Повелительница его сердца - Мэри Джо Патни

Они были великими мореплавателями. Их торговые пути пролегали по всему Средиземноморью и далеко за его пределами. Если присмотришься повнимательнее, то увидишь на одной стороне монеты изображение корабля с вооруженными воинами и какое-то морское чудовище.

— Ага, — заинтересовался Дункан. — Как у наших предков викингов.

— Верно. И, подобно викингам, они основывали города и поселения, которые стали торговыми портами.

— Это называется «талассократия», — сказал дед и, заметив удивление на лице внука, хрипло рассмеялся. — Не ожидал, что я вспомню античную историю? Талассократы захватывали обычно побережье и не стремились завоевать внутренние земли.

Он перевернул монету и, прищурившись, посмотрел на рельефную фигуру, изображенную на обратной стороне.

— Кто этот кудрявый парень?

— Понятия не имею, — рассмеялся Рамзи. — Предположительно — какой-то правитель, но чтобы установить его имя, нужно провести научное исследование. В истории существовало множество древних цивилизаций, о которых мы почти ничего не знаем. Во время скитаний я потратил немало времени на поиски следов загадочных финикийцев. В Португалии меня из-за этого чуть не убили. Я тебе об этом не рассказывал.

Густые брови деда сошлись на переносице: хмуриться было его привычкой, — и он задумчиво взглянул на внука.

— Несколько лет назад ты писал, что побывал в Порту, где хотел осмотреть памятники древней архитектуры. Но в страну вторглись французы, и ты в спешке уехал.

— В сущности, все так и было, но мой визит едва не закончился… плачевно, — сухо проговорил Рамзи, едва удержавшись, чтобы не сказать «моей гибелью».

Порту находится на северном берегу в устье реки Дору, а на южном расположен небольшой город Гайя. Чтобы остановить наступление французов, все мосты через реку были разрушены, но жители Порту отчаянно пытались спастись. Для этого они из маленьких лодок, связав их вместе, соорудили временный мост.

— Я читал об этом, — сказал Дункан слабым голосом, но в глазах у него светился огонек интереса. — Лодочный мост развалился, и многие из тех, кто пытался переправиться, утонули. Среди них были женщины и дети.

Рамзи мрачно кивнул:

— Истинное число погибших установить невозможно. Это был настоящий хаос, люди на берегу пытались спасти тонущих… Я был в составе группы, которая вытаскивала из воды монахинь и маленьких воспитанниц монастыря. Случайно рядом со мной оказались британцы. Французский полковник приказал схватить всех подозрительных, в число которых вошли и мы. Нас бросили в подвал, чтобы утром расстрелять как британских шпионов. Со мной в подвале заперли еще трех британцев и одного француза-роялиста, которому не повезло попасть в руки французских солдат.

Кустистые брови деда поползли вверх.

— Но, как я вижу, ты остался жив.

— Один из джентльменов, захваченных вместе со мной в плен, придумал, как бежать. Сообща мы сделали подкоп и еще до рассвета выбрались из подвала. Это была незабываемая ночь: ведь мы уже прощались с жизнью… А теперь мы, все пятеро, поддерживаем связь, хотя и нерегулярно. Удивительно, но кажется, все мы уцелели в последней войне.

— Слава богу, ты жив, — скрипучим голосом проговорил Дункан. — Живые люди здесь, на островах, нуждаются в тебе больше, чем мертвые развалины древних цивилизаций. На Торси тебя ждет уйма дел.

— С чего ты взял, что именно я здесь нужен? То, что я твой внук, еще не делает меня лучшим кандидатом на пост нового лэрда, — заявил Рамзи. — Да, я вырос здесь, но почти половину жизни провел вдали от дома.

— Торси нужны новые идеи и молодая энергия. Ты прирожденный лидер, надежда Торси на будущее. — Голос Дункана был теперь едва слышен. — Повседневным делам ты можешь научиться у Сигни. Она для меня — настоящая находка, палочка-выручалочка.

— Так и провозгласи ее лэрдом! — предложил Рамзи то ли в шутку, то ли всерьез.

На лице Дункана появилась слабая улыбка.

— Я думал об этом, но она не близкая родственница. Сигни родилась в Норвегии, и к тому же женщина.

— Все это верно, но согласись, что из нее получился бы хороший лэрд. Во всяком случае, она справилась бы с обязанностями лэрда лучше, чем я.

— Возможно, так. — Дункан вздохнул и закрыл глаза. — Тебе следует жениться на ней.

Рамзи в недоумении уставился на деда: он что, серьезно?

Конечно нет! Но в любом случае выяснить это не представлялось возможным: дед заснул. Во время разговора его лицо, несмотря на болезненную худобу, было оживленным, но теперь старик выглядел так, словно стоял на краю могилы. Когда Рамзи устало поднялся, Один спрыгнул со стола на кровать и лег, свернувшись калачиком, справа от лэрда. Бросив последний взгляд на гостя, он закрыл единственный глаз, спрятал нос под хвостом и заснул.

Рамзи вышел из комнаты больного, чувствуя усталость от долгого путешествия и возложенных на него надежд. Как хорошо, что рядом никого нет! Захотелось вдруг подышать свежим воздухом, размять ноги, и он вышел из дома и направился по тропинке, которая вела вдоль обрывов, окаймляющих побережье. Холодный ветер сразу освежил его голову.

Тропинка вела к Кланвику, столице и самому большому городу на Мейнленде. Здесь была лучшая на островах гавань, поэтому он стал центром торговли.

Архипелаг Торси состоял из множества островов, но некоторые из них представляли собой безлюдные скалы посреди бушующих морских волн. Большинство крупных островов были обитаемы: несколько семей, обосновавшихся на них, занимались сельским хозяйством и рыболовством, за счет этого и жили.

В детстве Рамзи знал все обитаемые острова как свои пять пальцев, и, повзрослев, стал считать Торси своей судьбой, а теперь задавался вопросом, чем же, черт возьми, ему заняться здесь, в этом диком краю.

Тропинка вела мимо неглубокой бухты, вдоль которой располагался небольшой пляж, где вместе с другими детьми он любил купаться. Пляж был также излюбленным местом местных тюленей: здесь они принимали солнечные ванны. Он улыбнулся, увидев полудюжину этих ленивых, похожих на валуны, животных, которые нежились на песке. Тюлени и купальщики не мешали друг другу. Чтобы выжить на этих отдаленных северных островах, людям нужно было жить в гармонии с природой.

Тропинка шла в гору, и, шагая по ней, Рамзи взошел на пологий утес, нависавший над морем. Внизу волны яростно разбивались о скалы. На самой высокой точке стояла пара потрепанных временем и непогодой скамеек для тех, кто хотел отдохнуть и насладиться открывающимся отсюда видом. Но Рамзи не стал садиться. Морской пейзаж радовал глаз.

Справа вдалеке виднелся Кланвик и корабельные мачты в гавани. Над городскими домами и магазинами возвышался купол небольшого кафедрального собора Святого Магнуса. Прямо перед ним находился островок в окружении полудюжины торчавших из моря скал. Эту группу местные жители называли «Кит с дочерьми».

Рамзи вдруг подумалось, что эти места страшно