XXL малышка. Соблазн босса - Эрика Тверская

— Господи, — выдохнул он, глядя на меня. — Какие же они… И как ты их прятала под этими дурацкими блузками?

Он наклонил голову и взял сосок в рот.

Я вскрикнула. Громче, чем планировала. Язык обжёг, губы втянули, и по телу прошла волна такого острого удовольствия, что я выгнулась дугой, вцепившись ему в волосы. Он сосал — жадно, с присвистом, облизывая сосок со всех сторон, покусывая, втягивая в рот и отпуская, чтобы тут же взять снова.

Он смеялся. Прямо в мою грудь. Вибрация от его смеха отдавалась в соске, разнося по телу тысячи маленьких разрядов.

— Тише, — прорычал он, отрываясь на секунду. — Кричать будешь потом. Когда я разрешу.

Он переключился на второй сосок. Не ласково, не нежно — требовательно, почти больно. Но мне нравилось. Чёрт возьми, мне нравилось всё, что он делал. Из моего рта вырывались хрипы и стоны, которых я раньше от себя не слышала.

Я зарылась пальцами в его короткие волосы, притягивая ближе. Он зарычал — прямо в грудь — и прикусил. Слегка. Достаточно, чтобы внизу живота всё сжалось в тугой узел. Между ног стало влажно. Так влажно, что я чувствовала, как трусы промокли насквозь.

— Яр, — простонала я. — Пожалуйста…

— Чего? — спросил он, поднимая голову. Его губы блестели от слюны. Глаза потемнели. — Чего ты хочешь, Юля?

— Не знаю, — выдохнула я. — Тебя. Всего.

Он усмехнулся и скользнул рукой под юбку. Пальцы пробежали по бедру, замерли на резинке трусов. Он не спешил. Водил пальцами туда-сюда по мокрой ткани, дразнил, нажимал на клитор через тонкое кружево, и я сходила с ума.

— Здесь? — спросил он, нажимая сильнее.

Я закусила губу и кивнула. В глазах стояли слёзы — от стыда, от желания, от того, как сильно мне хотелось, чтобы он просто вошёл.

Он отодвинул трусы в сторону и провёл пальцем по самым чувствительным местам. Я была мокрой. Не просто влажной — мокрой настолько, что его палец скользнул внутрь без малейшего сопротивления. Я всхлипнула. Он вытащил палец, поднёс к своим губам и облизал медленно, смакуя, не отрывая от меня глаз.

— Вкусно, — сказал он, облизывая губы. — Как мёд. Хочу попробовать ещё.

Он опустился на колени. Задрал юбку до пояса. Раздвинул мои бёдра широко, почти грубо, и уткнулся лицом прямо туда, где я была влажной и горячей.

Я закричала. Потому что его язык нашёл клитор сразу — будто он знал моё тело лучше, чем я сама. Он лизал медленно, широкими движениями снизу вверх, обводил круги, втягивал в рот, водил кончиком языка взад-вперёд. Мои пальцы вцепились в край стола. Спина выгнулась. Я не могла дышать.

— Не останавливайся, — простонала я. — Пожалуйста, не останавливайся.

Он зарычал в меня — вибрация прошла через клитор, разлилась по всему низу живота, и я поняла, что сейчас кончу. Ещё секунда. Ещё одно движение языка.

— Я сейчас… — выдохнула я. — Яр, я…

Он остановился.

Поднялся с колен. Губы блестели. Подбородок был мокрым. Он смотрел на меня сверху вниз, хищно, голодно.

— Нет, — сказал он. — Не так быстро. Сначала я.

Он расстегнул ширинку. Брюки упали на пол. Затем трусы. Я смотрела — и у меня перехватило дыхание.

Он был большим. Толстым. С тёмной, набухшей головкой, с которой уже капало. Капля повисла на самом кончике, блестящая, тягучая, и упала на пол между нами.

— Нравится? — спросил он, обводя рукой ствол.

Я не могла ответить. Только кивнула, сглотнув.

Он подхватил меня под ягодицы и придвинул к самому краю стола. Я обхватила его ногами за талию. Трусы уже не мешали — он содрал их одним движением, и они повисли на одной лодыжке, мокрые, бесполезные.

Он провёл головкой по моим половым губам — сверху вниз, снизу вверх — размазывая смазку. Дразнил вход, нажимал и отводил, снова нажимал. Я была готова умолять.

— Смотри на меня, — приказал он.

Я посмотрела.

Он вошёл.

Медленно. Плавно. Дюйм за дюймом. Я чувствовала, как он растягивает меня изнутри, как заполняет каждую клеточку. Головка вошла первой — я выдохнула. Потом ствол — я замерла. Потом он вошёл до конца, упёршись в самую глубину, и я закричала.

Не от боли. От полноты. От того, как идеально он подходил мне, будто моё тело создали для него.

— Чёрт, — выдохнул он, замирая на секунду. — Какая же ты тесная. Как в первый раз.

Я вцепилась в его плечи. В глазах потемнело. Сердце колотилось где-то в горле.

— Двигайся, — прошептала я. — Пожалуйста. Я не сломаюсь.

Он задвигался.

Сначала медленно. Раскачиваясь, входя и выходя почти полностью, заставляя меня чувствовать каждый миллиметр. Я задыхалась. Хотелось быстрее. Глубже. Жёстче.

— Яр, — простонала я, откидывая голову назад. — Пожалуйста…

— Что — пожалуйста? — прорычал он, ускоряясь. — Скажи чётко.

— Трахни меня, — выдохнула я. — Как следует. Я хочу чувствовать тебя. Каждую секунду.

Он не дал договорить.

Ритм сбился на бешеный, беспорядочный, животный. Он входил в меня так глубоко, что я чувствовала удар в самом низу живота. Влагалище пульсировало, сжималось вокруг него, не хотело отпускать.

Стол ходил ходуном. Бумаги, которые ещё оставались на поверхности, летели на пол. Где-то упала кружка и разбилась. Я не слышала — ни звонка, ни треска. Только его дыхание над ухом. Только влажные, хлюпающие звуки там, где наши тела встречались снова и снова.

— Посмотри на себя, — прорычал он, кивнув на зеркальную стену шкафа.

Я повернула голову. И замерла.

Там была я. С растрёпанными светлыми волосами. С голубыми глазами, полными слёз и похоти. С грудью, которая подпрыгивала при каждом толчке — большая, белая, с твёрдыми сосками. С блузкой, закатанной до шеи. С юбкой на поясе. С его телом, входящим в меня снова и снова.

— Видишь? — прошептал он мне на ухо. — Какая ты шлюха. Моя шлюха.

Это слово ударило как пощёчина. И почему-то сделало только слаще.

Я кончила первой.

Волна накрыла с головой — неожиданно, остро, выжигая всё внутри. Влагалище сжалось вокруг него так сильно, что он застонал. Я закричала — громко, беззвучно, не помня себя. Он зажал мне рот ладонью, но крик всё равно вырывался сквозь пальцы.

Он задвигался ещё быстрее, догоняя меня, проваливаясь на какую-то немыслимую глубину. Его бёдра шлёпали по моим ягодицам с мокрым, влажным звуком. Я чувствовала, как он пульсирует внутри меня, как напрягается, как близок к краю.

— Сейчас, — выдохнул он. — Сейчас…

Он вышел в последний момент.

Я почувствовала горячие, густые капли на своём животе. Первая упала на кожу — обжигающая, липкая. Вторая