Побочный эффект спасения миллиардера - Лилия Хисамова

— Не думаю, что дело во мне. Может, обезболивающее начало действовать, — пытаюсь пошутить.

— Ты особенная. Не каждый решился бы прыгнуть за незнакомцем в реку. Большинство бы просто сняли видео для соцсетей.

— Давай сделаем это нашим маленьким секретом. Потому что если мой папа узнает, что я сделала, поставит меня в угол и лишит сладкого на неделю.

Он тихо смеётся. Подумал, наверное, что я шучу.

— Тогда я пришлю тебе коробку твоих любимых конфет с доставкой. В знак благодарности. И как компенсацию морального ущерба.

— С доставкой в угол? — уточняю с улыбкой.

— Куда скажешь. Хоть в угол, хоть на вершину Эвереста. Главное, чтобы тебе понравилось.

— Как благородно с твоей стороны накормить даму конфетами, — киваю.

Мы замолкаем на мгновение. Шутки отступают, и между нами повисает тёплое молчание.

— Ладно, мне пора идти.

— Постой, — удерживает меня за пальцы. — Не уходи. Вдруг мне снова понадобится моя русалка?

Я краснею, хотя он и не может этого увидеть.

— Хорошо, побуду с тобой ещё немного.

В какой-то момент замечаю, что Кирилл уснул.

Его дыхание становится ровным, лицо расслабляется, а губы чуть приоткрываются, будто он и во сне пытается что-то сказать. Я аккуратно опускаю его руку и бесшумно выхожу из палаты, стараясь не нарушить этот хрупкий покой.

А внутри меня — настоящий зоопарк.

В животе порхают бабочки, где-то рядом скачут колибри, а сердце стучит так, будто по нему с огромной скоростью бьёт дятел.

Симптомы налицо: учащённое сердцебиение, рассеянность, навязчивые мысли об одном конкретном пациенте.

Диагноз один: я влюбилась. Официально и бесповоротно.

Позднее, после нескольких часов тревожного сна вскакиваю, будто меня подбросило пружиной, и мчусь в душ.

Хм…

Что-то не так. В горле першит и хочется кашлять, но страшно: вдруг от этого станет ещё хуже?

Решаю проверить голос.

Открываю рот и вместо бодрого «алло» раздаётся какой-то сиплый писк, будто у мультяшного мышонка после ночи караоке.

Всё ясно. Это последствия вчерашнего купания в ледяной воде.

Горло тянет острой, царапающей болью.

Достаю косметичку и с размаху вываливаю всё её содержимое на кровать — туши, помады, пудры разлетаются, как сокровища пирата после кораблекрушения.

Тщательно наношу макияж, слой за слоем, словно Золушка перед балом. Хочу выглядеть идеально, чтобы впечатлить своего принца.

Надеваю своё самое лучшее платье, которое волшебным образом подчёркивает грудь и тактично скрывает мой животик. Оглядываю себя в зеркале и вздыхаю.

Всё не то.

В памяти всплывают фотографии Кирилла с роскошными красотками — высокие, стройные, с безупречными улыбками.

Я рядом с ними как бегемот на фоне лебедей.

А что, если он откроет глаза и, увидев меня, поморщится от отвращения?

Не всем же нравятся аппетитные формы, как у меня…

Я готова расплакаться от отчаяния. Никогда ещё мои комплексы не были такими громкими. Они орут, топают ногами и требуют немедленно исчезнуть из поля зрения Кирилла.

Тем не менее, я приезжаю в больницу в свой выходной день.

Нервно поправляю волосы, которые укладывала битый час.

Проверяю помаду — не смазалась ли.

Я сделала всё, что могла. Похудеть на 20 кг за пару часов у меня, увы, не получилось: магия косметики тут бессильна.

Подхожу к двери нужной палаты и замираю. Ладони потеют, колени слегка дрожат.

Зайти или нет?

Вдруг я ему не понравлюсь?

Глубокий вдох. Ещё один. Закрываю глаза, считаю до трёх и решительно открываю дверь.

ГЛАВА 4

Кирилл сидит на кровати и, надо признать, выглядит он очень даже неплохо. Бледность сошла, лицо посвежело, а улыбка, хоть и натянутая, всё равно заставляет моё сердце пропустить удар.

Вот только в палате он не один.

Возле кровати стоят двое солидных людей, в которых я узнаю родителей Андерина. Видела их фото в интернете: отец Кирилла с властным взглядом и мать с идеально уложенными волосами, будто она не в больнице, а на светском приёме.

Рядом длинноногая брюнетка в облегающем платье, с волосами до талии и улыбкой, которая, кажется, создана для глянцевых обложек.

При моём появлении все оборачиваются.

Я торможу на пороге. Хочу поздороваться, но из горла вырывается только осипший хрип.

Как не вовремя пропал голос.

— Медсестра, заберите поднос, — командует брюнетка, небрежно кивая в сторону столика возле кровати, где стоят пустые тарелки после принесённого обеда.

Что?

Она это мне?

Окидываю себя взглядом: да, я накинула халат, когда поднималась в травматологию, чтобы ко мне не было вопросов у персонала. Но я не медсестра.

Совсем.

Ни по образованию, ни по настроению.

Тем не менее, с самым невозмутимым видом подхожу к столику и беру поднос с тарелками.

Кирилл даже не смотрит на меня.

— Я прекрасно себя чувствую! — говорит он отцу.

— Прекрасно? У тебя вывих сустава. Ладно, хоть зрение не потерял…

— Я в порядке! — громко останавливает его Кирилл.

Замираю с подносом в руках, прислушиваясь.

— Кирюш, — брюнетка садится рядом с красавчиком на кровать и обнимает за плечи, — не злись. Мы все так безумно за тебя испугались.

Мы все?

Кто эта дамочка? И почему она так свободно обнимает его?

Взгляд невольно скользит по её безупречному силуэту, потом на меня, в халате не по размеру и с подносом, который я держу, как трофей на поле боя.

Сравнение не в мою пользу.

Кирилл наконец поднимает глаза, и на мгновение наши взгляды встречаются, но потом он снова поворачивается к семье.

— В любом случае, тебе будет лучше в частной больнице.

Разочарованно направляюсь к двери, стараясь не шуметь. Поднос чуть дрожит в руках, но я держу спину прямо.

— Я должен найти девушку, которая спасла меня. Потом можем ехать домой. Не надо никаких больниц!

Так вот же я.

Не надо меня искать.

Улыбнувшись своей самой обаятельной улыбкой, я оборачиваюсь…

ГЛАВА 5

Открываю рот и… ничего!

Горло сдавили железные щупальца.

Я пытаюсь выдавить хоть звук, хоть хрип, но воздух застревает в груди, как будто сама тишина решила меня задушить.

Больно.

Так больно, что перед глазами пляшут чёрные точки.

— Доктора говорят, что ты просто бредил, — вдруг заявляет Андерин-старший. — В машине скорой помощи были только врачи. А вчера к тебе никто не заходил.

— Я уверен, что со мной была девушка. Это был не бред. Я помню её голос и прикосновения. Такое не могло присниться.

Киваю часто-часто. Только я могу подтвердить слова Кирилла.

Но никто не обращает на меня внимания. Будто я и правда превратилась