Телохранитель для мажорки - Татьяна Катаева

Она закатила глаза так, что, казалось, увидела собственный мозг. Постояла пару секунд, упёршись в землю каблуком, потом вздохнула демонстративно, будто я только что сломал ей жизнь.

— Идеи у вас так себе, — фыркает. — Ладно. Но это унизительно — ехать на этой развалюхе.

— Отлично, — сказал я, помогая ей сесть. — Унизительно — значит, запомните этот день и больше не будете спорить, когда я говорю «поехали» или ещё что-то, что надо сделать.

Закрыл дверь, сел за руль. И только когда завёл двигатель, понял, что держал руль так, словно он мой спасательный круг. Ещё немного — и выдам всё, что думаю. Но нет. Месяц. Всего месяц.

Дорога тянулась как вязкий бетон. Фары разрезали темноту подземного паркинга и скользили по мокрому асфальту двора. Я держал руль крепко, почти белыми костяшками, хотя внутри кипело куда больше, чем снаружи.

Марьяна молчала, но это не облегчало. Её молчание — как шумная музыка в голове. Я её толком не знал, но она уже жутко раздражала своим поведением. Почему всё даётся ей с такой лёгкостью? С улыбкой, которая открывает двери, и деньгами, которые падают на голову сами собой.

Я вспомнил своё детство. Мы с сестрой жили бедно. С родителями произошла трагедия, которая и перевернула нашу обычную жизнь — в кошмар. В доме замкнула проводка. Я проснулся от запаха дыма. Сестра чудом выжила, я тащил её через пламя. А родители... Я не успел. Десятилетний парень не смог вытащить их. Потолок рухнул, как только я попытался снова ворваться в дом. С тех пор Марина — моя единственная семья. Она долго приходила в себя, потому что страдала от ожогов и шрамов.

После того случая я решил стать пожарным. Я хотел спасать людей. Но когда я пошёл в армию, страх, злость, дисциплина сделали своё дело. Жизнь по контракту устроила меня: зарплата, стабильность, возможность помогать сестре. Она учится на бюджете и подрабатывает официанткой после учёбы. И хоть я половину зарплаты отправляю ей, она всё равно пашет. Потому что знает: в этом мире либо впахиваешь, либо тонешь.

И вот я еду, охраняя Марьяну Левшину. Девочка, у которой есть всё, и ничего делать не нужно. Деньги, внимание, свобода. И ей даже не нужно вставать пораньше, переживать, как добраться до работы или как оплатить квартиру. Её мир построен так, что она живёт словно по сценарию. А моя сестра… нет, ей приходится бороться каждый день.

С каждым поворотом дороги, с каждым её жалобным вздохом я злился. Как так получилось, что кто-то рождается с золотой ложкой, а другие с ней вынуждены жить, как на ринге?

Я сжал руль ещё сильнее. Месяц рядом с этой девочкой — испытание.

Испытание терпения, злости и самоконтроля. Генерал сделал мне подарок, которым я не собирался наслаждаться.

Месяц с ней, вдали от цивилизации. Эх, а как же девочки? Мне что, из-за неё ещё и целибат принять?!

Ещё раз посмотрел в её сторону.

Ох, мозги точно отсутствуют. Я сказал надеть удобные вещи, а она... Блядь! Туфли на каблуке. Короткая джинсовая юбка, майка, под которой нет бюстгальтера. Сверху пиджак. Мать его, её соски прямо сейчас напрягаются, и я вижу твёрдые горошины. Приходится сглотнуть громко.

Звук сигнала возвращает мой взгляд на дорогу. Приходится резко дёрнуть рулём, потому что пока я смотрел на её торчащие соски, машина плавно выехала навстречу.

Марьяна вскрикивает, а я громко ругаюсь матом, но при этом возвращаю машину на нужную полосу.

— Ты что, убить нас решил?! — орёт она и переходит уже на «ты». Не то чтобы я был против. Просто нужно держаться от неё подальше. Перспектива остаться без своего главного рабочего инструмента меня не радовала. А то, что генерал отсечёт мой член, если я коснусь его принцессы — я даже не сомневался.

— Всё норм, — грубо чеканю. — Не могли бы вы пересесть на заднее сиденье? — съезжаю на обочину и жду, что она сразу выполнит просьбу. Поэтому, повернувшись к ней лицом, ожидаю ответных действий. Откроет дверь и просто пересядет. Но где там... Она скрещивает руки под грудью и смотрит на меня с вызовом.

— С какого это перепугу я буду там сидеть? За тобой контроль да контроль нужен. Ты вон чуть не уснул за рулём...

— Я не уснул... — пытаюсь оправдаться и замолкаю. Потому что снова смотрю на её соски. Нет, нет. Это какое-то дополнительное испытание. Она что ли намеренно так оделась, чтобы сводить меня с ума?

Член в штанах напрягается. У меня и так секса мало в жизни. В армии не до него. Чисто ради удовольствия к медсестре заглядываю раз в неделю. Ну и Карина порадовала отличным сексом. Но этого слишком мало. Мой тестостерон выпирает — и сейчас прямо в штанах.

— Ладно, не хотите — как хотите. Ехать нам восемь часов, если не будем нигде останавливаться.

— Как восемь? Ты ведёшь меня на край света, что ли?

— Типа того.

— И как это не останавливаться? Ночь на дворе, давай где-то переночуем. За городом есть отличный пятизвёздочный отель. Там на завтрак такие вкусные круассаны подают.

Я вдруг смеяться начинаю. Какие нахрен круассаны? Меня похитить хотят, или, возможно, даже убить. А она о пятизвёздочном отеле мечтает.

— Почему ты смеёшься? Я серьёзно.

— Просто вы...

— Да хватит мне выкать. Мне всего девятнадцать. А когда ты мне выкаешь, я старухой себя чувствую.

— Так, ладно. Поехали. А то мы так и за десять часов не приедем, — я снова завожу мотор и выезжаю на дорогу. — И ещё, никаких отелей. Ах да, и дай мне свой телефон.

— Что? Ни за что. Мне нужно держать связь с внешним миром.

Ох, боже, сколько раз я ещё спрошу у тебя: за что мне такое наказание?!

Глава 4. Артем

Через полчаса я краем глаза заметил, как её голова стала клониться всё ниже. Ещё минут пять — и она уже спала, прижимаясь щекой к стеклу, как ребёнок. Телефон она так и не вернула, зажав его в руках.

Её длинные ноги сейчас отчётливо красовались перед моими глазами. А ещё юбка, которая задралась. Под ней были красные кружевные трусики.

Ну нет.

Она что, специально?! Может, и сон у неё не настоящий. Притворяется и играет на моих чувствах. Каких чувствах?! Желаниях. Прёт меня от запретного.