Социальная клетка - Софья Макаренко

But he's coming for you, yeah, he's coming for you

Но он идёт за тобой, да, он придёт за тобой"

Foster the People – Pumped Up Kicks

Тая

Всю свою жизнь я была средним человеком. Обычная девчонка, которая не выделялась абсолютно ничем. Но так мне только самой казалось. Я смотрела на себя в зеркало будучи подростком и не понимала, за что именно меня могла любить мать. За нелепый нос с веснушками. Может быть, за тёмные, карие глаза. Или же за мои чудаковатые волосы. Они были у корней тёмного каштанового цвета, а по концам из-за солнца светлели и становились карамельного оттенка. Именно за эту особенность мать часто называла меня "конфеткой" или "карамелькой"

В младших классах меня часто дразнили из-за моих торчащих ушей. У меня была лопоухость[2]. Дети часто, тыкали в меня пальцами говоря, что я похожа на обезьяну. Дарили на праздники открытки и блокноты с изображением этого животного. Часто смеялись. Я была местным уродцем в этом цирке. Даже учителя и взрослые воспринимали меня со смехом. Для них всё это казалось забавным. А я же скатывалась в ужасную бездну низкой самооценки. Единственная, кто поддерживал меня на плаву, была мама.

Она была мощной женщиной. Большую часть жизни моя мать прожила в деревне, где поднималась с самого низа. Ухаживала по хозяйству, помогала соседям, охотилась на всевозможную живность, умела стрелять из ружья и даже первое время подрабатывала на стройке. Она была мастером на все руки и на первый взгляд внушала страх в глазах других людей. Мощная, высокая женщина, которая может дать отпор даже взрослому мужчине. С детства она являлась моим кумиром. Пока все девочки хотели стать принцессами, я мечтала быть похожей на маму. Такой же сильной и выносливой. Но генетика решила явно иначе. Мне досталось худощавое, хрупкое тело моего отца с лицом матери. Но при всём этом, я не отчаивалась и старалась держаться подобно стержню. Но получалось не всегда.

– Что случилось, моя карамелька? – спрашивала тогда у меня мама после работы. Именно в тот день всё дошло до абсурда в школе. Мальчишки подкараулили меня и окатили ледяной водой из ведра. Предполагаю, что до этого ей мыли пол в коридоре школы. Они тыкали в меня пальцами и называли ничтожеством, уродцем и ошибкой природы. Не помню, как я добралась до дома, но первым же делам постаралась отмыть с себя всю эту вонь. В крови бурлила ярость и злость. Я хотела растоптать их. Всеми своими силами. Рассказав всё это матери, она подумала, а потом спросила:

– Ты хочешь отомстить или дальше терпеть это?

Мама вытирала мои слёзы краем своей кофты и жалела в своих объятиях.

– Хочу отомстить – пробубнила я.

– И как же?

– Хочу, чтобы им было также больно, как и мне.

– Раз так, то почему бы не сделать это эффектнее.

– Как это? – спросила я недоумевающе.

– Схожу с тобой в школу, только перед этим тебя переодену во что-нибудь красивое.

Сначала мамина идея мне показалось полной чушью. Но потом она оказалась не такой уж плохой. Вместо кулаков мы пошли немного другим путём. Перед школой мама меня одела в самое красивое платье, которое у меня было в гардеробе. Надушила, завила волосы и слегка накрасила. Я выглядела мило и элегантно. То, что и было нужно.

Перед выходом она мне сказала:

– Самый главный секрет, карамелька – это уверенность. Помни ты выше всех тех тупых существ. Ты прекрасна. А ещё ты ни в коем случае не должна показывать свой страх. Представь, что все твои обидчики лепёшки с коровьим дерьмом.

После последней фразы я даже скривилась, на что моя мама рассмеялась:

– Вот с таким лицом и иди, когда их видишь. Они для тебя ничто и никто.

Стоит ли говорить, что в тот день моя мать стала ключевым человеком, который и разрешил ситуацию. Она держалась рядом словно скала и распугивала всех вокруг, пока я своим видом восхищала. Мне нравилось это чувство. Превосходство. Моя мать поговорила с классным руководителем о тех случаях и некоторых одноклассников наказали. Меня это радовало, как никогда. Но самое главное было, то, что я стала немного увереннее в себе. Конечно, ко мне боялись подойти преимущественно из-за мамы, но одно другому не мешает.

Тот день ничем не отличался от остальных. День, когда меня похитили. Помню, как собирала свои прямые волосы в небрежный хвост. Затем подкрашивала губы увлажняющим бальзамом. Надевала любимые огромные джинсы, сверху обтягивающий красный топ и джинсовую куртку с множеством нашивок и значков. Обожала её. В этом я ощущала себя настоящей сексуальной бомбой. Девушкой с красивым лицом, фигурой, острым умом и силой воли. Хоть я не такая мощная скала, как была моя мать, но мой потенциал был внутри. Главное держать голову высоко, спину прямо, а лицо максимально безэмоционально, чтобы казаться серьёзнее. Но иногда у меня это всё-таки не получается.

В этот день я должна была передать очередной доклад, о зарубежной классической литературе уже новому клиенту. Он захотел встретиться лично так как жил неподалёку, и это насторожило. Поэтому я взяла с собой нож, перцовый баллончик и проинформировала подругу. Нелля должна была сегодня вернуться по раньше домой. Мы с ней договорились, что как-только я окажусь на месте, то сразу же кину ей свои координаты. План был разработан хорошо. Но видимо не до конца, как казался на первый взгляд.

Парень назначил встречу в одном из дворов, между многоквартирными, старыми сталинками[3]. Небо было мрачными, с тяжёлыми тучами. Было душно, не смотря на холодный, осенний ветер. Это значило, что скоро пойдёт дождь. Во дворах даже бабушек не было на привычных старых скамейках. Качели поскрипывали от ветра, чем создавали данному месту устрашающий вид. Становилось не по себе. Вокруг было ни души. Даже свет в старых домах не горел. Это пугало и заставляло нервничать. Собрав все силы в кулак, я остановилась, тяжело вздохнула и направив координаты подруге, ждала заказчика.

Около получаса я ждала человека, стоя на улице, пока не поняла, что видимо он задерживается. Поэтому надела наушники, и включив музыку, начала пританцовывать на месте в ожидании. Ещё спустя полчаса небо начало темнеть, и я, проверив сообщения приняла решение уйти.

Но, как-только обернулась, увидела высокого парня, полностью одетого в черный цвет. Начиная с шапки, заканчивая чёрными джинсами и