После развода. Ты сам все разрушил - Наталия Ладыгина

знала, что ему звонит его блондинка. Читала ее сообщения ему. И в ту ночь я поддалась слабости. Это было кратковременное помутнение. Я взяла ночью этот нож с кухни, пришла в нашу спальню и поднесла к его шее. Я так дрожала… Мне было страшно от самой себя. Так больно было.

Конечно, я не могла убить отца своего ребенка. Я знала, что не сделаю его.

— Что молчишь? Я вот не хочу видеть твою Инну рядом с Алиной. Но тебе же плевать. Ты лучше снова мне намекнешь о том, что имеешь право на совместную опеку, и что это твоя квартира… Да?

Скоро он не сможет мною манипулировать. Я стану зарабатывать больше, когда мне доверят корпоративных клиентов. Я смогу заработать на свою собственную квартиру. Я стану сильнее. Я уже не та, что при нем. И я не хочу быть больше той слабой, зависимой от него женщиной.

— Я ничего не буду говорить, Геля. Я просто…

— Не называй меня Гелей, — шиплю. Бесит потому что! — Я для тебя теперь Ангелина.

— Ладно… Ангелина, — ухмыляется, и тут в кухню приходит дочь с планшетом, а следом и Инна.

— Инна, ты тоже посмотри, как я танцую!

— А я с твоим папой все твои танцы смотрю. Мне очень интересно. Давай посмотрим…

Они все в кучку собираются и начинают смотреть видео.

Я смотрю на это, и меня трясет.

Отворачиваюсь.

Всего-то потерпеть пару дней…

А потом они исчезнут.

После чаепития мы перемещаемся в гостиную. Общаемся. В основном Андрей с Алиной. Инна все носится со своим ребенком, кормит, меняет подгузники. А я просто сижу в кресле, нога на ногу.

Скорее бы уже поздно стало, чтобы всех по комнатам распихать, а потом пойти к себе, чтобы принять душ и немного переварить все это.

— Алин, все, давай уже к себе. Пора спать. Завтра рано вставать. Развешивать украшения, надувать шары.

— Ладно… — и обнимает своего отца.

— Нам всем уже пора отдыхать, — говорит Андрей.

— Я тоже устала… — вздыхает Инна. — А можно душ принять?

— Конечно, — поднимаюсь с кресла. — Андрей все покажет. Чистые полотенца на своих местах. Чувствуйте себя… как дома. А я пойду к себе. Если что-то будет нужно, то стучите, — смотрю в глаза Андрею, а тот лишь подозрительно прищуривается.

— Спасибо, Ангелина, — кивает.

И я ухожу, чувствуя, как пол дрожит под моими ногами.

Захожу к себе в комнату и сразу запираюсь.

Пытаюсь сглотнуть горький ком в горле, но не получается.

Хорошо, что при спальне есть личная ванная комната.

В ней мы с Андреем раньше часто принимали душ вместе. Вечером, утром…

Я думала, он счастлив со мной. Я думала, что даю ему все, что ему нужно. Но абсолютно ненасытен. Ему всегда мало. Однажды ему может стать мало и Инны. Он разрушитель.

Я принимаю контрастный душ, надеваю свежее белье и сорочку. Сушу волосы перед зеркалом.

Выключив фен, я резко поворачиваю голову влево.

Они прямо за стеной.

О чем-то говорят.

Я не бегу подслушивать.

Мне это ни к чему.

Мне сейчас главное: как следует отдохнуть и завтра провести день рождения моего единственного ребенка.

А эти двое… их для меня просто нет.

Закрываю шторы и ложусь в постель.

Я не сразу обычно засыпаю, много думаю перед сном и под эти же мысли засыпаю. Однако в этот раз отрубаюсь почти сразу.

Но внезапное чувство тревоги заставляет меня проснуться.

И это чувство меня не обмануло!

Распахнув глаза, я вижу то, отчего я дергаюсь и хочу инстинктивно вскрикнуть, но мне плотно зажимают рот большой ладонью, вжимая затылком в подушку.

— Т-ш-ш-ш…

Глава 5

Это он.

Андрей.

Он нависает надо мной, пронзительно смотрит мне в глаза и продолжает крепко зажимать мне рот.

Как?..

Это что, сон?

Этого не может быть.

Я ведь заперла дверь.

В комнате горит ночник на самом слабом режиме, но видно все прекрасно.

Уж слишком живые эмоции для сна…

Пребывая в оцепенении, я просто смотрю ему в глаза в ожидании, что дальше.

— Только не кричи, — произносит он хриплым шепотом.

И тут я понимаю: это не сон.

Он правда сюда приперся.

Я хватаюсь за его запястье двумя руками, пытаюсь оторвать его руку от своего лица, но не могу.

— Успокойся, и я отпущу. Только не кричи…

Прищурившись, я шумно дышу носом.

Подонок!

Я убить его готова. Так и смотрю. Испепеляю мерзавца своим взглядом.

Это просто немыслимо!

— Не будешь кричать? — спрашивает, прищурившись.

И тогда, чтобы заставить его отпустить меня, я вынуждена убрать свои руки с его запястья. Расслабиться.

— Хорошо. Они спят. Закричишь — разбудишь. И Алина тоже проснется.

Предупреждает еще…

Но мне и правда надо успокоиться. Я могу и нормальным тоном донести до него какой он урод и почему ему нельзя делать так.

Он убирает руку, но медленно, словно готовый, если я вскрикну, снова закрыть мне рот.

— Как ты сюда вошел? — шиплю сквозь зубы, оставаясь вот так лежать и глубоко дышать от гнева, от которого клокочет внутри.

— Я же тут знаю все. Знаю, в каком шкафчике на кухне ты хранишь ключи от всех дверей в квартире.

Ну конечно… Шарился по кухне в поисках ключей, чтобы по-тихому сюда попасть. В два часа ночи!

— И какого черта ты тут делаешь?

Андрей слегка хмурится, отводит на пару секунду взгляд в сторону.

— Просто хотел… побыть с тобой наедине.

Я своим ушам не верю…

Урод.

Он просто урод.

Наглый, циничный, думающий, что ему все можно — урод!

Кем он стал?.. Это просто омерзительно!

За стеной его новая семья, но он все рушит вот так, по щелчку пальцнв!

— Ты что, совсем спятил? — округляю глаза. — Побыть наедине? А ты ничего не перепутал?

— Геля… — наклоняется ниже и мордой ко мне своей лезет, намереваясь поцеловать.

Реакция не заставляет себя ждать.

Он тут же получает по морде, после чего я со всей силы толкаю его руками в грудь, заставляя опрокинуться на спину на другую половину постели.

Сама соскакиваю с кровати и отбегаю подальше от нее. К окну.

— Сейчас же вон пошел! — указываю указательным пальцем на дверь, выпаливая достаточно громко.

Андрей медленно поднимается всем корпусом, потирая щеку рукой.

— У тебя всегда была… сильная рука, — ему будто весело.

— Как ты посмел сюда прийти?! У тебя что, совсем совести нет? Твоя невеста и сын прямо за стеной!

Он встает с кровати и начинает ее огибать, направляясь ко мне.

Пусть только подойдет Я тогда заору!

На самом деле