Договор на любовь с магом. Целительница моей души - Аделина Весна

ускользнуло от нас. Остались только её руки на шее, мои ладони на её спине и то, как нас медленно потянуло вниз, плавно под тяжестью чего-то очень правильного. Потом мы просто лежали, держась за руки. Её пальцы гладили мои и это было больше, чем можно было сказать вслух.

— Ты правда ничего не помнишь из детства? — её голова переместилась на моё плечо, чтобы было легче считывать реакцию на заданные вопросы. Новость о детской подбила её интерес узнать что-то новое. Идеальный момент обсудить детство...

— Наверное, я утрировал, когда сделал такое заявление. Но жизнь в Фенвикке действительно забылась быстро. Когда отец умер мы с мамой уехали жить в другое место. Там она второй раз вышла замуж...

— Отчим плохо к тебе относился? Это из-за него... — она перебила меня и тут же замолчала недоговорив. Осеклась, выбрав не ту тему. Но я понимал её любопытство и пошел на встречу, внося на ходу небольшие корректировки в свою жизнь, отсекая лишние подробности.

— Он был прекрасным человеком и любил меня как своего сына. Маме повезло встретить такого мужчину, но, к сожалению, по воле судьбы, он погиб, — был убит и всё скатилось на дно бездны. — И тогда меня забрал к себе на воспитание двоюродный брат отчима, поставив маму перед фактом, оспорить это решение было невозможно. Он был жестоким человеком, воспитывал в строгости, а потом почти всю сознательную жизнь я работал на него. И по итогу, через какое-то время из близких людей осталась только сестра.

— Не знаю, что сказать, правда... Мне жаль, что тебе пришлось пережить такое. Но надеюсь, всё плохое осталось в далёком прошлом. А где твоя сестра сейчас? Сможет приехать нас навестить?

Я улыбнулся в потолок, достав из глубин памяти последнее воспоминание с ней. Улыбка, правда, не от радости, а от груза на душе, но я не мог поступить иначе. Элиас бы её убил, не посмотрел бы на то, что она слабый маг и престол ей этот не сдался.

Это случилось ещё до того, как я приехал в Росан с Меорой. Какая-то убогая деревня, заброшенный дом, из которого доверенный человек должен был отвезти её в безопасное место. Коррин вцепилась в меня, обнимала так сильно, как могла своими тонкими ручками. Плакала, кричала что-то про несправедливость и про то, как она всё ненавидит, но понимала — выбора нет. Не представляю, что она пережила, когда дядя всё-таки добрался до неё, не знаю, что было, когда Коррин нашёл Янис и спас её. Но сейчас она жива и в безопасности. Последнее письмо я получил год назад и не знаю, когда в моих руках окажется следующее, так что о встрече думать не приходилось. Будет ли она когда-то — вопрос риторический.

— Она очень далеко... Вышла замуж, счастлива и довольна жизнью.

— Ну... это замечательно, да? А то у тебя голос такой, словно всё плохо и исправлению не подлежит. Может у нас когда-нибудь получится запланировать поездку к ним.

Я не нашёл, что ответить. Честно старался придумать что-то, искал предлоги убедить её, что это ни к чему, но не вышло. Брианна всего лишь хотела помочь, подумала, что воссоединение с родственниками благотворно повлияет на меня, так бы и было, я уверен. С радостью бы познакомил их.

— Ладно, извини. Я поняла, что куда-то не туда залезла.

Её извинения самое худшее, что приходится слышать. Внутри всё ноет и болит, словно беспрестанно кто-то вонзает в меня нож, не забывая покрутить его в ране, прежде чем достать. Это я должен просить прощения за такие ответы и рассказы о себе, но есть вещи, которые мне не подвластны, и я не имел права их рассказывать не потому, что не хотел, просто вот такая несправедливость для тех, кто хочет быть рядом со мной.

— Стой, не уходи, — я схватил её за руку, чтобы прервать её намерение встать и завалил на себя, лицом к лицу. — Обязательно всё расскажу, но чуть позже. Договорились?

Вместо словесного ответа, она прильнула щекой к моей. Я счёл это действие за "договорились".

Обязательно сдержу своё обещание. Суд пройдёт в столице, сразу после него встречусь с Янисом и обсужу детали нашего договора, где я могу быть более разговорчивым хотя бы с Брианной.

13.2

Бри

* * *

Обжигающее солнце последних весенних дней озарило комнату и я отвлеклась от работы, чтобы поймать лучик лицом. Закрыла глаза, улыбнулась и потянулась руками вверх, ощутив тепло на щеке. Как-то так я себя и ощущала: поцелованной солнцем, сияющей изнутри невероятным оптимизмом.

Ничего в этом мире не могло расстроить меня: ни изнуряющие тренировки, которые, как ни крути, шли мне на пользу, ни рабочие отчёты, которые я сейчас заполняла, отбивая ногой весёлый мотивчик, ни суд, ожидавший нас через неделю в столице.

Я не знала, что будет завтра, но я знала, с кем хочу его встретить. И через неделю всё будет так, как когда-то мечтала: дети со мной, а рядом любимый мужчина, с которым порою было всё также сложно. Но я верила, что рано или поздно всё наладится окончательно, потому что сдвиги в недосказанности были колоссальными. У меня оставалось всего пару вопросов, на которые мне обещали дать ответы, и я смиренно ждала, надеясь получить какое-то вознаграждение свыше за терпение и выдержку.

Где бы взять порцию этого для работы. Писанина меня изрядно утомляла, но я вернулась к работе, крепко сжимав ручку, словно так отчёт напишется быстрее. Намеревалась справиться как можно скорее, вот бы ещё сегодня все чувствовали себя отлично, и я бы вернулась домой вовремя. Как же... Размечталась! По закону подлости ручка двери зашевелилась, и я с печальным вздохом оторвалась от бумаг, чтобы встретить пациента. Первая в кабинет шагнула Ди-ди, вызвав у меня недоумение, что я даже вопросительно выгнула бровь вместо приветствия. Да это самый здоровый человек в мире. Она оглянулась по сторонам и вернулась за дверь. Послышался грохот, несвязная речь и она влетела обратно с Лоу, которого крепко держала рукой. Он едва стоял на ногах, ничего нового.

— Ты добрая душа. Клади на кушетку, сейчас вернём к жизни.

Она жестом призвала меня не двигаться. Да что происходит вообще? Когда Ди-ди говорила так мало? Обычно только успевай за ней и её полётом мысли.

— Повтори то же самое, что сказал мне, — медленно, но строго проговорила ему подруга, и тряхнула его за плечо, приводя в чувства.

Сквозь плывущие звуки и заплетающийся язык я