Бесчувственный наследник - Мишель Хёрд

Мила — девушка Джейса и, надеюсь, моя будущая невестка — кладет руку мне на плечо. — Ты можешь тусоваться со мной в любое время.

Хана улыбается.

— Да, я того же мнения.

Фаллон придвигается ближе и обнимает меня.

— Прости, дорогая. Мне следовало больше стараться.

Я качаю головой. — Просто странно привыкать к тому, как здесь все устроено.

Мила берет меню и спрашивает: — Что будем есть?

Даже не глядя в список блюд, Фаллон отвечает: — Я буду салат с лососем.

— А я хочу стейк, — бормочет Хана.

Мои губы расплываются в улыбке; компания за обедом заставляет меня чувствовать себя в сто раз лучше, чем пару минут назад.

Приходит официант, и когда Фаллон делает заказ, я добавляю: — Мне то же самое и апельсиновый сок. — Я не выношу вкус газировки. От нее зубы становятся такими, будто по ним прошлись наждачкой.

Внезапно рядом с Фаллон садится Ноа, бросая короткое: — Дамы.

Он притягивает меню, быстро пробегает по нему глазами и говорит официанту: — Чизбургер с двойным сыром и... — он смотрит на напитки, — клюквенный сок, пожалуйста.

— Ох... я скучаю по Хантеру, — вздыхает Хана. — Все время жду, что он вот-вот появится.

— Ага, а я заваливаю Као сообщениями до потери пульса, — усмехается Фаллон.

— Ему нравится такое внимание, — говорит ей Ноа и даже тепло улыбается.

Снова этот укол ревности.

Фаллон переводит взгляд на него: — Да? Он сам тебе это сказал?

Ноа кивает и, достав телефон, показывает ей сообщение, которое заставляет ее рассмеяться. Приносят еду, и я вскидываю бровь, глядя, как Фаллон забирает гарнир из тарелки Ноа.

Почему Ноа может быть таким близким с моей кузиной, а со мной он ведет себя хуже Гринча?

«Потому что она в него не влюблена. С ней он может быть собой», — отвечает мой внутренний голос, и от этого мне становится горько.

Стоит ли мне сдаться? Попробовать полюбить его просто как друга? Было бы лучше иметь с ним хоть какие-то отношения, чем видеть, как он сбегает при моем появлении.

Я не первый раз думаю о том, чтобы оставить Ноа в покое. Обычно я держусь неделю, но стоит мне его увидеть, как все мои решения развеиваются как дым.

Но это было до того, как нам пришлось жить в одних апартаментах. Теперь, когда мы постоянно сталкиваемся лбами, моя безответная любовь становится проблемой для нас обоих.

С тех пор как Ноа отверг меня в первый раз, трещины на моем сердце расползаются все шире всякий раз, когда я думаю о том, чтобы сдаться. Как отпустить то, чего ты хочешь больше, чем собственного дыхания?

Я сосредотачиваюсь на еде, радуясь, что порция небольшая, потому что аппетит куда-то испарился. Как только я заканчиваю, вытираю рот и встаю.

— Увидимся позже. — Уходя, я пародирую Дори из «В поисках Немо»: — «Когда жизнь тебя расстраивает, знаешь, что надо делать? Просто плыви дальше». — Я тихо смеюсь и, выходя из ресторана, бормочу под нос: — «Просто плыви дальше. Просто плыви дальше».

Да уж, придется приложить все силы, чтобы забыть Ноа. Получится ли это у меня — время покажет.

НОА

Я не из тех, кто любит вечеринки. Как и мой лучший друг Као, я предпочитаю оставаться в тени. Это избавляет от необходимости общаться с людьми. Не то чтобы я был таким же отшельником, как Као, скорее мне просто тяжело дается коммуникация. Я не понимаю людей, а они не понимают меня.

Когда Форест говорит, что они остаются дома, я решаю, что должен попробовать проявить социальную активность, ведь мы будущие бизнес-партнеры. Может, мы с Карлой и не ладим, но, черт возьми, мне придется когда-нибудь с ней работать.

Надо признать, со вторника она не выкидывала никаких штук.

— Во что играем? — спрашивает Форест.

Вспоминая все те игры, в которые нас заставлял играть Джейс, я предлагаю: — Можем сыграть в «Fear Pong» (Пивной понг с вызовами).

Ария смотрит на меня.

— Fear Pong?

Я быстро объясняю.

— Да, мы пишем задания на дне стаканчиков.

Ты либо выполняешь вызов, либо пьешь. Команда-победитель получает двести долларов.

— Команда? — Карла впивается в меня взглядом и усмехается. — Боже, это будет бесценно.

Покачав головой, я спрашиваю: — Просвети меня, почему же?

Она ухмыляется: — Ты и я. Мы в одной команде.

Черт. Надо было об этом подумать.

Надеясь, что мне это не выйдет боком, я бормочу: — Твою мать.

Девчонки уходят переодеться в удобную одежду, и как только мы остаемся одни, Форест спрашивает: — Вы двое сегодня друг друга не прибьете?

Я усмехаюсь, чтобы его успокоить: — Да не парься. Я буду с ней помягче.

Пока Форест уходит переодеваться, я достаю из шкафа пластиковые стаканчики и бутылку виски. Господь свидетель, мне понадобится алкоголь, чтобы пережить этот вечер.

Когда все готовы, мы занимаем места по разные стороны кухонного «острова». Девушки что-то ищут в телефонах, и когда они начинают писать задания на дне стаканов, я начинаю нервничать.

Надеюсь, Карла не додумается написать что-то вроде «поцелуй своего напарника», иначе игра окончена.

Форест читает одно из заданий: — «Рассказать команде противников о грязной фантазии, которую ты бы никогда не воплотил в реальности»? Серьезно?

Карла жмет плечами.

— Мы нашли задания в интернете.

Не удержавшись, я бурчу: — У меня есть грязная фантазия. В ней фигурируют скотч и рот Карлы.

В голове вспыхивает образ: Карла, веревка, скотч... и по телу неожиданно проходит волна жара. Что это, черт возьми, было?

Я откашливаюсь, пока Форест фыркает. Наливаю себе виски, и пока делаю глоток, Карла смотрит на меня.

— Да? Тебе точно не захочется слушать мою.

Наконец-то мы в чем-то согласны.

Вскинув подбородок, я пронзаю ее взглядом.

— Ну же, просвети.

— В ней у тебя три кадыка, — дерзит она.

От этого уголок моего рта невольно ползет вверх. Уж лучше я буду выслушивать ее угрозы, чем флирт.

Карла ходит первой. Она попадает шариком в цель, заставляя меня вскинуть бровь. Она радостно вскрикивает рядом со мной. Форест читает задание: — То есть я должен делать все, что скажет Ария?

— Вроде того, — бормочу я. —