Да гори оно всё... - Маргарита Аркадьевна Климова

В результате потерял Женю, а вернув, сам отдал её в руки Нирана. Надо было ещё в Пустоши плюнуть на дипломатичность и уничтожить отряд Шохарна. Забрать их запасы да добраться до дальних границ Теодории, притирающихся к Луделии.

Но я, ведь, не убиваю без причины. Меня, ведь, учили королевскому благородству. «Правитель должен карать только в крайних случаях, когда порицание и наказание не работают». Так говорил мой отец, потерявший из-за своих взглядов трон, власть, сына, жену.

Странно, я всегда ставил в упрёк ему его принципы, а сам до сих пор живу по ним. Вот и теперь, действуя на их основе, продолжаю надеяться уладить всё без крови. Как будто Ниран вернёт мне Женю. Подведёт на балу ко мне и отдаст. Идиот…

Надо разнести замок в крошку вместе с хозяином да гостями, и забрать себе девушку. Всё по-честному. Сердце дамы принадлежит сильнейшему, и сильнейший должен им владеть.

Размышления прерывает Шохарн, зайдя в комнату без стука. За ним мнутся три огневика, понимая, что против моей силы они слабее детишек малых. Но всё равно стоят и выдавливают из себя невозмутимость и боевой дух.

— Выше Высочество, — склоняет голову инквизитор, не спуская с меня глаз. — Его Величество приглашает вам отобедать и побеседовать о делах насущных.

Знаю я тему его беседы, поэтому неторопливо натягиваю сюртук, дотошно застёгиваю каждую пуговку и медленно поправляю волосы, манерно кривя губы. Стоило бы поторопиться, но в мои планы входит позлить Нирана и получить больше информации.

— В целях безопасности короля прошу надеть вот это, — протягивает мне блокирующие наручи Шохарн. Глупцы. Им просто неизвестно, как я спокойно избавился от таких же у Ксарка. — Вы же понимаете, что мы не можем рисковать.

— Понимаю, — закатываю рукава и подставляю запястья. — Подданный другого государства не может свободно разгуливать по замку.

— Благодарю за понимание, — слишком бодро и радостно встречает мою покладистость Шохарн, запечатывая вязью браслеты.

Слышу, как огневики облегчённо выдыхают напряжение, почувствовав себя более уверенно и защищённо. Говорю же — глупцы. Ну что их железяки против силы принца Луделии? Дядя может сколь угодно играться с троном и вельможами, но в его крови нет искры истинного наследника престола, как и повышенного потенциала.

В королевскую едальню помимо магов нас сопровождают стражники, окружив с боков. Длинный коридор пуст. Видно, всех разогнали по комнатам и запретили выходить.

Ниран ожидает за большим столом, рассчитанным на полсотни персон. По залу скачет эхо наших шагов, звонко отлетая от стен на пол. При моём приближение Калирон откладывает столовые приборы и окидывает меня недовольным взглядом.

— Что-то вы не торопились, лорд Ториан, — промакивает салфеткой губы и указывает на противоположный конец стола. Там уже стоят тарелки, стаканы, бокалы. — Словно девица на выданье. Прихорашивались.

— Ну как же я могу по приглашению самого правителя Теодории прийти в шутовском наряде и в саже на лице, — отвечаю ему вежливым кивком и усаживаюсь в кресло.

— Мне уже доложили, что моя невеста немного пошалила в гостевых покоях, — оскаливается в надменной улыбке. — Ничего. Переволновалась немного от открывшейся перспективы стать королевой.

Невесты?! Мне, вдруг, до нетерпения хочется вбить ему эту улыбку вместе с зубами в глотку, но я затаптываю ощетинившегося красавчика поглубже в нутро и обхватываю вилку и нож пальцами, втыкая первую в кусок мяса. О моём негодование говорит лишь прозрачная изморозь на столовых приборах и на пузатых бокалах.

— Может волнение было вызвано несогласием леди Ларелии на такой ответственный брак? — со скрежетом отпиливаю кусок и смачно макаю в густой соус.

— Ну что вы, мой ледяной друг, — встряхивает кружевами рукавов «буйвол» и подносит ко рту бокал с вином. — Леди Ларелия была безмерно польщена и благодарна. Правда, просила вас удалиться из Теодории сразу после церемонии бракосочетания. К сожалению, вы напоминаете ей о всех тех ужасах, что пришлось пережить в плену у пустынников. Вас проводят до границы, чтобы, не дай Варг, с вами не случилось какой-нибудь неприятности.

— Премного благодарен, — скрежещу зубами, сминая в кулаке вилку. — Надеюсь, ваш брак будет долговечен и счастлив.

На самом деле, я желаю Нирану сдохнуть этим же вечером до сакральной фразы священнослужителя, связывающей две души в одну общую. Но ничем не выказываю бурлящее холодом бешенство. Медленно пережёвываю мясо, запивая жирный кусок тёплой водой.

Отобедав, мы вежливо прощаемся, и меня отводят в мои покои, позабыв снять наручи. Но и с ними я сбрасываю напряжение и до бала слушаю мелодию капели, падающую с потолка. Бескровный план никак не складывается. Если Ниран принудил Женю к браку, то держит её не на этом этаже. Найти девушку в огромном замке нереально.

Решаю действовать по обстоятельствам. Кем бы не пришлось жертвовать, свою женщину я вытащу отсюда. А потом домой в Луделию.

За окном темнеет, зажигаются магические огни, по саду и дворцовым стенам разносится музыка и поют аэды, копыта коней стучат по брусчатке. За мной приходит Шохарн с охраной и требует проследовать в тронный зал. Понадеявшись на браслеты, инквизитор совсем потерял осторожность и не скрывает неприязнь и ненависть. Идиот…

Послушно иду, окружённый стражниками, и посматриваю по сторонам. Волнуюсь и подначиваю себя уверенностью, что всё получится. У лестницы вижу Седа с Эвой и неожиданных знакомых. Ксарк здесь. С одной стороны, это хорошо — его силой мы точно вытащим Женю. С другой — придётся и с ним воевать за неё.

Проходя мимо, коротко дёргаю головой, предупреждая, чтобы пока не вмешивались. Ксарк склоняется к руке девушки, пряча лицо за полями шляпы, Сед хлопает по спине Арвала и начинает громко обсуждать новшества в перевозке грузов, размахивая кулаками, а Эва незаметно подмигивает мне, поправляя причёску.

Бал вот-вот начнётся, и для кого-то он станет последним в жизни.

Глава 46

— Вам пора, леди Ларелия, — без стука в комнату входит Шохарн и лёгким кивком выгоняет служанок, помогавших мне водрузить тяжеленный наряд.

Те сбегают, низко опустив головы и мелко перебирая ногами. Не удивлюсь, если их колени в этот момент полусогнуты. Всё же неприятный тип. Вроде, ничего особенного из себя не представляет. Увидел и забыл. Но вот этот его змеиный взгляд, направленный на меня, вызывает неопределённые мурашки — то ли страшно, то ли мутит от отвращения.

— Куда? — отворачиваюсь от зеркала и вцепляюсь в спинку кресла, заступая за него. Пусть хоть что-то стоит между нами.

— На бал по