Кружева - Елена Александровна Лапухина

Ознакомительный фрагментпульс слабенький. А давайте-ка я вам ещё один укольчик сделаю. – Девушка достала из сумки коробку с лекарством и отломила ампулу, не дожидаясь согласия старушки. Серафима Матвеевна замотала головой:

– Может пока не надо. – Сказала она.

– Это хорошее лекарство, вам будет лучше. – Настаивала Люба.

– Просто я вчера все деньги отдала Кларе. – Проговорили старушка, опустив глаза.

– Ни каких денег мне не нужно. – Улыбнулась девушка, набирая лекарство. – А кто такая Клара?

– Клара – это наша с Федей приёмная дочь. – Вздохнула Серафима Матвеевна.

Люба ввела лекарство и держала тампончик на месте укола, немного похлопав по руке:

– Я не знала, что у вас есть дочь. Вы скажите ей, пусть купит хорошую курагу. Вам было бы неплохо съедать каждый день по несколько штук.

– Хорошо, я скажу. – Тихо проговорила старушка, опустив глаза.

Первым кого увидела девушка, поднявшись в своё отделение, был Витёк из шестой палаты. Он как всегда скаламбурил по поводу её имени:

– Ура! К нам снизошла Любовь.

Мы долго ждали это чудо.

Больные чахли. Вдруг она,

Явилась к нам из ниоткуда… – продекламировал больной. Левую руку он выставил вперёд, а правую прижал к груди, в области сердца.

– Я тоже рада тебя видеть, Витёк. Как самочувствие? – Ласково спросила девушка.

Парень показал руку с оттопыренным вверх большим пальцем и сказал:

– Было великолепно, сейчас восхитительно, а вечером, наверное, будет вообще шикарно!

– Ну, вот и ладушки, скоро подойду, полежим под системкой. – Люба погладила парня по руке и пошла переодеваться.

У Виктора Дронова был врождённый порок сердца, осложненный тяжёлым заболеванием, перенесённым в детстве. Сейчас его готовили к третьей, очень серьёзной операции. Парня любили и персонал и больные за лёгкий характер, обычно его ласково называли Витьком. Еще его называли “Женихом”, так как парень симпатизировал Любе. Он не раз предлагал ей руку и сердце, в полушутливой форме, зная всю правду о своём здоровье.

У процедурного кабинета её уже ожидали. Это был больной из одиннадцатой, поступивший вчера, и Варвара Федоровна из шестнадцатой. С улыбкой Люба сказала больным, что ещё рано и им нужно будет немного подождать.

– Мы же бездельники, нам не на работу, вот и толчемся здесь. – Проворчала женщина в своей манере.

– Ну, вот и хорошо. – Люба сделала вид, что не заметила недовольства женщины. – Вы Варвара Федоровна – человек ответственный, поэтому проследите, пожалуйста, чтобы здесь был порядок. Я сейчас всё приготовлю и вас приглашу.

Готовясь к процедурам, девушка думала об этой больной, которая лежала у них уже не первый раз. Варвара Федоровна живёт с семьёй сына и, похоже, не очень ладит со снохой. Характер у женщины был далеко не сахар, но девушка нашла ключик к ней и другим таким, же больным. Ещё в начале своей трудовой деятельности она работала вместе с пожилой нянечкой Марией Алексеевной, которая постоянно твердила Любе, что в каждом человеке есть что-то хорошее, нужно его только увидеть. Трудно быть добрым, когда у тебя что-нибудь болит, повторяла пожилая женщина.

Однажды, проходя мимо палаты, девушка услышала, как Варвара Федоровна отчитывала молодую женщину – соседку по палате, которую после родов беспокоили сильные боли в сердце. Та находилась в депрессии, так как причину заболевания не могли определить.

– Вставай! Иди, умойся, причешись, подкрась глазки, скоро муж прейдёт. Ты посмотри, на кого похожа; молодая, красивая, а превратила себя в какую-то квашню. – Говорила женщина соседке по палате.

Люба хотела вмешаться, но передумала и оказывается, правильно сделала. Через неделю эта молодая женщина выписалась, боли куда-то исчезли. Приготовив всё для инъекций, девушка выглянула в коридор и очень удивилась. Перед кабинетом сидели и стояли два десятка больных в идеальной тишине.

– Варвара Федоровна, а вы раньше армией не командовали? – Пошутила Люба.

– Да нет, армию мне не доверяли, а зря. – Тоже заулыбалась женщина.

Уколы, Люба чаще делала шлепком, это отвлекало больных, и они не успевали испугаться. Как обычно “перешлёпав” всех своих пациентов, она начала готовить оборудование для систем.

Витёк был одним из последних. Установив лекарство, и ещё раз проверив иголку, Люба собралась уйти, но парень в очередной раз пошутил:

– Так как же насчёт свадьбы?

Люба ответила ему, что не возражает, если он согласен подождать и повернулась к двери. Лежащий в углу, худой и очень несимпатичный мужчина с носом похожим на клюв орла, криво ухмыльнулся и сказал:

– Петух ощипанный! Как же, выйдет за тебя такая королева!

Эта фраза больно резанула слух. Девушка развернулась и увидела, как улыбка сползла с лица Витька. Люба вспомнила об операции, которая ожидает парня. Все пытались повысить ему настроение, а этот…. Замешательство длилось секунду, затем Люба вернулась к кровати парня, наклонилась и поцеловала его в щёку:

– Видишь Витя, как все завидуют нашему счастью. – Как можно веселей проговорила она. После этого, обращаясь к остальным четверым пациентам, добавила:

– Мне Виктор очень нравиться, но мы решили поговорить о свадьбе позже, потому что мне нужно окончить институт, а ему восстановиться после операции. Пока. – Помахала она рукой, уже вновь улыбающемуся парню.

Обедать пришлось в одиночестве. Коллеги разбежались, оставив ей горячий чайник и три немытые чашки. Люба ела свой домашний бутерброд, запивая чаем из бокала и думала о том, что Серафиме Матвеевне, почему то не становиться лучше. Лекарство эффективное, прокололи больше половины, не понятно, рассуждала девушка. Мысли её, перекинулись на происшедшее в палате Витька, и она поняла, что теперь придётся изображать влюблённую. Ну да ладно, парень хороший, жалко его, думала Люба, моя посуду.

Закончился этот сумасшедший день. Переодевшись, Люба торопилась к Серафиме Матвеевне. У выхода из отделения её ждал Витёк, с мольбой в глазах, хрипловатым голосом он спросил:

– Ты правду сказала или пошутила?

– Такими вещами не шутят. – Ответила ему девушка. Ты, действительно мне нравишься, другого парня у меня нет, пока я замужем за медициной. Понимаешь, я очень хочу быть хирургом. – Боковым зрением Люба увидела мужчин около шестой палаты и положила руки ему на плечи, но прильнуть к себе не позволила. – А ты просто обязан выздороветь! Профессор сказал, что после операции у тебя очень хорошие перспективы. Многое зависит только от тебя. Ну, всё, я тороплюсь, бабулечке делаю уколы. Пока! – Чмокнув парня, она побежала вниз по лестнице.

Выйдя из трамвая, Люба остановилась в нерешительности, а затем, решительно махнув рукой, и направилась к кондитерской.

– Ну как самочувствие? – Прямо с порога спросила девушка.

– Сегодня лучше. – С виноватой улыбкой, ответила старушка. – Приходила Маргарита Игоревна, ругала меня, отпаивала чаем.

– За что ругала? – Удивилась Люба.

– Да так… – Уклонилась от ответа Серафима Матвеевна.

Люба

---

Конец ознакомительного фрагмента Купить полную версию книги

---