Жена в наказание, или Дракон в наследство - Надежда Игоревна Соколова

побольше, не позорь нас и не испугай своего жениха, это твой последний шанс выйти замуж», – процитировала, ни разу не запнувшись, все с той же улыбкой глупышка Натали.

Впрочем, глупышка ли? Теперь Гарольд начал сомневаться в ярлыке «милая дурочка», висевшем на его невесте.

– У вас хорошая память, ронара, – сделал он ей комплимент в то время, пока остальные члены семьи с возмущенным видом глотали воздух и пытались найти достойный ответ.

– Благодарю, ваше высочество, в современном мире иначе не проживешь. Надо запомнить не только комплименты, но и гадости, – сверкнула белоснежными зубами Натали.

Гарольд хмыкнул. Дурочка, значит?

– Ваша светлость, – повернулся он к отцу семейства, – можем ли мы где-нибудь пообщаться с вашей дочерью? Наедине.

– Конечно, ваше высочество, – подскочил герцог. В глаза Гарольду он старался не смотреть. – Здесь рядом свободная гостиная. Я провожу.

Они втроем вышли в коридор. Гарольд ухмылялся, не скрывая своего настроения, герцог молча алел щеками. Натали мило улыбалась.

Едва они с невестой остались наедине, Гарольд поинтересовался:

– Ронара, вы сами замуж хотите?

– Не знаю, ваше высочество, – пожала плечами Натали. – С одной стороны, было бы неплохо, может, хоть муж не станет считать меня идиоткой. С другой… Вы же меня где-нибудь запрете подальше, да? А сами будете жить при дворе?

Если бы не вбивавшееся годами в сознание воспитание, Гарольд откровенно присвистнул бы. Не идиотка. Нет. Совсем не идиотка. А тогда кто? Что вообще, во имя Бездны, происходит в этой семейке?

Никакое счастье не может длиться вечно. Эту истину Наташа усвоила еще на Земле.

Первый звоночек прозвенел, когда Наташа с новой семьей то ли обедала, то ли завтракала в обеденном зале.

Сначала вышколенные слуги в серой униформе внесли первое – горячий ароматный суп с мясом и овощами. Его семья съела молча. За первым последовали вторые блюда – мясо, тушенное с грибами, свежие овощи, сырную нарезку, два вида салатов.

– Милая, – обратилась мать к Наташе, едва слуги отошли к стене, – прошу, веди себя достойно сегодня. А главное, молчи побольше, не позорь нас и не испугай своего жениха, это твой последний шанс выйти замуж.

Наташа порадовалась, что успела проглотить грибок, который жевала за минуту до этого. Иначе точно подавилась бы им.

«То есть ту, в кого я попала, считают идиоткой», – сделала правильный вывод она и нехорошо про себя улыбнулась. Ну ладно, она покажет народу идиотку.

«Общаясь с людьми, изображай радушие», – учил ее земной отец. И Наташа изобразила: выщерила все свои зубы в показной ухмылке, да такой, что мать испуганно отшатнулась, и милым девичьим голоском произнесла:

– Как скажешь, маменька.

– Натали, – укоризненно произнес отец, высокий крепко сложенный брюнет с синими глазами, одетый в зеленый камзол и черные штаны, – не нужно выставлять себя хуже, чем ты есть на самом деле. Мы, твои родители, желаем тебе только добра.

«Это вы еще не знаете, насколько я хуже вашей кроткой дурочки», – ухмыльнулась про себя Наташа, вслух же покаянно произнесла:

– Прости, папенька.

Отец нахмурился, видимо, обращение ему не пришлось по вкусу, но промолчал.

Второй звоночек прозвенел, когда приехал жених, тот самый, которого с таким нетерпением ждали родители. Красавчик, конечно. Такого только на обложку глянца, чтобы девушки раскупали номер со свистом.

Наташа на Земле с принцами никогда знакома не была, допускала, что они могут быть людьми не совсем адекватными. Но этот…

Каждый раз, когда он смотрел в сторону сидевшей молча Наташи, в его взгляде равнодушие сплеталось с жаждой наживы.

И Наташа подозревала, что приданое за ней дадут нехилое. Иначе откуда такая алчность в глазах его высочества?

Когда он потребовал дать им поговорить наедине, Наташа довольно потерла руки, мысленно, конечно. Они поговорят, ох и поговорят.

– Ронара, – обратился к ней ее ненаглядный жених, едва входная дверь закрылась, – вы сами замуж хотите?

– Не знаю, ваше высочество, – пожала плечами Наташа и для разнообразия сказала полуправду. – С одной стороны, было бы неплохо, может, хоть муж не станет считать идиоткой. С другой… Вы же меня где-нибудь запрете подальше, да? А сами будете жить при дворе?

В глазах принца равнодушие сменилось изумлением. Казалось, он не ожидалось услышать подобного ответа. Хотя почему «казалось», если Наташу все здесь считают записной идиоткой?

Глава 5

Милая улыбка никак не сочеталась с умным взглядом. Гарольд достаточно долго прожил при дворе, был искушен в дворцовых интригах, знал, и не только в постели, многих женщин. Некоторые из них считали себя, а заодно и являлись, самыми настоящими стервами.

Та, что сейчас стояла перед ним, стервой не была, но и настоящей дурочкой назвать ее у Гарольда язык не поворачивался. Скорее, она прикидывалась глупышкой, мастерски играла эту роль.

И тогда у Гарольда сразу же возникало множество вопросов к ее предыдущим женихам, среди которых было много довольно умных существ. Как они не заметили этот ум и эту игру? Закрыли глаза? На такое приданое? Или же пошли на поводу у слухов?

В любом случае, Натали ждала ответа. И Гарольд произнес:

– Если вам нравится жизнь при дворе, ронара, вам выделят во дворце отдельные покои. Уверяю вас, всегда и обо всем можно договориться.

Натали весело сверкнула глазами.

– С удовольствием, ваше высочество, я договороспособна и умею общаться. А уж как я люблю общество…

Последнюю фразу она произнесла мечтательно. И у Гарольда почему-то побежали по телу мурашки от ее тона. Интуиция, никогда не подводившая Гарольда, сейчас просто вопила, что дело нечисто и что принесение клятв у алтаря с этой девушкой ему в будущем аукнется многими проблемами.

– Я что-то не то сказала? – невинно уточнила Натали. – Вы сейчас посмотрели на меня как на монстра.

– Нет, – покачал головой Гарольд, – просто послышалось. Скажите, ронара, вас хоть чему-то обучали?

– Вести себя за столом я умею, если вы об этом, – и хлоп, хлоп ресничками. Нарта, настоящая хищная нарта, та самая рыба, которая любое существо обглодает за секунды.

– Не совсем, – качнул головой Гарольд. – По традиции мы с вами сможем принести клятвы у алтаря только через двое суток. Вы не против, если мы это время будем часто общаться?

– Конечно же, я согласна, ваше высочество, – и тяжелый