Демон, красавица и дракон - Анастасия Райнер

прорычал демон. – Отныне королевская власть неприкосновенна. А теперь не будете ли вы так любезны озвучить свое второе желание, о умнейший владыка Эсминара? – Анотей сделал наигранный реверанс, изображая вежливость.

Торванд не поддавался на провокации, не показывал страха и держался спокойно.

– Вторым моим желанием станет неистощимый источник богатства, – холодно заявил он. – Эсминар должен стать богатейшим королевством на веки вечные. И богатства эти должны быть защищены от посягательств, в точности как его границы и престол.

И вновь Анотей рассмеялся. Эти людишки такие предсказуемые… Их жажда власти и богатства ни на толику не преуменьшилась на протяжении веков, и всякий раз они загадывали одно и то же.

Взмахом костлявой руки демон отправил мощный заряд пламени в расписанную фресками стену. Та задрожала и завибрировала. Картины и зеркала, украшавшие стену, сорвались вниз и с грохотом разбились об пол.

На мгновение у Торванда промелькнула мысль, что демон его обманул, но уже в следующую секунду из стены вырвалась огромная золотая жила. Чем шире и чем толще она становилась, тем больше из нее сыпалось монет, кубков и перстней, тем обильнее на ней прорастали сверкающие кристаллы и разноцветные каменья. Немыслимой красоты драгоценности снова и снова выпадали из сочащейся золотом жилы, звонко падали на пол и катились к ногам короля.

Торванд никогда прежде не видел таких богатств. Даже в лучшие годы его сокровищница выглядела значительно скромнее. Теперь же богатства множились у него на глазах до тех пор, пока не заполнили половину тронного зала. Даже помалкивающий в стороне Шехар не смог сдержать изумленного вздоха, наблюдая за настоящим чудом.

Когда же вновь стало тихо, завороженный столь невероятным зрелищем, Торванд спросил у демона:

– Слухи о подобном богатстве вмиг разлетятся по округе. Что же насчет его сохранности? Ты защитил драгоценности?

– Защитил, – прошипел Анотей, раздраженный тем, что король посмел усомниться в качестве его работы. – Я отниму жизнь всякого, кто вздумает присвоить себе хоть одну монету. Надеюсь, теперь все так, как ты хотел, повелитель? – На последнем слове его морда искривилась в надменной улыбке.

Торванд сухо кивнул. Пришло время для третьего желания. В этот момент высокие двери тронного зала распахнулись, и слуги вкатили искалеченного наследника короля – принца Бастиана в кресле-каталке.

Глава 4. Проблемное желание

Всякий раз при нападении вражеских войск храбрые сыновья Торванда не желали отсиживаться в стороне. Каждый из них добровольно рвался в бой, воодушевляя отряды воинов своим поистине королевским боевым духом.

В те жестокие, кровавые времена из семерых принцев выжил лишь младший – девятнадцатилетний Бастиан. Однако последняя битва не пощадила и его. Отныне в наследном принце невозможно было узнать того высокого, сильного и статного красавца, каким Бастиан был когда-то. Изуродованный калека, прикованный к креслу на колесиках, – вот кем он был теперь. Таковы последствия плена, в котором Бастиан пробыл четыре месяца, где каждый день над ним жестоко издевались. Королю Торванду пришлось дорого заплатить, чтобы вызволить единственного живого сына из неволи.

С тех пор Бастиан не мог самостоятельно передвигаться. Тело отказывалось его слушаться. Поскольку он едва шевелил пальцами, теперь все за него делали слуги: его причесывали, купали, одевали, кормили с ложечки, точно дитя. Для некогда крепкого и храброго воина это было невыносимой мукой.

Бастиан часто думал о смерти. О том, что лучше бы он пал в бою. Тогда бы не пришлось терпеть все эти вынужденные обхаживания слуг. Как и не пришлось бы видеть взгляд отца, полный сочувствия и жалости. Надежды, что принц пойдет на поправку, не было. Лучшие лекари в один голос твердили: встать на ноги Бастиану больше не суждено.

Однако сегодня, едва увидев отца, принц сразу подметил перемены. Король был воодушевлен и снова горел надеждой. А рядом с ним стояло странное, жуткого вида создание, какое прежде Бастиан никогда не встречал. И что еще страннее: половина тронного зала теперь утопала в драгоценностях. Откуда они взялись? Ведь во всем Эсминаре не сыскать и сотой доли таких сокровищ.

– Отец, что происходит? Кто это? – Принц с опаской вглядывался в черты незнакомой твари.

Та неприветливо смотрела в ответ, запертая в нарисованном магическом кольце. Заметив стоящего поодаль Шехара, Бастиан догадался: все это – дело рук чернокнижника. Принц давно заметил: они с королем что-то замышляли, но в подробности его никто не посвящал. То были тайные дела отца и самого Шехара, и больше никого.

Отвечать сыну король не спешил, лишь приказал слугам уйти. Опьяненные блеском золота, те встрепенулись от строгой интонации правителя, поклонились и немедленно покинули зал.

– Отец? – вновь позвал Бастиан.

И вновь не получил ответа. Но слово взял демон:

– Осталось третье желание, старик! Загадывай очень вдумчиво, ведь это твоя последняя возможность что-то заполучить при помощи моей силы.

В ту же секунду Бастиан понял, что именно здесь происходит, откуда в зале столько золота и кем являлось жуткое зловонное существо. Торванд заметил проблески прозрения в глазах искалеченного сына. Грустно улыбнувшись, король обернулся на демона и прогремел:

– Мой наследный сын Бастиан должен стать здоровым, могучим и сильным! Еще более могучим, чем прежде! Еще более сильным! Таким сильным, чтобы ни один человек в мире не мог с ним тягаться! Все его увечья, слабости и шрамы должны бесследно исчезнуть! – в сердцах выпалил король. – И это еще не все. Бастиан должен жениться. Причем своей волей, а не по принуждению. Многие прекрасные ликом девы зачастую малодушны, алчны и лживы. Они умеют искусно притворяться любящими, в действительности же влюбленные лишь в королевскую власть и богатства. Подобный корыстный союз принесет Эсминару одни лишь беды. Поэтому я желаю, чтобы Бастиан встретил истинную любовь! Пускай ему повезет, и его избранницей станет действительно красивая девушка с чистыми помыслами. Достойнейшая из достойнейших! Прекраснейшая из прекраснейших! Таково мое третье желание, – заключил Торванд.

В этот раз демон смеяться не стал. Желание, загаданное во благо другого человека, показалось ему сложным.

– Чего же ты умолк, Анотей? – подал голос Шехар, отметивший замешательство темного существа. – Только что ты с легкостью творил такие чудеса, каких наш мир еще не видел. Неужели здоровье наследному принцу вернуть не сможешь?

– Здоровье – смогу. – Анотей неуверенно переминался с копыта на копыто, поглядывая по очереди на всех собравшихся. – И красоту тоже верну. А вот с остальным дело сложнее… Золото и големы – колдовство простое, здоровье – трудней, но вот чистая любовь… едва ли выполнима.

– Объясни же, в чем сложность! – потребовал Шехар.

– Сложность в том, что даже