Влюбиться в твою улыбку. Книга 3 - Цин Мэй

ворчание капитан, не говоря ни слова, взял прозрачный пакет, высоко поднял и посмотрел сквозь него на солнце. Взгляд у него был такой серьезный, такой проникновенный… как у умственно отсталого.

Тун Яо закатила глаза:

– Да вы все неправильно поняли, мы с ним…

Но тут капитан, перебив этот поток откровений, похлопал ее по затылку. Тун Яо подняла голову: Лу Сычэн, секунду назад созерцавший рыбешку, с каменным лицом уставился на девушку:

– Ну, чего смотришь? Плати.

Тун Яо, всем своим видом выражая безысходность, вытащила монетку и вложила в ладонь продавцу.

– Идем, – проговорил Лу Сычэн.

Он холодно скользнул по ней взглядом и развернулся, чтобы уйти. Девушка поспешила было следом, но тут ей наперерез проехал кто-то с тележкой, груженной товаром. Тун Яо пришлось притормозить, а когда тележка проехала, вокруг уже снова сомкнулась толпа.

Девушка приподнялась на цыпочки, пытаясь разглядеть, куда подевался Лу Сычэн, как вдруг чья-то большая рука потянула ее в сторону.

– Пошли уже. Что ты там высматриваешь?

Тун Яо пошатнулась, едва не потеряв равновесие, и шагнула туда, куда ее тащили. Когда до парня оставался шаг, она услышала:

– И зачем ты в такую жару напялила рубашку с длинным рукавом?

На лице Лу Сычэна при этом не было никаких эмоций. Он зашагал вперед. В одной руке капитан держал пакет с плавающей туда-сюда золотой рыбкой, а другой удерживал тонкое запястье девушки, не отпуская его до самого выхода с птичьего рынка. Лишь там, где народу было уже поменьше, парень незаметно разжал пальцы. Потом, нахмурившись, огляделся по сторонам: машины и люди, люди и машины… Внезапно Лу Сычэн понял, что не помнит, где именно оставил свой автомобиль.

– Одна поездка сюда – это минус три года жизни. Если хочешь, чтобы я сдох пораньше, позволь своему коту еще раз сожрать мою рыбку.

Тун Яо уже открыла рот, чтобы ответить, но тут у какого-то торговца заметила котят. Один из них лежал в простенькой картонной коробке и сладко посапывал на солнце. Ну в точности Пышка в том же возрасте – такой же милаха и обжорка, наивный и жизнерадостный… Девушку потянуло к котенку, словно магнитом.

Лу Сычэн, пока не обнаруживший свою машину и оттого раздраженный, обернулся и увидел, что девушки, секунду назад стоявшей рядом, на месте нет. Капитан недовольно дернул бровью, осмотрелся и нашел свою мидершу, в этих ее короткой юбке и блузке, где-то на обочине, перед целым выводком мелких пушистых тварей, и у него даже в висках заломило от такого зрелища.

Он подошел как раз тогда, когда Тун Яо с горящими глазами спрашивала цену, и уже открыл рот, чтобы велеть ей не чудить, как вдруг чей-то нежный голосок у них за спиной воскликнул:

– Ой, какой лапочка!

Протянулась рука, оттеснив Тун Яо и подхватив котенка. Девушка недовольно нахмурилась и зыркнула взглядом тигра, у которого прямо из пасти вытащили добычу, желая сказать, что пришла сюда первая. Однако, подняв голову, она наткнулась взглядом на высокого парня, стоявшего позади своей спутницы. Тот был стильно одет, но на лице у него была маска, скрывавшая половину лица. Виднелись лишь высокая переносица, густые брови и большие выразительные глаза… Ужасно знакомые, надо сказать.

Тун Яо издала неопределенный возглас. Попытка соотнести увиденное с кем-то из знакомых не увенчалась успехом. Внезапно до ее слуха донесся голос Лу Сычэна, приветствующего незнакомца. К удивлению девушки, приветствие прозвучало на корейском языке. И если она правильно расслышала, капитан обращался к тому парню… «хён»?[3] И звали его… Тхэрён?

Тун Яо застыла. До нее не сразу дошло, кто такой Тхэрён, ведь основную мощь «Династии Цин», их джанглера, она знала как Сюй Тайлуня. Она уже хотела вежливо поздороваться, но тут девушка, забравшая котенка, прижалась к Тайлуню и обвила его руку.

– Оппа[4], подари мне этого котика! Он будет со мной, когда тебя нет рядом…

Сцена была как у влюбленных в дораме – такая сладкая нежность, прямо до липкости… На Тун Яо девушка и внимания никакого не обратила, а вот на Лу Сычэна взгляд все же бросила, но потом ее глаза вновь сосредоточились на Сюй Тайлуне.

Парень молчал. Окинув взглядом Лу Сычэна, он перевел взгляд на Тун Яо. В его глазах что-то мелькнуло, но тут же исчезло. Ответного приветствия не последовало. Лу Сычэн подхватил своего мидера и увел, прерывая паузу. В последний момент до Тун Яо долетел тихий вопрос девушки:

– А это был не Чессмен, случайно?

Ответа Тун Яо не услышала. Девица знает, кто такой Чессмен? Тоже, что ли, из киберспортивной тусовки? Но почему тогда она вообще не узнала Тун Яо, да и насчет Лу Сычэна явно сомневалась? Непонятно как-то…

– Эй, куда ты меня тащишь? Это был мой котенок! Я его первая увидела!

Лу Сычэн, все-таки отыскавший машину, открыл дверцу.

– Тебе твоего жирного котяры мало? Хочешь еще одного? Хватит и двоих ходячих раздражителей на базе, не надо мне третьего!

– В смысле «двоих»? – спросила Тун Яо, пока Лу Сычэн, нажав ей на голову, запихивал ее в автомобиль.

Усевшись, но не смирившись, девушка тут же вытянула шею и снова задала этот вопрос. Ответ последовал тут же:

– Ты и твой кот.

– Котенок был такой миленький! Словно Пышкин младший братик! А у меня мало того что котенка отобрали, еще и чужими сюсями-пусями припечатали! Все, я сегодня теперь даже ужинать не смогу!

Она зыркнула на Лу Сычэна, усевшегося на водительское сиденье.

– Какими еще «сюсями-пусями»?

– Да вот этими, между джанглером «Династии Цин» и его девушкой!

– Его девушка ведет соревнования в корейской про-лиге. Сюси-пуси – это то, что они на стриме вчера развели. – Лу Сычэн завел машину. – А вот насчет этой, которая у тебя котенка увела… Я знать не знаю, кто это. Возможно, какая-то фанатка «Династии». Она либо смотрит только матчи «Династии», либо вообще ничего не смотрит, только за игроками гоняется. Вот такие и портят репутацию всех фанаток в комьюнити… Кстати, ты же вроде больше всего ненавидишь именно таких?

– ???

Охренеть… Так он девушке изменяет? С фанатками мутит? Вот козел-то… Впрочем, к бесам девушку, где же тот самый Сюй Тайлунь, где тот самый заботливый, со всеми доброжелательный Ангел?

– Да Хо Тхэрён всегда таким был. А теперь посмотри на себя в зеркало. У тебя на лице плакатными буквами написано: «Ой, как неловко вышло!» Ну как? Ты все еще хочешь, чтобы я поучился у него той самой дружелюбной версии китайского? Ну?

Покраснев, Тун Яо промолчала. Однако, поняв, что Лу Сычэн не сдвинется с