Утро начинается с... любви - Ксюша Литт

занимается цветными металлами, лидер по экспорту, импорту, перевозкам и чему-то совершенно нечитабельному, не укладывающемуся в мой, как оказалось, куриный мозг размером с горошину.

– Он действительно сказал, что управляющий кофеен? – с сочувствием уточнила Лия, дождалась утвердительного ответа. – Алиса, управляющий кофеен «Утро начинается здесь»?

– Управляющий сети кофеен «Утро начинается здесь» Игнатьев Дмитрий Дмитриевич одна тысяча девятьсот девяносто первого года рождения… – начал вещать механический голос, выбивая каждым звуком из меня дух и, кажется, жизнь.

– Вы не могли бы выйти, мне нужно переодеться, – выдавила я из себя, не видя ничего перед глазами.

Оделась, чувствуя себя тряпичной куклой, набитой стекловатой, которая кусалась, резалась, раздирала изнутри, принося страдания такой силы, что дышать становилось невозможно.

Андрей обманул… Всё это время он нагло, бесцеремонно, настолько нещадно врал, что не то что принять, понять такое было невозможно.

А я? Как я могла поверить?

Андрею поверить. В собственную удачу поверить. В сказку какую-то дурацкую, в волшебство?

А-у, Дина, нет никакого волшебства, и волшебников тоже нет!

И убедиться в этом проще простого, достаточно спросить «Алиса, кто такой Андрей Максимович… ?»

– Передайте Андрею, когда он вернётся из Красноярска… – начала я, судорожно закидывая свои вещи в сумку, видя, что Лия появилась на пороге комнаты и с непонятным сочувствием смотрит на меня.

Лучше бы орала, волосы мне выдрала, полицию вызвала, не знаю, избила. Всё, что угодно лучше, чем жалость в глазах холёной девицы, которую, по идее, мне нужно жалеть. Ведь это ей изменил мужчина… ей, а не мне.

– Красноярска? Он был Китае, – развела руками Лия. – И тут соврал. Впрочем, наверное, трудно объяснить, что управляющему кофейни понадобилось в Китае. Сейчас летит домой, посадка через час.

– Как в Китае? – опешила я, хотя после стольких новостей удивляться было нечему.

Он мог оказаться хоть женатым, многодетным гуманоидом, прилетевшим захватить нашу Землю с целью оплодотворения личинок реликтовых долгоножек.

– Хотя, неважно, – махнула я рукой, подхватила сумку, открыла дверь и рванула на лестничную площадку.

– Дина, подождите! – выскочила за мной Лия. – Мне правда очень жаль, что Андрей поступил так с вами. Он не должен был, это непорядочно, даже бесчеловечно с его стороны, я никак не ожидала… никак. Поймите, управлять такими активами, которыми он руководит, трудно. Это огромный стресс, эмоциональное напряжение, которое у Андрея иногда находит выход во временных увлечениях. Время от времени он заводит скоротечные романы, реализует свои потребности, я стараюсь смотреть на это с пониманием. Не из-за денег, нет, я достаточно зарабатываю, а потому что пока женщины – это едва ли не единственная возможность Андрея выплеснуть пар. Однажды, уверена, мы с этим справимся, он научится перерабатывать негативную энергию во благо.

– Желаю удачи! – фыркнула я.

Шлюханчество и тотальную ложь переработать во благо – это что-то новенькое!

– Вы хорошая девушка, Дина. Поверьте, я разбираюсь в людях. У вас много психологических проблем, травм, вам обязательно нужно пройти психотерапию, обязательно! Это непросто, долго и дорого, но я готова оказать вам эту услугу совершенно бесплатно, раз уж Андрей опустился до такого… – окинула меня непонятным взглядом.

«Такого» – это я?

Спасибо, на один комплекс больше, хотя, казалось, больше просто некуда.

– И вот, возьмите, – Лия расстегнула браслет на своём запястье, протянула мне увесистое украшение. – Все полагающиеся сертификаты, документы я пришлю, контакты, уверена, у Андрея есть. Возможно, это как-то компенсирует ваше время… и ослика, – скривила она губы в жалостливой улыбке.

Глава 21. Андрей

Глава 21. Андрей

«Приземлились. Мчусь к тебе», – написал Андрей в мессенджере Дине, едва шасси самолёта коснулись земли.

Тут же посыпались оповещения о звонках, поступавших, пока он находился в режиме полёта. Много кто пытался связаться с ним, Дина – трижды.

Ждала, переживала.

Прилететь вообще-то по плану он должен был к обеду, но, по закону подлости, как это обычно бывает, рейс задержали. Нависла угроза, что Новый год ему придётся встретить на высоте свыше десяти тысяч метров над землёй где-нибудь над Красноярском, про который так убедительно залихватски весь месяц заливал он Дине.

Про кофейни, про Енисей, про холод собачий с сорокоградусными морозами. Совсем заврался. Честно сказать, неловко было перед девушкой, но как рассказать ей всю правду, совершенно не представлял.

Необходимо было как-то собраться, спокойно серьёзно поговорить, всё объяснить. Не велика ведь беда, что он богат. А умалчивал и притворялся не тем, кто есть, не со зла. Не шутки ради. Она комфортнее чувствовала себя с ровней по социальному статусу, вот и принижал своё положение.

Всё это так, вот только как объяснить, чтобы не обиделась. Не восприняла себя забавным приключением для него.

А кем она была на самом деле, сам пока толком сформулировать не мог. Но насколько Андрей мог припомнить, наверное, впервые он с таким нетерпением торопился вернуться. Скучал, ждал встречи, желая увидеть, обнять, поцеловать, затискать. Сделать с ней то, о чём так откровенно, многообещающе, без тени стыдливости мечтали они на расстоянии.

Сначала без промедления рассчитывал утолить голод, сразу с порога. Потом насытиться. Дальше сделать небольшую передышку. И снова, ещё. Хотелось её так, аж зубы сводило. Какие только фантазии не рисовал он в своём возбуждённом мозгу.

Больше трёх недель воздержания давали о себе знать.

Почему не позволил себе устроить разрядку с кем-нибудь, кто удачно подвернётся там, на месте, пока был загружен делами, сам объяснить не мог.

Легко можно было это устроить, но он, как чокнутый, в выдавшиеся свободные минуты хватался за телефон, чтобы откровенно похотливо-разнузданными: перепиской, разговорами, видеосвязью, ещё больше накрутить себя, завести, а после блаженно вязнуть-вязнуть-вязнуть в пьяняще-плотоядном томительном предвкушении.

Особый вид мазохизма какой-то, но он реально наслаждался всем этим безумством. Как едва достигший половозрелости пацан. Безрассудное дурачество, но такое приятное, с потрясающе головокружительным послевкусием.

Давно Андрей не был так увлечён девушкой. Пожалуй, даже уже не мог припомнить, когда такое было. Да и было ли вообще?

По большей части его всегда больше занимал бизнес, успехи в нём. Достижения. Это вводило в эйфорию.

Ну а девушки? А девушки, как говорится, потом. Вторым планом.

Теперь же как-то вдруг всё поменялось местами.

Работа досадно мешала. Отвлекала. Не терпелось побыстрее раскидаться с делами и лететь, очертя голову, назад, к ней. К той, которая будоражила сознание, раскрашивала красками жизнь и занимала все мысли.

Так что «мчусь к тебе» – это было