Посмотрим, кто кого… - Мари Стефани

— И в мой кабинет прокралась не просто так, да? — пристально глядя на меня, произнес он. — Только никак не могу взять в толк, что ты могла искать, и тем более найти?

Пробуравив меня изучающую свои туфли, Люцик продолжил размышлениям:

— Судя по твоим обвинениям пару дней назад, ты думала, что я шантажировал твоего отца. Уж не то ли ты искала, чем я мог это делать.

«Умный мерзавец!» — мысленно похвалила я, и только тяжёлым вздохом подтвердила его заключение.

— Ага! — обрадовался мужчина. — Но что же ты могла найти в моей машине, компромата на Стаса у меня точно не было?

И снова повисла вопросительная тишина.

Боже, как же хотелось вырваться из дома Люцика и убежать. Вот зачем он это делает? Для чего пытается докопаться до истины? Я же извинилась и пообещала больше не докучать! Нет, он словно гончая, почуял след и уже вцепился в дичь, теперь не отпустит!

— Последнее письмо Стаса! — неожиданно произнес Люциан. — Письмо, в котором, он просил позаботиться о своих дочерях!

— Да, чтоб тебя… — выпалила я и почувствовала, как пылают мои щеки. Если сейчас Люцик затронет тему сватовства, я сгорю со стыда.

— Давайте не будем обсуждать эту тему! — тихо выдавила я.

Мужчина, который как раз что-то собирался сказать, замолчал, вглядываясь в меня. Его переносицу прорезала вертикальная морщина, словно он пытался что-то припомнить, а спустя несколько мгновений произнес совсем другое:

— Хорошо не будем, тем более что у меня есть тема, наиболее требующая обсуждения.

С интересом посмотрела на Люцика.

— Какая?

— Давай сначала пообедаем, — ответил он и вновь жестом указал в сторону кухни.

ГЛАВА 25

Мы сидели в гостиной за чашечкой кофе, когда Люциан неожиданно задал вопрос:

— Скажи, Паулина, тебе или сестре не поступало никаких угроз или требований?

От неожиданности я выронила из ослабевших пальцев ложечку, и она громко звякнула о блюдце, столь был необычным вопрос.

— Угроз? — переспросила я, решив, что ослышалась.

— Да. Вам никто не угрожал? — подтвердил мужчина, что мне не померещилось.

— Нет! — с нервной улыбкой произнесла я. — А должны были?

— Понимаешь, твой отец был хорошим предпринимателем, построившим с нуля прибыльный бизнес. Его детище долгие годы занимало ведущие позиции на деловом Олимпе. Все самые выгодные тендеры на застройку выигрывали «Загорские Полесья».

— Я знаю. Только что вы пытаетесь мне сказать?

— То, что Стас не из блажи составил свое нелепое, на первый взгляд, завещание, от которого были в негодовании, не только его помощники и партнёры, но и ближайшее родственники, — с намеком посмотрел на меня Люцик, напоминая о моей детективной деятельности.

— Не были, — подтвердила я.

— Занимаясь вашими делами, я заметил, что в «Загорских Полесьях» с начала года отмечается растрата средств, — заявил Мирный. — По одним документам средства выделялись на закупку материалов, а по другим, эти самые материалы никогда не покупались, зато деньги растворились в воздухе.

— Не может быть! — возмутилась я. — У отца всегда все было строго! Он отлично разбирался в финансах и сам все контролировал! Того, на что вы намекаете, просто не может быть! Скорее всего, ты плохо проверял!

— Паулина, ты уж определись, ты или вы, — поморщился Люцик. — Я бы предпочел ты, и без отчества, а то чувствую себя рядом с тобой пенсионером.

— Но… — чуть было не ляпнула вам же больше тридцати, что в моем понимании представлялось предпенсией, но вовремя прикусила язык. Тело его точно не принадлежит пенсионеру, а вполне молодому и сильному мужчине. И вновь почувствовала, как мои щеки опалило румянцем.

«Да что же это такое! Сколько я еще буду вспоминать этот дурацкий сон и обнаженный торс Люцика, увиденный наяву!»

Вслух же произнесла:

— Хорошо. Меня можно называть Полиной, Паулина меня редко называют.

— Договорились, так вот прежде чем разбрасываться такими заявлениями, я не один раз все перепроверил. И ты права, твой отец отлично вел бухгалтерию, о чем свидетельствуют документы за прошлые года. А вот с начала года, видно, ему было не до бухгалтерии, чем и воспользовались злоумышленники. Чтобы найти деньги, я заказал аудиторскую проверку. Она назначена на следующую неделю, поэтому я и спросил об угрозах. Боюсь, те, кто все это провернул, не захотят, чтобы их преступление всплыло. И я рад, что вам не угрожали. Но это не значит, что угроз не последует позже. Поэтому, зная твою авантюрную натуру, прошу, если что-нибудь такое последует, без самодеятельности. Просто позвоните мне, и я со всем разберусь. Договорились?

— Договорились, — пытаясь переварить информацию, произнесла и тут же спросила. — Но кто это мог быть? У отца работали только проверенные люди! Ближайшие помощники пользовались его абсолютным доверием.

— К сожалению, в делах, где вращаются большие деньги, кроме себя, никому доверять нельзя. Иначе очень быстро лодка под названием бизнес пойдет ко дну, вместе с владельцем. И твой отец об этом прекрасно знал и не доверял своим помощникам, иначе бы оставил все вам с сестрой без условий.

— А тебе он доверял, раз наделил такими полномочиями!

— Мне доверял. В свое время Стас мне очень помог, и я у него в долгу.

— Чем?

— А это тебя не касается, — щёлкнул меня по любопытному носу Люцик. — Ну так что, твоя деятельная натура услышала? Не стоит ввязываться в приключения!

— Услышала, — огрызнулась я. — Но, мне кажется, ты преувеличиваешь!

— А это выявит проверка!

Люциан

Удивился ли я, обнаружив в своей машине старшую Загорскую? Нет, нисколько! И причиной этого было то, что ожидал очередную выходку девушки. Вот только в какой момент и где она умудрилась залезть в машину? И сколько я так с ней катаюсь? И сколько ещё катался с ней, если бы она не выдала свое присутствие. Что послужило этому, также оставалось загадкой. Просто шорох за спиной, непонятный стон, и я смотрю в дерзкие глаза Загорской. На мой вопрос, что она делает в моей машине, девушка упорно молчит. Да и вообще какая-то она непривычно притихшая, словно иссяк источник ее энергии, и пропал дух авантюризма.

Поняв, что Паулина не собирается отвечать, решил, лучше поговорить в тихой и спокойной обстановке. А где самое надёжное место? Конечно же, дома.

Таким образом, Загорская стала моей гостьей, правда, против своей воли. И всеми правдами и неправдами стремилась покинуть мой дом. Вот только у меня к ней был разговор, и я не собирался ее так просто отпускать. Показав девушке, где она может привести себя в порядок, сам также поспешил освежиться. Я