В плену у гномов - Каролин Дейвуд

Пы.сы.: А вы бы согласились остаться в другом мире?)

Глава 3. Раздевайся

*Катя*

-Екатерина Николаевна очень сильно нуждается в твоих нежных руках, Моин. - И широкие ладони Лорина ложатся на мои хрупкие плечи, как бы говоря тем самым: "И не вздумай даже рыпаться! Отдашься в нежные руки этого мясника как миленькая!"

А я уже слышу хруст своей шеи, если на ней сомкнутся эти "нежные" руки!

Огромный и жуткий гном, услышав слова Лорина, нахмуривается, и под его кожей еле заметная волна проходит - грудные мышцы вместе с прессом напрягаются и расслабляются, будто он специально проверяет, как там у него всё работает. А работает всё прекрасно, прямо вот глаз радуется, глядя на его идеальную физическую форму, да вот только моя душа уже практически готова покинуть этот бренный мир!

-Послушайте, дорогие гномы, меня не нужно собирать заново! - Уже как-то слегка теряю уверенность в том, что смогу отбиться от троих здоровенных лбов, и решаю использовать метод переговоров: - И я понимаю, что знакомство наше не заладилось с самого начала, но мы можем договориться! Как культурные люди!

-Да к чему эти разговоры, когда можно один раз показать? - С утробным хохотком спрашивает Лорин, мягко, но уверенно направляя меня в сторону лежанки. - Ты ведь сама, кажется, хотела убедиться в реальности всего происходящего. Разве нет?

-Да верю я, верю! - И уже испуганно вскрикиваю: - Ааа, зачем ему этот кинжал?!

Пока Лорин усаживает меня на лежанку, сделанную из травы и листьев, а сверху покрытую шкурой какого-то очень пушистого зверя, Моин и правда берет в руки кинжал, но лишь для того, чтобы переложить его в другое место, тем самым, освободив себе место для того, чтобы начать что-то толочь в маленькой деревянной ступке.

-Какая эта иномирянка...уставшая и тревожная. - Доносится усмешка со стороны Моина, и я тут же прекращаю дёргаться, безумно удивившись его словам. - Оставляйте её. Я сам разберусь.

Ну тревожная, да. А как мне не быть тревожной? На работе мужики вечно дышат в спину и так и мечтают, чтобы я поскорее оступилась, ведь половине из моих коллег не нравится, что командиром группы захвата стала женщина. Бывший изменил. Хотя дело уже к свадьбе шло. И теперь меня еще и в плен угораздило попасть!

Но вот откуда этот мясник узнал о том, что я и правда просто дико устала?

-Екатерина Николаевна, - обращается ко мне Гилли, и я на него заторможенный взгляд перевожу, - если будет слишком хорошо - кричи! Мы будем неподалеку.

И, подмигнув мне с веселым видом после этой двусмысленной фразы, они с Лорином выходят, а мы с Моином вдвоём остаёмся.

И сначала просто молчим: гном продолжает что-то толочь в ступе, и на каждое его новое движение доносится приятный свистящий звук, а я пытаюсь вспомнить, когда же в последний раз нормально отдыхала.

И понимаю, что уже три года в принципе без отпуска сижу. А в свои двадцать девять лет чувствую себя на все сорок.

-А что? Видно, что я устала? Мешки под глазами? - Моё любопытство всё же берёт верх, и я первая прерываю тишину.

-Да нет. - Вздыхает гном, направляясь к выходу из палатки, но не уходит, а завешивает проход большим куском ткани, прицепив его к деревянному основанию, благодаря которому вся эта палаточная конструкция и держится. - Просто взгляд у тебя безжизненный. Будто из тебя всю радость выкачали. - Выносит он вердикт, пока разбирается с этой "тканевой дверью".

А мне внезапно так грустно-грустно становится, что сначала комок в горле встаёт, предательски пульсируя прямо над ключицами, а потом как меня накроет...

Да я даже на глазах у бывшего не плакала, когда с ним расходилась. Да и без него не плакала. Просто недели две вообще ничего не хотела и похудела даже на семь килограммов, резко сбросив вес.

А сейчас прямо не сдержалась.

И разревелась, прямо как маленькая. Еще и громко хлюпая и шмыгая носом при этом. И так я увлеклась этим увлекательнейшим процессом, что даже не заметила, как ко мне Моин подошёл.

-Не смотри! - Выдавливаю я совсем по-детски, растирая ладонями слёзы по щекам. - Просто твои травы сильно пахнут. Вот глаза и слезятся!

Чистая правда, кстати - здесь травами пахнет так сильно, будто посреди цветущего поля стоишь. Но, если бы я и заплакала, то только от счастья, ведь все эти запахи, перемешавшись друг с другом, образуют какое-то до боли родное сочетание запахов - тепла, лета, свежескошенной травы, земли, нагретой солнцем, и вот ты уже не в палатке сидишь, а на лавочке возле дома у бабушки в деревне. И если тебе куда-то и нужно, то только навстречу приключениям.

-Слёзы помогают очиститься. - Мягкий бас Моина прямо слух ласкает. - И иногда даже лучше смеха помогают.

Приседает передо мной. Одной рукой тянется к моему лицу и своим большим пальцем с широкой ногтевой пластиной, стирает последнюю слезу, показавшуюся из левого глаза. А второй рукой уже из кармана своих штанов вытаскивает какую-то тряпку.

-Вот. Можешь высморкаться. - И он протягивает мне измятый кусок ткани.

Точнее даже не кусок...это целый "кусман"! Прямо простыня! Может даже на ветру развиваться, как флаг!

-А это...? - И я вопросительно правую бровь приподнимаю, принимая двумя пальцами "дары природы".

-Вместо платка. - Хмыкает Моин, еще раз взглянув на меня, будто бы желая убедиться в том, что я прекратила реветь, и только после этого отходит от меня.

Какая прелесть...А этот Моин прямо джентльмен! И платочек-то у него даже имеется, чтобы утешать впечатлительных дам. Правда этим "платочком" даже укрыться можно, если одеяла нет...

-А теперь раздевайся. - Звучит за моей спиной коротко и безапелляционно.

Ладно! Уже беру свои слова обратно про джентльмена!

-Раздеваться? - И я, скукожившись всем телом и прикрывшись гигантским платком великана, смотрю с опаской на Моина, который уже со своей мини-ступой надо мной нависает.

-Или ты хочешь, чтобы я расслабляющую мазь тебе прямо на одежду наносил? А тело твоё я должен силой мысли видимо размять, да? - Ухмыляется гном, увидев мою реакцию, а в его взгляде, которым он сейчас интенсивно по моей фигуре скользит, загорается неприкрытый интерес.

Еще сегодня скидочка на мою книгу "Жена для шестерых