Найти Хейса - Лора Павлов

Серьезно? Он сейчас меня упрекает?

Ну и наглость.

— Вот так-то. Я теперь наследница состояния, с которым сама не знаю, что делать. Еще вопросы будут?

— А в чем тогда проблема? Ты сказала, день был ужасный. А по мне — день огонь.

— Ах, правда? Я потеряла человека, который был для меня всем, а ты думаешь, я в восторге?

— Да твою ж мать, Сав. Я не это имел в виду. Он умер больше недели назад. А вы с Руби вели себя так, будто мир рушится. Я подумал, что случилось что-то еще.

Я вздохнула:

— Ну… есть один нюанс в завещании. Причем довольно крупный.

— Дай угадаю. Нужно задержаться в городе на недельку, все продать и катить восвояси купаться в миллионах?

Интересный поворот.

— Забавно, что ты об этом заговорил. Видимо, тот самый раз, когда ты видел меня голой, произвел неизгладимое впечатление, — поддразнила я, приподняв брови.

— Я не видел тебя голой.

— Еще как видел.

— Саванна.

— Хейс.

— Я не видел тебя голой.

— Зачем ты зациклился на этом? Ну, забыл — с кем не бывает.

— Ты, как всегда, уводишь разговор в дебри. Так в чем проблема с наследством? И с какого черта ты думаешь, что я видел тебя голой?

— Мама говорила, что мы вместе купались в ванной, когда ты ночевал у нас, а Сейлор тогда была совсем малышкой.

— Если моя сестра была младенцем, нам было года по два. Мы были детьми.

— Тем не менее — факт остается фактом.

— Ты нелепа.

— Слыхала и похуже, — я потянулась за бокалом с вином. Специально налила себе всего половину, потому что после бара собиралась ехать на ферму — именно там я теперь собиралась остановиться.

Мой новый дом.

До сих пор не могу это осознать.

— Ладно. Я видел тебя голой. Но это было задолго до того, как ты стала… — он отвел взгляд, будто не мог на меня смотреть.

— Стала какой, Вуди? — процедила я, злясь, что вырвалось это старое прозвище.

— Такой. Женственной и… все такое.

Теперь рассмеялась я — громко, безумно.

Моя жизнь сейчас была сущим бардаком, а Эйб еще и подбросил дров в костер. Но видеть, как Хейс на меня пялится, подбросило мне настроения.

— Приятно, что ты заметил, — пропела я с сарказмом, хотя внутри таяла от того, как его взгляд медленно скользнул по мне.

Ничего не могла с собой поделать. Даже если он причинил мне немало боли — привлекательным он быть не перестал.

— Ну, и какой еще сюрприз ты припасла? Тебе надо остаться на пару дней? Не можешь уехать сразу после похорон? — голос у него стал игривым, и мне не нравилось, что он до сих пор очарователен.

Я давно переросла свою влюбленность в Хейса Вудсона.

Давно. Все.

— Очень смешно. Но нет, не в этом дело, — я потянулась через стойку и прихватила его колу. Захотелось немного сахара. Он только приподнял бровь, пока я делала глоток.

— Ну так в чем?

— У меня есть тридцать дней, чтобы найти мужа.

Хейс сузил глаза.

— Ты шутишь.

— Ни капли. Это прямо прописано в завещании.

— Так не бывает.

— Нет, все совершенно точно. Эйб хотел, чтобы я вышла замуж и жила в этом доме, как он с Лили. Он даже оставил мне записку — отремонтировать дом, потому что это моя работа. Мы с ним часто говорили о том, что я проведу здесь пару месяцев и займусь ремонтом, но он все не хотел тратить деньги. Дом огромный. Да, это серьезный проект, но он мне по плечу. Вот только меня еще ни разу не заставляли выходить замуж ради ремонта.

— Должна же быть какая-то лазейка. Не может быть, чтобы это было законно — требовать брака ради наследства. Ты точно сможешь как-то обойти это, — сказал он, и язык у него скользнул по нижней губе.

Он специально изводил меня? Или просто был настолько невыносимо сексуален, что даже не понимал, что делает?

Темные волосы по-прежнему коротко подстрижены, как в молодости. Глаза цвета мха с янтарным ободком и золотыми вкраплениями. На нем — серое худи и джинсы, а выглядел он так, будто только что сошел с обложки мужского журнала.

— Возможно. Адвокат по наследству не стал ничего обсуждать — только зачитал завещание и сказал, что я могу обратиться к другому юристу, если не хочу исполнять волю Эйба.

Меня снова накрыло. Эта ностальгическая прогулка по памяти была забавной, но я должна была напомнить себе, почему мы не разговаривали все эти годы.

Хейс Вудсон больше не был моим лучшим другом.

И давно уже не был.

Я и так сказала ему слишком много. Надо было остановиться.

Пора закончить этот разговор.

Я положила двадцатку на стойку и потянулась за курткой.

— Приятно было поболтать, Вуди. Может, еще увидимся.

Он будто опешил от моего резкого ухода, челюсть дрогнула:

— Ага. Я буду на похоронах. Увидимся там.

Я кивнула, натянула шапку, надела варежки и направилась к выходу.

Сегодняшний вечер — это было… слишком.

Да и весь день — сплошной вихрь.

Руби обошла стойку и обняла меня:

— Увидимся на похоронах. А в понедельник я попрошу Ривера посмотреть бумаги — он тебя включит в расписание.

— Спасибо, — я махнула ей и вышла в снежную бурю. Машину завалило снегом, я застонала, смахнула рукой снег с лобового стекла и забралась в свою малиново-красную Honda 1995 года. Да, она была старая, но верой и правдой служила мне долгие годы.

Я повернула ключ.

Ничего.

— Ну же, Рыжая. Не подведи меня, — прошептала я, нажимая на газ и пробуя снова.

И снова.

Мой лоб коснулся руля, и я сжала губы, чтобы не разреветься.

Нет. Я не буду плакать. Не сейчас.

Финансово мне было тяжко, если не считать тот самый чек, о котором говорил юрист. Он сказал, что Эйб предусмотрел небольшой аванс, пока я не выйду замуж в течение тридцати дней и не получу все наследство. Он также вручил мне ключи от фермы, и я тут же отменила бронирование отеля — один лишний расход был исключен. Но если теперь с машиной что-то серьезное… я просто не могла себе этого позволить.

Хотя Эйб обо всем подумал.

Он хотел, чтобы ключи мне вручили в день оглашения завещания — знал, что я приеду на похороны, знал, что мне понадобится крыша над головой.

У него было огромное сердце. И каждый раз, когда я вспоминала, что его больше нет, слезы подступали сами.

Так что я позволила себе.

Я плакала потому,