Монетка на удачу - Ханна Рио

Она слегка давится и откидывает голову на меня.

— Ты будешь хорошей маленькой зверушкой для меня? — рычу я ей в ухо, и она кивает.

Я убираю пальцы с ее горла и толкаю ее на руки и колени. Просунув руку между ее ног, я играю большим пальцем с ее клитором, пока трахаю ее.

Она покачивается на мне, ее ноги начинают дрожать.

Мой член вонзается глубоко в нее, пока все ее тело не становится жестким, и ее маленькая киска пульсирует вокруг меня волна за волной удовольствием, когда оргазм захлестывает ее.

Я снова толкаюсь в нее и кончаю внутрь.

Черт.

Это было невероятно.

Я вытаскиваю из нее свой член и встаю. Она стоит на коленях, проводя пальцами по волосам и глядя на меня своими великолепными бледно-зелеными глазами, и я понимаю, кого она мне напоминает. Ту, кто умерла давным-давно. Ту, о ком я не хочу думать. Никогда.

Воспоминание шокирует меня и посылает трепет через мое тело. Я отворачиваюсь от нее на мгновение, чтобы скрыть выражение лица. Воспоминание, которое застало меня врасплох. Когда я поворачиваюсь обратно, Миша улыбается. Ее щеки раскраснелись, а губы розовые. Стоящая передо мной на коленях вот так — заставляет мой член снова шевелиться.

Я наклоняюсь и обхватываю пальцами ее челюсть.

— Пойдем, маленькая зверушка. Я обновлю твой напиток.

Она встает, и почему-то я не могу сдержаться. Я притягиваю ее к себе и целую.

Это не похоже на меня. Я обычно просто трахаю их и говорю уходить. Даже не так. Потому что обычно я трахаю их в отеле, а потом я ухожу, прежде чем они успевают даже одеться обратно.

Но они не такие, как она. Они не приковывают мое внимание. И уж точно они не удерживают его.

Мы с Мишей сидим вместе на диване, разговаривая допоздна. Это кажется естественным.

Она дает мне минимум деталей о том, кто она, уклоняясь от конкретных фактов — у меня такое чувство, что это потому, что она не доверяет людям. Она рассказывает мне о своей матери и своей жизни, и о том, как ей трудно удержаться на работе.

Я дразню ее, что это потому, что она слишком строптива.

Но мне нравится, что она строптива. Мне нравится сумасшедшая жилка в ней, которая заставляет ее швырять кипящее масло в людей, которые ее бесят.

— Это не имеет значения, в любом случае. Я найду что-то еще. Просто отстой, что большинство людей ожидают, что ты будешь работать практически за бесценок, но отдашь всю свою жизнь и свое достоинство. — Она закатывает глаза и опрокидывает остатки виски себе в рот, облизывая губы.

— Иди в постель. — требую я.

— Мне пора идти. — качает она головой. — Уже поздно.

— Ты должна делать, что тебе говорят. Я отвезу тебя домой завтра. А сейчас сними одежду и иди в постель. — Мой член пульсирует, твердея в брюках.

Миша встает и медленно начинает раздеваться, снимая форму официантки, пока не оказывается передо мной голой.

Она более чем красива. Она совершенство.

Она бросает мне лукавую улыбку и уходит глубже в пентхаус, чтобы найти мою спальню. Я следую за ней. Зная, что ночь будет невероятной.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Миша

Я просыпаюсь и моргаю, глядя на свои серебряные наручные часы, щурясь, чтобы разглядеть время в тусклом утреннем свете.

Пять. Еще рано.

Слава богу, виски было не дешевым дерьмом, к которому я привыкла в своем местном баре. Это было хорошее. Односолодовое и, вероятно, дороже за стакан, чем моя недельная арендная плата. Хорошее, от которого не остается жуткого похмелья, если выпить слишком много.

Рука Винсента обвита вокруг моей талии, и на мгновение я раздумываю, не прижаться ли к нему поближе. Он все еще крепко спит и глубоко дышит.

Боже мой — как он обращался со мной прошлой ночью — я никогда раньше не встречала человека, который бы точно знал, чего я хочу. Чем сильнее я с ним боролась, тем больше я его проверяла, и он не подвел, впечатлив меня. Это первый раз, когда мужчина заставил меня испытать оргазм во время секса. Фактически, это первый раз, когда мужчина вообще когда-либо так сильно меня заводил. Возможно, мне стоит разбудить его, и мы могли бы поиграть еще разок, прежде чем я уйду.

Тьфу.

Нет. Вставай, Миша.

Я не могу валяться здесь весь день, будучи хорошей девочкой для какого-то богатого козла. Мне нужно искать новую работу. И проведать маму. И жить в реальном мире — в мире, о котором этот парень явно ничего не знает, потому что он, очевидно, просто щелкает пальцами и мгновенно получает все, что хочет.

Хотя мне тридцать один, моя мама все еще волнуется за меня, как будто мне шестнадцать.

Думаю, я все еще выгляжу очень молодо, потому что я невысокая и миниатюрная. Большинство мужчин думают, что мне лет двадцать с небольшим. Двадцать два, двадцать три.

Я их не поправляю. Это лучше для моих чаевых, когда я пытаюсь удержаться на работе официантки.

Я осторожно сажусь, выскальзывая из-под толстой мускулистой руки Винсента.

Мои глаза очерчивают его великолепное лицо. Черт, он действительно сексуален. Темный серебристый лис с еще более темным поворотом в характере. Как раз мой тип. И я даже не знала, что у меня есть специфический тип, который мне так подходит, пока не встретила его.

Черт — у меня действительно серьезные проблемы с отцом. Я подавляю хихиканье. По крайней мере, я честна с собой.

Оглядывая пол спальни, я не могу найти свою одежду. О. Точно. Она вся в гостиной. Последнее, что я хочу делать — это когда-либо снова надевать эту отвратительную форму официантки — но я не могу уйти отсюда голой.

Я спешу через его квартиру и собираю все в руки. Затем я сажусь на диван и одеваюсь так быстро и тихо, как только могу.

У него действительно хорошая кофемашина на кухне. Мои глаза то и дело к ней обращаются. Черт, я бы сейчас выпила кофе. И я даже не заработала никаких денег прошлой ночью, потому что вместо этого вылила кипящее масло на своего босса и бросила работу, которая мне была так нужна. Я закатываю глаза.

Тьфу. Мне нужно начать быть менее импульсивной. Это был не самый умный поступок. Спасибо, что я всегда регистрируюсь на эти низкооплачиваемые работы под вымышленной фамилией. Такое чувство, будто я