Бывшие. Реабилитация любви - Алекса Винская

Элитный посёлок начался с трёхметрового забора и КПП. Шлагбаум, камеры, будка охраны. Подъехав к посту, я опустила стекло.

– Васнецова Кира Витальевна. Я к… – Глянув на листок, я поняла, что так и не знаю ни имени, ни фамилии своего пациента. – Сосновый переулок, дом три.

Охранник молча сверился со списком, кивнул и передо мной поднялся шлагбаум.

Я въехала на территорию поселка и медленно стала двигаться вперед, выглядывая среди домов табличку с нужным мне адресом.

Дом три оказался в самом конце переулка – кирпичный, двухэтажный, с большими окнами и расчищенной подъездной дорожкой. Строгий, дорогой, без лишних украшений. И без души.

Припарковавшись у ворот, я посмотрела на часы – десять ноль две, почти не опоздала.

Еще минут пять у меня ушло на то, чтобы сменить испачканную толстовку на чистый халат, взять сумку, пакет с документами которые нужно заполнить, и собрать в кулак все силы.

Я сделала глубокий вдох, стараясь себя подбодрить:

– Кира, ты профессионал и ты справишься. Это просто работа.

Закрыв машину, я подошла к калитке и нажала кнопку домофона.

– Слушаю?

– Кира Васнецова, реабилитолог из клиники “Олимп”.

Домофон запиликал, и после короткого щелчка калитка открылась.

Оглянувшись, я ступила на дорожку, выложенную искусственным камнем – по бокам стоят аккуратно подстриженные туи, засыпанные снегом, на которые наброшена стильная ретро гирлянда. Красиво, и не так уж бездушно, как мне показалось с первого взгляда.

Я поднялась по ступеням к массивной деревянной двери, у которой меня уже ждал темноволосый мужчина:

– Проходите, Дмитрий вас ждет.

Пропустив меня вперед, мужчина запер дверь за моей спиной и мы направились по просторному холлу, в сторону комнаты из которой доносится звук работающего телевизора.

– Вам туда. – Жестом указал мужчина, и я шагнула вперед.

Заметив издали затылок хозяина дома, я ощутила странное волнение, которое отозвалось щемящей болью в моем сердце. Я постаралась ступать негромко, но все же, мои шаги громко отозвались на каменном полу и хозяин встал, чтобы меня встретить.

Он повернулся ко мне лицом, и в этот момент я поняла, что мое волнение было не случайным.  Передо мной стоит он – Дмитрий Градов, мой бывший жених.

Глава 3

Мир на секунду остановился, и я впилась глазами в человека, который пять лет назад уничтожил мою жизнь. Уничтожил меня.

И только его хриплый голос заставил меня вернуться в реальность и осознать, что это все мне не снится:

– Кира? – Также удивленно произнес Градов, опираясь на трость с фигурным резным набалдашником.

Тело буквально окаменело, и мне кажется, что на миг я даже забыла дышать.

Это какая-то ошибка, чья-то злая шутка. Может, я всё ещё сплю и мне снится кошмар? Сейчас зазвенит будильник, замяукает Шпрот, и я проснусь в своей маленькой квартире, где всё понятно и безопасно.

Но нет, будильник не зазвенел. И Дмитрий Градов стоит передо мной – живой, реальный, с тростью в руке и изумлением на лице.

Те же серые глаза, та же жесткая линия челюсти и тот же шрам над бровью, который он получил ещё в юности, на своей первой серьёзной игре. Только морщин стало больше, и в тёмных волосах появились первые приветы от седины.

Пять лет я убеждала себя в том, что забыла это лицо. А оказывается, что я сама себе врала.

– Кира, как ты…? – Его голос ударил меня под дых, выдергивая из этого дурацкого оцепенения.

Вернувшись в себя, я развернулась и буквально понеслась к выходу. Быстро, не оглядываясь – нужно бежать прочь из этого дома и из этой нелепой ситуации.

– Подожди! – Я услышала за спиной цоканье трости и почувствовала, как его сильная рука схватила меня за локоть, обжигая и причиняя ужасную боль.

– Не трогай меня! – Я крикнула это так громко, что мой голос эхом прокатился по всему дому.

Дмитрий отступил на шаг, опираясь на трость, и его лицо помрачнело.

– Мы не виделись пять лет, и это все, что ты можешь сказать? – процедил он.

– А чего ты ждал? “Привет, как дела? Как твоя нога?”

– Для начала можешь объяснить, какого чёрта ты тогда исчезла.

Я развернулась к нему, и вся боль, которую я так старательно хоронила эти годы, вдруг вырвалась наружу.

– Исчезла? Это я исчезла?!

– А кто? Я приехал в больницу – тебя нет. Я пытался до тебя дозвониться – ты сменила номер. Да я даже к матери твоей приезжал, несмотря на то, что у нас были… сложные отношения. Но она сказала что ты уехала и больше не хочешь меня видеть.

– Ещё бы я хотела тебя видеть после всего, что ты сделал!

– А что я сделал?! – Градов повысил голос, и на его скулах заиграли желваки. – Что я сделал, Кира? Примчался к тебе, как только узнал? Ночевал в машине под окнами больницы, потому что меня не пускали? Сходил с ума, пока искал тебя?

К горлу подкатил приступ тошноты и брезгливости. Хочется в душ – отмыться от его лжи и попытки обвинить во всем меня.

Он всегда был такой – никогда не мог признать своей неправоты. Но это уже перебор, обвинять меня в том, что я исчезла после того, как он утешался в объятиях моей сестры.

Мы застыли друг напротив друга, тяжело дыша. Между нами каких-то пару метров, пять лет молчания, обиды и непонимания – слишком существенная пропасть.

Пять лет, за которые я научилась жить заново, построила карьеру, собрала себя по кусочкам. И вот теперь всё это рушится, как будто кто-то легким движением толкнул косточку домино, и она потянула за собой всю фигуру.

Дмитрий уставился на меня, словно пытаясь прочитать что-то на моём лице.

– Знаешь что? – Он усмехнулся неприятной, кривой и горькой улыбкой. — Не думал, что ты опустишься до работы на вызовах. Помню, как ты мечтала о собственной клинике.

Ну вот и вся его сущность – не в силах вывезти разговор и ответить за свои поступки, он решил побольнее ужалить, чтобы я первая сдалась, и он снова смог бы выставить меня виноватой.

Но на этот раз, мне не захотелось сдаваться. Наоборот, я решила отразить его удар, нанеся ответный:

– А я не думала, что ты окажешься настолько немощным, что не сможешь доехать до врача сам!

Удар