Развод в 40. Уйти от предателя - Лена Грин

— Что? — еле выдавила я. — Как это? Когда?

Маша виновато опустила взгляд и ответила, помедлив:

— На Новый год.

— Что, у нас?!

— Угу. Но он был пьян, извинялся потом. «Пошутил», — она нарисовала кавычки в воздухе.

— А ты что?

— В смысле? Я дала ему понять, чтобы он отвалил. Он тут же назад сдал.

Я просто выпала в осадок, услышав её признание.

— Но почему ты не сказала? Какими словами это было? То есть… Господи, — я спрятала лицо в ладонях. — Маш, я что, настолько слепая?!

— Да не слепая, — она погладила меня по плечу. — Я раньше тоже за ним такого не замечала. За все годы он только раз вот так ко мне подкатил. Может, потому что развелась, а он реально пьян был.

— Не оправдывай его.

— А ты не плачь.

— Я и не плачу.

— Угу, я вижу. Сейчас.

Она вернулась с бутылкой вина и двумя бокалами.

— Я на машине. Да и рано ещё.

— Ну, у меня останешься. Настя не маленькая, а этот козёл пускай мучается. И вообще, пойдём на диван.

Мы переместились в гостиную, я устроилась на диване, вытянув ноги, с бокалом вина. Пить не хотелось, но Маша настояла.

— Давай, за свободу от уродов.

— Ты от своего избавилась, и как теперь? Не жалеешь?

— Совершенно, — уверенно ответила она, сделав глоток. — Хотя нет, жалею. Что не сделала этого раньше.

Я усмехнулась. Чуть больше полугода назад Маша рассталась с Валерой, ещё одним изменщиком.

— Может, у них это в крови? Полигамия. Это мы выбираем, а потом держимся за одного.

— Может, — легко согласилась она. — Мне как-то без разницы, я замуж сходила, больше не хочу.

— Серьёзно? Больше никогда?

— А чего я там не видела? Что я вообще от этого брака получила? Только головную боль. Обстирывать его, рубашки гладить, готовить больше. И не в два раза! Он ел, как слон! И носки эти его, как вспомню, как вздрогну.

Я усмехнулась. Витя тоже обожает свои носки раскидывать. Где бросил, там и забыл.

— А теперь у меня чистота, порядок, времени на это уходит в разы меньше. Не надо думать, что в эту бездонную бочку затолкать, поужинала йогуртом и свободна.

— Так устала готовить?

— Да ты бы видела, сколько эта туша сжирала!

— Ну, он у тебя качок.

— Не у меня, слава богу. Теперь пусть Олесечка думает, чем его кормить.

— У тебя на этом пунктик?

— А ты не смейся, это реально больная тема, — воскликнула Маша. — Сначала работа, потом вторая смена у плиты. Фу, — её натурально передёрнуло. — Всё, свободна. Больше никогда.

— Они всё ещё вместе?

— Без понятия, — пожала плечами Маша. — Хотя знаешь, мне тут его мамаша звонила.

Она вдруг заулыбалась.

— Жалеет, что её сыночек меня бросил.

— Это вроде ты его бросила, — хмыкнула я, глотнув вина.

— Её такие детали не волнуют. Раньше она меня ненавидела, а теперь плачется, что новая невестка — мегера.

— Ну, ценить надо было.

— Вот-вот.

— Вот уж Тамара удивится, что мы разводимся, — задумчиво произнесла я.

— Н-да, вот её даже жалко.

Я кивнула. Со свекровью у меня были хорошие отношения. Она сразу приняла меня. В семью к нам не лезла, жизни не учила. Настю любит. Но не из-за свекрови же мне за брак держаться.

— Так что у него с этой беременной? Любовь-морковь? Или так?

— Или так. Не нужен ему младенец.

— Прощения-то хоть просил?

— Ага. Пьяная ошибка, — усмехнулась я. — Похоже, с алкоголем ему надо завязывать.

— Да уж, — Маша опустила глаза. — Прости, что не сказала.

— Почему, кстати? Боялась, я не поверю?

— Вроде того. Ну сама подумай. Я только что развелась, обвиняю твоего мужа в приставаниях. Как-то это…

— Что? Я бы никогда не подумала, что ты сама пыталась его соблазнить. Маш, мы с тобой со школы вместе. Чего только не было.

— Прости, — кивнула она. — Правда, Вер. Я себя успокоила, что алкоголь — дело такое. Да и он извинялся очень.

Извинялся… Это входит у него в привычку. Натворить дел, а потом рассчитывать, что извинений будет достаточно.

Не на этот раз.

— Значит, развод? Всё всерьёз?

— Да, — твёрдо ответила я. — Всерьёз. Надо как-то… Не знаю, учиться жить без него. Почти полжизни вместе, с ума сойти.

— Не думай только, что это конец. Я имею в виду, жизнь на этом не заканчивается. Никто тебя в утиль не спишет.

Она взяла меня за руку, заглянула в глаза.

— Правда, Вер. На меня хотя бы взгляни! А ты вообще красотка, у тебя от мужиков отбоя не будет. Одна точно не останешься.

— Спасибо, Машунь, — улыбнулась я сквозь слёзы.

— Ну всё, сейчас потоп устроим, — хмыкнула она, вытирая уголки глаз.

Мы болтали обо всём на свете. О её новой жизни вне брака, о том, сколько внимания она начала получать от мужчин, которые раньше держались в стороне.

О том, что она меня поддержит, как бы сложно ни было.

Развод предстоял непростой. Кроме семьи, мы с Витей были слишком связаны ещё и по работе. Похоже, жизнь поменяется кардинально.

Ближе к вечеру он стал названивать.

— Волнуется, — фыркнула Маша.

Звонки я игнорировала. За ними посыпались сообщения. Нейтральные в начале, чем дальше, тем более нервными они становились:

«Надеюсь, ты не собираешься мне отомстить?»

— Думает, я ему изменять пойду в отместку? — впечатлилась я.

— По себе меряет!

— Ага, ведь мне именно этого и не хватало. Пойти и с кем-нибудь переспать. Идиот.

«Моя ошибка не даёт тебе права...» И дальше длиннющий текст, который я даже читать не захотела. Показала Маше, она присвистнула.

— Чокнулся, что ли?

Снова посыпались звонки.

— У Вити там крыша едет, — вынесла она вердикт.

Я позвонила Насте и успокоила:

— Настён, я сегодня у Маши останусь. Ты в порядке?

— Да, мам. Папа тут волнуется.

— Ну, пусть не волнуется. Хотя мне всё равно. Главное, ты не переживай, ладно?

— Ладно, — вздохнула она. — Маше привет.

— Хорошо.

Мы попрощались, и я думала, Витя на этом успокоится. Не тут-то было. Этот идиот заявился сюда. Видимо, одного скандала ему показалось мало.

Глава 4

— Вера, открой!

Вите показалось мало просто позвонить в дверь, он долбил в неё так, будто мы тут мужиков прятали и не успели их распихать под кроватями.

Мы переглянулись с Машей и отправились открывать.

— Осторожнее, — бросила она. — Он, похоже, не в себе.

Я открыла дверь, оставив цепочку на месте.

— Что за?.. Открой нормально.

— Чего ты хочешь? — спокойно спросила я.

— Поговорить, не видно?!

— Сбавь тон, соседи сбегутся.

Он выдохнул, сжав зубы.

— Ладно, — поднял ладони вверх. — Всё, спокойно. Открой,