Инсайдер. Во власти мажора - Ника Княжина

Я испуганно сжимаюсь в кресле.

— Слушай, детка, не тяни резину. Ешь давай. Нам скоро выдвигаться в путь.

— Я… я не хочу…

— Меня это не волнует, — говорит таким тоном, будто готов запихать в меня еду, если потребуется. А вдруг и правда? Такой точно может. — Был приказ. Исполняй.

Бросаю беспомощный взгляд на Светлану. Она пожимает плечами. Считает, видимо, что мне надо слушаться. Это нормально в её картине мира.

Но я не такая смелая, чтобы противостоять тому, у кого в руках пистолет. Да он страшен и без него. Кажется, одним махом из меня дух выбить может. Вон какие руки здоровенные, качок настоящий.

И я прогибаюсь.

Дрожащей рукой беру вилку и ковыряю в тарелке. Заталкиваю в рот кусочек брокколи. Медленно жую, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

Терминатор одобрительно кивает.

— Вот так. Давай сама. Не стоять же над тобой в самом деле.

Выпрямляется и отходит обратно на своё место. Снова заглядывает в телефон и вздыхает. Ему явно не нравится быть моей нянькой.

Я вяло жую, не чувствуя вкус пищи. Как бы назад всё не полезло.

Вот так меня и сломают. Будут грозить оружием, будут заставлять исполнять чьи-то приказы. И всё. Я превращусь в тень. Не будет у меня ни желаний, ни стремлений.

Просто оболочка, а не человек.

— У тебя хоть мужик был? — интересуется Светлана с подозрением в голосе.

Я закашливаюсь от неожиданного вопроса. Кусок лезет не в то горло, с трудом его проглатываю.

— Что? — хриплю я.

— Девственница?

Щёки невольно краснеют, да я вся превращаюсь в помидор. До кончика носа. Сцепляю пальцы на коленях. Краем глаза замечаю, что на меня и терминатор смотрит. Наверное, тоже ему любопытно.

— Не было у меня никого, — выдыхаю шёпотом.

Чувствую себя отвратительно. Такой вопрос… Я только с Олей обсуждала это. Она моя единственная подруга. Да и между девочками… ну это совсем не то, что незнакомым людям признаваться.

Терминатор что-то хмыкает и отворачивается от меня. Светлана будто бы даже с сочувствием смотрит на меня. И меня пугает её взгляд. Будто она понимает, что раз так, то мне будет ещё хуже.

Я даже жалеть начинаю, что не успела распрощаться со своей невинностью.

Боже. Ну как же так? О чём я вообще думаю?

— М-да… Скромница, девственница. И чего ж ты, такая хорошая правильная девочка, по переулкам ночью шатаешься? Совсем не цените вы себя, молодёжь, — качает головой Светлана.

Она достаёт тонкую сигарету из пачки, задумчиво крутит её в руках, вставляет в рот. Потом убирает её обратно, будто вспомнив о чём-то. Может им тут нельзя в доме курить? Правила поведения? Но сигары мужчины за покером курили вообще-то.

— Я в общагу шла. Со студенческой вечеринки, — признаю, как есть. — Меня дома ждут.

— Уже не ждут, солнышко. Теперь ты собственность Князя и твой дом здесь, — как-то даже мягко поясняет Светлана, а у меня от её слов холодный пот на теле выступает.

Задыхаюсь от ужаса. Снова весь кошмар ситуации, в которой я оказалась, наваливается на меня. Это ведь не сон, не шутка… Тут просто нет выхода из ситуации. Это правда конец. Я правда в один миг стала чей-то собственностью…

Неожиданно дверь открывается. Мы втроём поворачиваемся ко входу.

И у меня сердце в пятки убегает, когда я опознаю вошедшего.

Глава 5. Будешь игрушкой

Леденящий душу взгляд серых глаз пробегается по мне. Мужчина входит в помещение. Кивает своим подчинённым.

— На выход.

Терминатора и Светлану будто ветром сдувает. Я же пошевелиться на могу. Будто цепенею на месте. Князь… сам пришёл ко мне. Устал ждать, пока я тут доем свой предсмертный ужин?

Он неспешно перемещается по комнате, на меня уже и не смотрит. Останавливается возле окна. Смотрит на улицу, руки в карманах брюк.

Я исподтишка наблюдаю за ним.

Широкоплечий, высокий. От него так и прёт тестостероном. И властью.

Страшный. Очень пугающий мужчина. И я… не хочу я быть его собственностью. Что он сделает со мной? Неужели то, о чём я думаю? Но зачем ему я? У меня ноль опыта. Я вообще ничего не соображаю в таких делах.

— Восемнадцать есть? — вдруг доносится тихий спокойный голос.

Не вопрос, а будто удар под дых. Одномоментно спирает дыхание. Началось…

— Нет, — выдавливаю из себя.

Ответ вылетает быстрее, чем успеваю подумать. Какова вероятность, что у него есть принципы и мораль? Надеюсь, что есть. И мне вот совсем не стыдно, что я обманываю. День рождение был весной, мне уже даже восемнадцать с половиной.

— Врать — плохая тактика, Нина Андреевна.

Что?!

Откуда он знает…

Ладошки потеют, и я вытираю их о платье.

Князь медленно поворачивается ко мне. Всё такой же невозмутимый как и прежде. От этого только хуже. Что сделает за то, что обманула? Как он достал на меня информацию? Я ведь тут от силы час торчу.

— Знаешь, почему у меня всё хорошо по жизни? Потому что я всегда проверяю факты. Никому нельзя верить на слово.

Его голос такой пугающий, такой ледяной. Он говорит так тихо, что мне приходится напрягать слух. Но сколько же в этом голосе скрытой угрозы. Опасность! Весь он — опасность!

— Я никогда не ошибаюсь, Ниночка, — продолжает говорить и приближается ко мне.

Князь садится напротив в кресло. Туда, где парой минут назад сидела Светлана. Закидывает ногу на ногу. Вальяжно укладывает руки на подлокотники. Терроризирует меня своим проницательным взглядом.

Я вижу перстни на его руках. Из-под пиджака виднеются узоры татуировок.

Молчу. Меня только что ткнули носом в обман. И что будет дальше? Как много он обо мне успел узнать? Знает, значит, что я сирота и никто не придёт меня спасать?

Правда жизни. Когда ты один… Тогда спасения нет.

Я никому не нужна.

Родители отказались от меня, когда мне было лет пять. Я их даже не помню. Ничего не помню о той жизни. Будто мне стёрли память. Запах мамы? Сильные руки папы? Нет. Ничего. Пустота.

Зато я отлично помню приют. И сладко мне там не было.

Но я умудрилась выжить в том мире. Умудрилась остаться человеком среди жестокости сверстников. Не сломилась под обстоятельства.

Но, видимо, судьба решила, что испытаний, выпавших на мою долю, было слишком мало. Так что получай ещё, девочка. Хуже быть не может? Может.

— Есть в твоей биографии чёрные дыры... — продолжает Князь. — Странности, которые вызывают вопросы…

Дыры? О чём он?

Ничего особенного в моей жизни не было.