Босс не по плану - Эва Бондарь

Юрист. Прекрасно.

Я кивнула и погрузилась в таблицы.

К семи вечера офис начал пустеть.

К девяти я поняла, что домой раньше десяти не попаду.

Вышла в коридор и набрала Таню.

— Танечка, пожалуйста… Мне нужно задержаться. До десяти, может, чуть позже. Останься со Стёпой?

— Конечно, — ответила она спокойно. — Не переживай.

Я вернулась к столу.

В кабинете Платона всё ещё горел свет.

Через стеклянную перегородку было видно, как он стоит, склонившись над экраном. Рукава рубашки закатаны. Пиджак аккуратно висит на спинке кресла.

Он вдруг повернулся — будто почувствовал, что на него смотрят.

И я резко отвела взгляд, сделав вид, что меня интересует исключительно папка в руках. Слишком поспешно. Слишком заметно.

Через минуту раздалось:

— Виктория.

Я вошла.

— Да?

— Садитесь. Нужно пересчитать маржинальность по второму блоку. Здесь не сходится.

Я села рядом. Слишком рядом.

Экран светился холодным голубым светом. Его плечо почти касалось моего. От него пахло чем-то свежим, чистым — и едва уловимой усталостью.

Мы работали молча. Только щёлканье клавиш и тихий шум вентиляции.

В какой-то момент мы одновременно потянулись к мышке.

Пальцы коснулись.

Совсем слегка.

Я резко убрала руку. Он тоже.

— Извините, — сказали мы одновременно.

И почему-то это прозвучало громче, чем должно было.

Я сосредоточилась на цифрах, но тело отреагировало раньше разума — внизу живота разлилось неожиданное тепло. Непрошенное. Нелогичное.

— Вы всегда так задерживаетесь? — спросил он, не отрывая взгляда от экрана.

— Нет. Только когда работа требует.

— Работа требует часто.

— Значит, буду соответствовать.

Он чуть повернул голову.

— Вы всегда так отвечаете?

— Как?

— Будто это вызов.

Я посмотрела на него.

— А вы всегда так ставите задачи? Будто это проверка на прочность?

На секунду в его глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.

— Я просто привык работать быстро.

— Я тоже.

Пауза.

— Вам не сложно? — спросил он тише.

— Что именно?

— Темп. Ответственность. Объём.

Я выдержала его взгляд.

— Я пришла не за лёгкой жизнью. А вы? — неожиданно для самой себя спросила я. — Вы всегда работаете без выходных?

— Почти.

— И не устаёте?

Он чуть наклонился ближе, чтобы посмотреть на таблицу, но его голос прозвучал прямо рядом с моим ухом:

— Усталость — это вопрос приоритетов.

Я сглотнула.

— Интересная теория.

— Рабочая.

Наши взгляды снова встретились.

В кабинете было тепло. Слишком тихо. Слишком поздно.

— Виктория, — он чуть снизил голос, — если вам нужно уйти, скажите.

— Нужно. Но я останусь.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Почему?

И я поняла, что отвечаю честно:

— Потому что я должна.

Он медленно кивнул.

— Хороший мотиватор.

— А у вас какой?

Пауза.

— Контроль, — сказал он.

И в этой паузе впервые не было холода.

Глава 7 Платон

Блядь.

Как же меня выматывает, когда Фёдор Сергеевич уезжает и всё ложится на мои плечи.

Этот подрядчик, который третью неделю не может привезти плитку.

Какого хрена никто не может просто работать нормально?

Я откидываюсь в кресле, провожу ладонью по лицу. Так. Спокойно. Контроль. Нужно кофе.

Я выхожу в общую зону и замираю.

Она стоит у стола и разговаривает с юристом.

Блядь. Что этот клоун делает рядом с ней?

Я вижу их уже не первый раз. Он слишком близко наклоняется, что-то ей объясняет. Она кивает.

Кнопка.

Маленькая, собранная, с этим своим спокойным выражением лица.

Сегодня в чёрных скинни и бежевом свитере в мелкий цветок. Ничего особенного. Всё закрыто. Скромно.

Но задница… зачётная.

Я стискиваю зубы.

Не беси.

Я подхожу.

Юрист поднимает глаза.

— Платон Олегович.

Я молча протягиваю ему документ.

— Переделать. Формулировку в третьем пункте.

Он начинает что-то говорить.

— Потом обсудим, — обрываю я.

Перевожу взгляд на неё.

— Виктория, за мной в кабинет.

Юрист замолкает.

Она спокойно кивает.

— Да.

И идёт за мной.

Кнопка.

Почему меня так бесит эта кнопка?

Мы заходим в кабинет.

Она закрывает дверь и смотрит на меня своим карим взглядом с лёгким прищуром.

Этот взгляд меня раздражает.

Будто она меня оценивает.

Я машинально перевожу взгляд выше — на её лоб.

И это тоже раздражает.

Что за хрень со мной?

— Вы что-то хотели? — спрашивает она спокойно.

Я стою. И понимаю, что… нет. Ничего я не хотел.

Я просто не хотел видеть её рядом с этим юристом.

Бред.

— Принесите мне кофе, — говорю я, первое, что приходит в голову.

Она чуть приподнимает бровь.

— Это можно было сказать по внутреннему телефону.

Тон ровный. Без вызова.

Но с иглой внутри.

И выходит.

Я остаюсь один.

С какого хрена она вообще так со мной разговаривает?

Через пару минут возвращается. Ставит чашку на стол.

— Ваш кофе, Платон Олегович. Надеюсь, температура соответствует внутреннему регламенту.

Голос спокойный. Чуть-чуть с сарказмом.

Я поднимаю взгляд.

И застреваю.

Чёрные джинсы подчёркивают бёдра. Свитер мягко ложится по фигуре. Ничего вызывающего. Всё закрыто.

Но взгляд не могу отвести.

В груди становится теснее.

И ниже — тоже.

Чёрт.

Я сжимаю челюсть.

Она замечает.

— Я, кажется, сказала лишнее. Извините.

— Виктория.

— Платон Олегович.

Пауза.

Я отвожу взгляд.

— Всё. Можете идти.

Она выходит. Дверь закрывается.

Я остаюсь один.

И пытаюсь понять.

Что это сейчас было? И почему она вообще мне не подчиняется?

Глава 8 Платон

С самого утра — объекты.

Пробки. Пыль. Подрядчики. Бесконечные вопросы, за которые никто не хочет брать ответственность.

Я не был в офисе ни минуты.

К вечеру голова гудела от цифр, звонков и чужой некомпетентности. Было уже за десять, когда я наконец направился обратно — нужно забрать документы и спокойно поработать дома.

Пустое здание, полуприглушённый свет в коридорах, гул вентиляции.

Я выхожу из лифта на этаж — и замираю. Свет в приёмной горит. Виктория сидит за столом.

Серьёзно?

— Вы что здесь делаете? — спрашиваю я, не скрывая удивления.

Она поднимает взгляд, усталая, но спокойная.

— Вы после обеда написали дождаться вас.

Я останавливаюсь.

Блядь.

Я действительно писал. И совершенно забыл.

— Я… — горло пересыхает. — Да. Точно.

Чёрт. Главное — не показать,