тебя… – он сжимает волосы на моём затылке и вдыхает мой запах, а я так и продолжаю рыдать у него на коленях. – У нас нет выбора, малыш. Понимаешь?

– Нет, я не понимаю… Почему ты просто не можешь уйти оттуда?!

– Потому что оттуда не выпускают, Ась… Просто так не выйдешь, понимаешь?

– А твой отец… Он ведь может что-то сделать?! Может…

– Ася… Не лезь туда, откуда не вылезешь, ладно? И отца моего не трогай, он живёт своей жизнью…

– Нет! Он переживает за тебя! Как ты понять не можешь?! Есть люди, которым ты дорог! И отец в их числе! – выпаливаю я, и он тут же снимает меня с себя, начав вставать.

– Плохая была идея. Я попрощаться приходил… – резко огрызается и идёт к двери.

– Трус! – кричу я, заставив его замереть и остановиться. – Ты всю свою жизнь бежишь от чувств! Всю жизнь! Ты и сейчас бежишь, как от огня, ну и проваливай тогда! Живи с ощущением пустоты и никчёмности, раз так хочешь!

– Блядь! – разворачивается и сжимает кулаки. – Ты нихуя не понимаешь! Ты не понимаешь, с чем я связан, и о моей жизни ты нихрена не знаешь! Думала, если я рассказал тебе жалкий кусок о родителях, значит, вправе манипулировать теперь?! Думала, что охренеть как близка мне стала или что?!

Не выдержав эмоционального напряжения, я тут же даю ему по щеке снова. Сил нет, ровно, как и жизненных ресурсов. Он их все вынул. Но не успеваю я убрать руку, как он обхватывает и тянет к себе. Бодает меня, обхватив руками голову.

– Я, блядь, злюсь на тебя… Когда я злюсь я несу дичь… – бормочет, пока я сопротивляюсь. – Успокойся… Я вот этого как раз и не хочу… Нет, не хочу.

– Отвали!

– Ася, прости… Ась… Близка, близка, ты мне близка. Под кожей, в венах, повсюду, не уходи… Не плачь… – целует моё лицо, заставляя меня взглянуть на себя. Грудь тут же прошивает молниями. Потому что он и сам плачет. А если он плачет… То мы и вправду прощаемся. Я так не могу…

Тут же вцепляюсь в него обеими руками. Вонзаюсь носом в шею, повиснув на нём.

– Я не отпущу тебя… Нет, я не отпущу…

– Ась…

– Мы что-то придумаем… Мы поговорим. Мы придумаем и всё решим. Но не уходи от меня… Не бросай меня сейчас, если ты уйдёшь, я не смогу без тебя… Я впервые чувствую себя живой… Кирилл…

Ощущаю, как нас обоих трясёт. Как долбят за рёбрами сердца… Стоять не могу, ноги не слушаются… Трусь об него лицом, вся в слезах, хочу, чтобы мы ими смешались и никогда друг друга не отпускали…

Он поднимает меня на руки и несёт к кровати. Просто роняет, прижав к себе. Сжимает волосы, целует. Я нюхаю его и понимаю, что это самый родной мне запах на свете. Я до смерти боюсь этого лишиться… Я боюсь быть без него.

– Кир… – провожу ладонью по его плечам и веду ею вверх по волосам…

– Моя… – выдыхает он и держит меня, сжав кофту в кулаки. – Чё вот ты делаешь… Ась, ты понимаешь, что что-то может случиться… А если случится, я просто сдохну… Если с тобой из-за меня…

– Кирилл…

– М?

– Я люблю тебя… – признаюсь, стирая со щёк слёзы, он смотрит на меня своими зелёными глазами и молчит. Больно из-за того, что он не скажет мне того же. И я заранее знала, что не скажет, но носить это в себе невозможно… Невыносимо. Лучше признаться… Он гладит моё лицо. Смотрит и что-то внутри него рушится. – Я не хочу, чтобы ты думал, будто я прилипла к тебе… Что я просто… Я отпущу, если ты хочешь уйти…

Каждое слово даётся мне с болью в сердце. На душе скребёт.

– Я не думал, что ты прилипла, Ася… Я так не думал…

– Я боюсь за тебя, Кир. Я очень за тебя боюсь. Как и ты за меня… Думаешь, если с тобой что-то случится, то я смогу так просто жить? Думаешь, что… Я смогу просто… Ты единственный, кто не врёт мне… Ты и моя Лиза… Я одна, Кир… Я просто одна, понимаешь? Я одна…

– Тиииише… Успокойся… Ты не одна… Почему ты так говоришь… М? Расскажи мне…

– Потому что мама всю мою жизнь врала мне, забрав меня у отца… Ради денег… Стала жить с богатым мужчиной. Наверное, ты знаешь, кто мой отчим…

– Ну так… В двух словах…

– Они врали мне, что отцу на меня плевать и… Что она о нём ничего не знает… А он писал мне. Он просто… Работает где-то очень далеко. Думает обо мне. У него даже женщины нет… Не знаю, что она ему ответила. Я нашла письмо… А адреса у меня нет. И теперь мне больно… Твой папа так за тебя переживал…

– Ты взяла трубку…

– Да, один раз я взяла… Извини меня за это, я не имела права… Я знаю… Но подумав о своем отце, мне стало так горько, и я взяла… Если бы у меня была возможность поговорить со своим папой, я бы всё отдала, чтобы это сделать… Но… Её у меня нет… Забрали…

– Иди сюда, поближе… Ко мне… – он целует меня в макушку, пока я обнимаю его. – Я знаю, прозвучит странно… Но я долгое время думал, что у меня вообще нет отца… Я смотрел сквозь него. Я до сих пор хочу так смотреть… Боль никуда не делась. Люди только говорят, что время лечит, а на деле лишь немного притупляет её… Из острой она превращается в ноющую хроническую… Мы думаем, что это нормально, что она прошла, а на деле она просто меньше ощущается из-за перманентного состояния… Мама всегда говорила мне, чтобы сбавлял обороты. Видела и знала мой характер. Но я никогда не слушал. Раньше… И только сейчас, встретив тебя,