Развод с Драконом. Уходи, я нашел Истинную - Анна Кривенко

С тех пор Марана гостила у нас несколько раз в год по целому месяцу. Иногда забегала в гости просто так, приносила сладости, весело щебетала. Была счастлива, когда у меня родилась Диана. Нянчилась с ней, как с куклой.

Но сейчас, когда муж так со мной поступил, и где-то на горизонте маячит презренная истинная, я поняла, что не хотела бы видеть девчонку в нашем доме. Искренне не желаю, чтобы она погружалась в эту грязь, чтобы разочаровывалась. Ей только-только стукнуло восемнадцать, у неё вся жизнь впереди. Она должна верить в лучшее, в любовь, в судьбу. А, насмотревшись на нас, получит только негативный жизненный опыт…

Может, мне удастся выпроводить её отсюда побыстрее? Сошлюсь на занятость.

Решив это, я подобрала юбки и поспешно рванула к лестнице. Поднялась по каменным ступеням и вошла в холл.

Марана сидела на диванчике в этом самом холле и весело смеялась. К моему удивлению, рядом стоял муж и что-то ей задорно рассказывал.

За полгода, что мы не виделись, девушка просто преобразилась. Из худенькой, немного нескладной барышни она превратилась в шикарную деву.

Уж не проснулась ли в ней драконница? — подумала я удивленно.

Она вся округлилась. Кожа стала идеально белой. Одета была с иголочки — блестящее светло-персиковое платье. Завитые локоны свободно опускались по плечам. Нитка жемчуга украшала длинную шею.

Какое-то странное предчувствие кольнуло в груди, и я поёжилась.

В этот момент Марана обернулась и, увидев меня, поспешно поднялась на ноги. Её взгляд тоже изменился. Теперь она выглядела очень уверенной в себе. Не ребёнком, который смотрел на меня с обожанием и мечтал однажды стать такой же счастливой, как я. Она показалась мне взрослой женщиной, которая уже определилась в жизни.

Сморгнув наваждение, я нацепила на лицо улыбку и шагнула к ней, стараясь игнорировать своего супруга, который помрачнел и набросил на лицо холодное выражение.

— Здравствуй, Марана! — произнесла я, протягивая ей обе руки для приветствия.

Она протянула свои ладошки в ответ, и мы взялись за руки. На ярких розовых губах девчонки заиграла самоуверенная улыбка.

— Здравствуйте, госпожа Виола! — произнесла она, и голос её остался таким же мягким, как и раньше. — Очень рада вас видеть! А вы… рады видеть меня?

Я удивилась вопросу, и дурное предчувствие повторилось вновь…

Глава 4 Предательница

Такой странный вопрос. Рада ли я её видеть? Хотела сказать: конечно, рада… но рта так и не открыла.

Испытующе перевела взгляд на Арана, а тот неожиданно отвернулся и молча зашагал прочь, направляясь к двери своего кабинета, и через мгновение мы с Мараной остались в холле вдвоём.

Девушка улыбалась. Наконец отпустила мои руки и присела на диван. После указала на кресло, приглашая присоединиться к ней, будто это я была у неё в гостях.

Я опустилась на краешек, ощущая себя очень странно. Дикие подозрения роились в голове, но я отгоняла их — это решительно невозможно.

— Что привело тебя сюда сегодня, Марана? — уточнила прохладным тоном.

Девушка опустила взгляд, но не согнала с лица улыбку.

— Я хотела поговорить с вами. Решила рассказать обо всё прямо. Сейчас у меня непростой период в жизни… — начала она, но я с легким раздражением прервала ее:

— Давай поговорим об этом в следующий раз. Извини, но сейчас у меня тоже сложности в семье, и мне бы не хотелось, чтобы ты становилась их свидетельницей…

Я уж подумала, что сейчас всё разрешится. Марана уедет, моё сердце успокоится, и я начну воевать с муженьком дальше. А позже мы как-нибудь с ней встретимся, и я расскажу о том, что творится в моей семейке…

Но воспитанница вдруг подняла руку, властным жестом останавливая мой порыв встать и выпроводить ее из дома.

— Подождите, Виола, — произнесла она уже без улыбки. Глаза её странно блеснули. — Вижу, Аран вам ничего не сказал.

Я нахмурилась. С чего вдруг она называет моего мужа по имени? Раньше она называла его только господином или же графом Фулье.

— В общем, Виола, милая моя, — она вдруг встала, подошла ко мне и опустилась на колени, хватая меня за руки, после чего преданно заглянула в глаза и прошептала: — Так уж определили Боги, что я… — она сделала драматическую паузу, — стала истинной парой для вашего супруга. Поэтому нынче этот дом и всё, что в нём, принадлежит мне. Прошу, не гневайтесь, примите это, как дар Богов…

Она произнесла это медленно, степенно, выделяя каждое слово, а у меня перехватило дыхание.

Нет, это решительно невозможно! Это бред! Но… с другой стороны всё слишком очевидно.

Я высвободила руки с такой поспешностью, будто спасалась из хватки когтистых лап. Стало противно. Хотелось стряхнуть с себя её прикосновение.

Видя отвращение на моём лице, Марана неожиданно изменилась. Она встала с колен, возвысившись надо мной, и не отступила ни на шаг. Она нависала, как скала, пытаясь подавить меня вдруг проклюнувшейся мощью.

— Призываю вас к благоразумию, Виола, — процедила она жестко, а я поняла, что еще никогда не слышала от воспитанницы подобного тона голоса. — Истинность — это вам не шутки. Если Боги подарили кому-то подобную связь, то это их решение, и ни одно существо в мире не должно противиться ему…

Я медленно поднялась — и мы оказались близко друг к другу, едва не соприкасаясь носами. Я глядела в её светлые, какие-то жестокие глаза и понимала, что все эти годы меня водили за нос, а я была такой глупой.

Никогда не было мягкой, нежной девчонки, которая обожала мою дочь и любила меня. Была расчётливая и продуманная девица, которая не упустила своего шанса. Да, истинность подделать невозможно, и не её вина в том, что она стала истинной моего мужа. Но вот это торжество во взгляде — это её собственное решение.

Я отступила на шаг, но не от испуга, а от отвращения.

— Значит, это ты… — прошипела сквозь зубы. — Ответь только на один вопрос: ты хоть раз в жизни была со мной искренна?

Марана скривилась в презрительной усмешке.

— Вы многому меня научили, — произнесла она и начала прохаживаться по комнате, как королева. — Вы научили меня, что простота — это глупость. Что добрые люди обычно не видят дальше своего носа. Что преданность… сердечная преданность мужу обязательно закончится катастрофой. Ваш пример доказывает, что люди, рождённые в семьях простолюдинов, будут в жизни полными неудачниками…

Я не могла поверить тому, что слышала. Значит, она наблюдала за мной и всё это время презирала, учась делать ровно наоборот???