Излечи меня - Ева Паркер

Ознакомительный фрагментпокупками, а меня попросили собрать ягоду, я приступила к работе и вот уже почти закончила, как услышала крики и зов помощи: «Витя, Витенька, сынок не надо, прошу тебя! Помогите, помогите!» — до сих пор в моей голове эти слова, этот жалобный голос, голос в котором слышалось столько боли. Их забор со временем без должного ремонта сломался, где-то упал и весь их двор был как на ладони. Передо мной открылась ужасная картина: бабушка Марка выскочила из дому вся растрёпанная босиком, прикрывая лицо руками, а за ней выбежал ее сын с ножом в руках, он кричал, что если она еще раз посмеет прикоснуться к его бутылке и будет учить жизни, он её убьёт. После чего очень сильно её толкнул, да так что та упала и ударилась головой об острый угол железного бака. Я бежала по огороду, роняя всё на своём пути, в надежде успеть, хоть как-то помочь, и сама в этот момент кричала о помощи, но подбежав ближе увидела, что уже было поздно. Отец Марка меня не заметил, но я видела, как он подошёл к своей маме и грубо сказал: «Эй, вставай, хватит притворяться», но она не двигалась — так ушла из жизни бабушка Марка.

Я прибежала домой и плакала навзрыд, набирала номер полиции, сбивчиво нажимая не на те цифры. Как раз в это время приехали родители, я им все рассказала, мне дали успокоительного, вызвали скорую и полицию. Мама плакала вместе со мной, а папа пытался нас успокоить, хотя сам очень нервничал. Когда приехала полиция, я снова всё рассказала.

Отца Марка забрали, был суд, и я была главным свидетелем, были также и другие соседи, которые также подтвердили каким ужасным был этот человек. За день до суда приехал Марк, попросил меня встретиться с ним. И я была в шоке от нашего разговора, он упрекал меня говорил, что я всё выдумала, что он разговаривал с отцом и всё было совсем не так, что я всё перепутала и, что его отец не убивал бабушку, что она сама запнулась и ударилась, а он пытался ей помочь. А я настроена против него по очень интересной причине: его отец сказал, будто по-пьяне ко мне приставал, но мне удалось убежать от него и именно поэтому я сейчас так с ним поступаю. Я помню, как Марк сказал: «Алиса, если ты посадишь моего отца за решетку — я тебе никогда этого не прощу, ты пожалеешь об этом. Ты хочешь лишить меня родного человека, из-за какой-то обиды, а я только договорился, о том, чтобы его отправить на лечение». Какое лечение, какая месть, Марк, что ты несёшь? Я тогда не него очень разозлилась, сказала, что он кретин и я расскажу, то что видела. Так я и сделала, его отцу вынесли приговор о лишении свободы до семи лет. Всего-то подумала я на тот момент, какая же несправедливость. У выхода меня догнал Марк. Вид у него был потерянный, в глазах были видны слёзы и безнадёжность в вперемешку с тоской. Он сказал, что я бесчувственная мразь, которая рано или поздно ответит за свой поступок. Сказать, что мне было на тот момент очень обидно, ничего не сказать. Я ничего не ответила и молча ушла, весь вечер тогда рыдала. Но видимо это рано или поздно наступило сейчас.

Я стояла и понимала, что все мои надежды о карьере дизайнера рухнули в одночасье. Как же так? Это было моей мечтой, я горела этим делом, представляла, как буду становиться профессионалом. Разве есть моя вина в сложившихся обстоятельствах? Я не виновата, что стала свидетелем того ужасного события, и я не собиралась врать судье — моя совесть чиста. Во мне бушевало столько эмоций от состояния убежать в слезах до высказать ему всё и идти до последнего. Я выбрала второй вариант. Набравшись смелости, произнесла:

— Марк послушай, пора уже одуматься и признать, что я поступила по справедливости. Это было всё в прошлом, да ты обижен на меня, но поверь моей вины нет в том, что произошло. Я шла в эту компанию с целью работать, если ты думаешь, что я испугаюсь тебя, то ошибаешься. К тому же, может ты здесь и директором являешься, но владелец точно не ты! — моё сердце стучало с бешеной скоростью, я была уверена, что он не даст мне договорить, начнёт кричать, но он выслушал молча, глядя в глаза с такой злостью, что я думала ещё немного и у него появиться суперспособность прожигать взглядом. На его лице стала появляться ядовитая ухмылка:

— Ах ты хочешь стать профессионалом, ну что ж я устрою тебе работу мечты. Иди за мной!

В мою голову хлынул поток мыслей: Что? Не поняла? Он даст возможность мне здесь работать? Куда идти, что он хочет мне показать?

Неуверенными шагами я пошла за ним. Как только мы вышли из кабинета, я услышала:

— Дорогие коллеги, прошу вас уделить нам минуточку внимания, — все начали вставать из-за своих рабочих мест, выходить из кабинетов, — познакомьтесь, пожалуйста, Смирнова Алиса — наша новая сотрудница, которая будет занимать должность «принеси-подай», — раздались тихий смех и перешёптывания, — если нужно убавить кондиционер — обращайтесь к Алисе, нужно расставить папки по цветам — обращайтесь к Алисе, закончилась туалетная бумага — обращайтесь к Алисе. Ну думаю, вы поняли её обязанности. А теперь продолжайте работать. — не дожидаясь моего ответа Марк развернулся и ушёл в свой кабинет.

Я же стояла и чувствовала себя настолько униженной, на сколько это возможно. Со всех сторон слышалось «что же она натворила такого?», «вот это да, ну девчонка попала», «бедняжка», «раз так сказал, значит есть причина». Я еле сдерживала слезы и думала, каким мерзавцем стал человек, который когда-то мне нравился

Не выдержав такого позора, я ринулась за Марком, я готова была разнести весь его кабинет. Со всей силой я хлопнула дверью, звук был такой, что затряслись все его грамоты. По Марку же видно было, что он не ждал меня так скоро, наверное, рассчитывал, что я убегу, заплачу, просижу какое— то время в уборной. У меня, конечно, были такие мысли, но здравый ум приглушил мою слабую сторону.

— Доволен? Это всё на что ты способен? А что так слабо, Марк? Ну правда, я ожидала чего‐то более впечатляющего. Это твоя месть? — вопрос за вопросом задавала я.

— Нет, ну что ты! Ты меня не дооцениваешь, всё самое прекрасное впереди. — каким-то несвойственным для него ласковым голосом