Тайный Санта. Подарок для окольцованных - Мэри Кац

class="p1">— Но, подождите, — пытается спасти ситуацию парень, но лучше бы уж молчал. Переговоры явно не его конек. — Сколько хотите? Заплачу за ложный вызов.

— Статьей попахивает. Чувствую майора после сегодняшней ночи дадут.

Нас грубо поднимают, выпроваживают на улицу и запихивая в старенький автомобиль. Подобного унижения, я еще не испытывала. Вот только все это было лишь началом.

Глава 6

Нас привозят в ментовку или обезьянник, для меня одна фигня. До сих пор не верится, как подобное могло произойти. Еще и со мной.

— В первую их, Игорь — дает команду капитан Стрельцов.

— Мы что же вместе будем сидеть?

— Черт! Язык — мой враг. Мне бы заткнуться, так ведь нет. В тюрьме я впервые, и лучше бы сесть с тем, кого знаю. Пусть немного, но лучше, чем с непонятными личностями.

— Вы бы хотели раздельно? Думал после развлечений в квартире, здесь будет еще интереснее. Теперь в вашем распоряжении не только наручники, но и вся камера.

— Эти два служителя закона начинают громко гоготать, так что уши закладывает. Уроды!

— Лучше разместите нас отдельно, а то она еще что-то придумает, — со всей серьезностью бросает Глеб. — На утро камеры не останется.

Милиционеры еще больше заливаются, у Игоря даже слезы выступают на глазах.

Ставлю руки в боки, возмущенно произношу:

— Лучше быть такой, чем тихим неудачником!

— Ты же приковала меня наручниками и привезла в обезьянник. Только совсем чокнутая могла позвонить в полицию.

— Это я то чокнутая? На себя посмотри!

— Странно слышать это от девушки, которая носит с собой наручники.

— Это не наручники. Это мой новогодний подарок!

— Ладно голубки, — прерывает наши дебаты Стрельцов, — в камере выясните отношения. Только помните, камера казенная, не попортите имущество.

— Вы — юморист. На кастинг в Камеди не пробовали? — тут же парирую я.

— Смелая значит. Понятное дело, доминант, — очередная шуточка летит в мой адрес, отчего даже глаза закатываю. — Сейчас начнём оформляться. Ты первая пойдешь.

Не успеваю одуматься, как меня уже ведут по коридору, предлагая присесть за старенький стул. Кажется, такой в фильмах о 80-х годах видела.

— Фамилия имя отчество, альфа — самка — чеканит сурово Стрельцов.

— Зимина Алена Викторовна.

— Зимина, прям под время года фамилия.

— Ага. Решила увековечить ее в протоколе, — не известно зачем язвлю я.

— Место работы?

— Строй хер мер знает что.

— Чего? Разве есть такое? Или это продолжение ролевых игр? Поэтому вы здесь?

Очередной смех разносится по старенькому кабинету. Господи! Когда же эта заезженная смехопанорама закончиться?

— Можно позвонить брату?

— В таких случаях адвокату звонят, девочка с наручниками, — неуместно подмигнув мне, скалится в улыбке этот говнюк.

Он подвигает мне аппарат, и я по памяти набираю на домашний Лехи, в надежде, что он дома, мобильный наизусть не помню. Вот только ни после первого, ни после второго, ни даже после третьего гудка братец не подходит. Хочет просто плакать от подобного. Неужели мне придется ночевать в камере? Рядом с уголовниками. Я уже готова повесить трубку, когда на другом конце раздается сонный мужской голос.

— Лешик, — хныкнув произношу имя, — я…я…в полиции.

— Чего? Как тебя угораздило?

— Я случайно.

— Малая, — угрожающе понижает голос брат. — Передай трубку начальнику.

Передаю телефон капитану Стрельцову, который начинает задавать все те же вопросы. Как меня зовут. Где я работаю. Может ли Алексей подтвердить мою личность. Когда думаю, что уже все закончилось и меня отпустят, капитан спускает на грешную землю.

— Ладно, Аленушка, гроза наручников.

Когда же этот каламбур закончится?

— Вам явно завидно? — со злостью выпалила, перебив мужчину. — Завидуйте молча.

— В камеру ее, Игорек.

— За что? — тут же возмущенно вспыхиваю.

— Ну а чем ты лучше своих предшественников? Недавно финансовый аналитик тут бывала. Елизавета Романовна, кажется. Секретарь была. Ирина, кажется.

— Ирка? Она как здесь оказалась?

— Своего сдавала.

— Какого еще своего?

— Деда Мороза своего, кого же еще.

— Чего?

— Вот и будет повод встретиться, чтобы спросить. Заодно и обменяетесь впечатлениями. Может, она с парнем тоже надумает сыграть в участкового, а вы им план игры уже составите.

Меня уводят по коридору, открывают решетку и я прохожу вперед. Глеба в этот момент забирают.

Время словно останавливается. Злость уже отошла на второй план и мне впервые хочется увидеть друга Никиты. Когда его снова приводят, я чуть не бросаюсь ему на шею.

— Как думаешь, долго нам еще здесь находиться? — начинаю разговор первой, лишь бы больше не быть в тишине.

— Это ты нас сюда доставила, — фырчит недовольно парень.

— Мог бы и поласковее, грубиян!

— Куда уж более?

— Так голубки, — раздается голос одного из ментов. — С вещами на выход.

— Что оба? — в недоумении переспрашивает Глеб.

— Хотите, можете выйти за ручку, это не наручники, но тоже привяжете себя друг к другу.

От подобной несуразицы закатываю глаза. Хочется побыстрее смыться и забыть весь этот кошмар. Вот только на крыльце меня уже ждал брат.

— Гражданка, Зимина, у меня просто нет слов! — подражая этим комикам в форме, начинает Леха.

— Не поверите, у меня тоже, — перехватывает Глеб.

Нет! Только не ты. Мне и так плохо. Хочу помыться и лечь спать. Что же за ночь такая?! Лучше бы с Владой в клубе осталась.

— Вы кто? — уточняет у парня, а следом шипит в мою сторону. — Что ты еще успела натворить?

— Думаю, она расскажет Вам лучше. Аленка, обожает эту историю. Удачи, аленький цветочек.

От злости прямо кулаки сжимаю. Все таки разглядел мое тату на ягодице. Проспорила в шестнадцать лет и сделал на спор, а чтобы родители не увидели и не злились, раньше времени, наколола прямо на одной из булочек. Она очень маленькая, но у этого случайного знакомого хорошее зрение.

Старший брат ждет ответа, а я не сдерживаюсь и показываю этому наглецу язык. Глеб только смеется. Вот ведь падлюга.

— Ииии… — оставшись одни начинает Алексей.

— Этому должно быть хорошее объяснение, но его нет. Точнее есть, но глупое. Не понравится, поверь.

— Поехали уже. Отвезу домой.

Он подвозит домой, и я без ног валюсь спать. Родители