Выйду замуж за первого встречного - Вика Тверская

* * *

— Это из-за девичника, да? — бью Антона кулаком по груди. Не сильно, едва задеваю. Но его мать вскрикивает за спиной, что я преступница и мне руки пора вязать.

— Ты о чем, Катюш? — Делает вид, что не понимает, и продолжает потирать щеку. Как обычно, хочет выставить меня крайней. На этот раз не выйдет.

— Давай мы просто успокоимся и продолжим церемонию.

— Успокоимся? Просто продолжим?

Внутри меня все клокочет от злости.

— Солныш, у нас свадьба вообще-то. Ресторан заказан, фотосессия по плану, гости скоро начнут собираться.

— Ресторан, говоришь? — Я схватила Антона за лацкан пиджака и скомкала его в кулаке. — А к чертям его!

Как он может так спокойно разговаривать? Почему я вообще до сих пор стою рядом с ним?

— А как же гости? — Мягко берет мою руку в свою, свободной разглаживает смятую ткань. Как был щеглом, так им и остался. В любой непонятной ситуации спасай костюм.

— И гостей твоих к чертям поросячьим! — Распаляюсь еще сильнее, выдергиваю руки и сама удивляюсь, откуда во мне всплыли такие странные ругательства.

— Так ты сама же говорила, что к вам куча родни понаехала.

Точно. А вот тут он был прав. Отец собрал родню со всей России. Тетушек-дядюшек, бабушек, племянников и прочий народ, большинство из которых я никогда не видела, а о некоторых узнала только накануне свадьбы.

Срыв торжества отец мне точно не простит. Он так долго занимался сбором, доставкой и размещением гостей, подчеркивая, насколько для него свадьба единственной дочери — важное мероприятие, что я точно не могу его подвести.

— Слушай, накосячил — признаю. Шутка была тупой. Давай все забудем и будем дальше жениться.

Я замерла, пытаясь осознать, что же произошло.

Шутка? То есть это все было всего лишь шуткой?

Так вот что он пытался до меня донести!

— Ты реально считаешь нормальным вот так пошутить со мной в день нашей свадьбы?

— Я же извинился. Солныш, не глупи.

— Это я еще и глуплю?

Как же много нам нужно времени, чтобы довериться человеку, раскрыть перед ним душу, понять, что он твой единственный и неповторимый. И как мало, чтобы это все разрушить. Неудачная фраза, обидный жест, один проступок, и перед вами совсем другой человек. Не любимый, не суженый, не судьба, а посторонний персонаж, которого вы не можете, не желаете видеть ни секунды.

Мама как будто читает мои мысли и понимает, что я хочу сделать. Громко шипит на весь зал:

— Хватит дурить, Катерина! Немедленно повернись к работнику загса и дай ей продолжить свою работу! Ей после вас еще табун поженить надо!

Вот так всегда: важнее чужое мнение, другие люди, а то, что у ее дочери жизнь перевернулась — это можно как-нибудь пережить. Или просто не обращать на это внимание.

Резко разворачиваюсь, подхватываю полы платья и решительно бросаюсь к выходу.

Глава 5. Так вы будете жениться?

Добегаю до двери и вслед слышу:

— Так вы будете жениться или мне следующую пару звать?

Замираю и лихорадочно соображаю, что же дальше делать. В голове кружится хоровод из папиной родни, наших друзей, мелькает Антон с его резким «нет», всплывает мамино лицо с требованием успокоиться и не дурить.

Что ж, успокоиться я могу, а вот насчет «не дурить» — это мы еще посмотрим.

Оборачиваюсь и громко спрашиваю, сколько у нас есть еще времени.

Десять минут тридцать девять секунд.

Вот это точность! Неудивительно, что в этом загсе все работает четко, а невесты с женихами в фойе толпятся по собственной прихоти, а не потому что им нужно выстоять очередь за заветным свидетельством о браке.

— Я на пару минут!

— Держите ее! — Не узнаю, чей это визг, мамин или свекрови. Чтобы успокоить их бдительность, оборачиваюсь, через силу растягиваю на лице улыбку.

— Я быстро! Мне только в туалет надо. Умыться и успокоиться. Я в порядке! Вот и Лена со мной пойдет. Правда, Лен?

Ленка послушно кивает. Приближается ко мне и шипит:

— С ума сошла?

Схватила меня за руку, тянет обратно. Она что, решила дружить со всеми против меня?

— Лен, отпусти, я, правда, в порядке! — Что ж, если лучшая подруга встала на сторону врагов, придется заняться усыплением и ее бдительности. — Мне реально нужна пара минут. Теряем же время!

Не понимаю, как они могли купиться на такую откровенно слабую актерскую чушь. Слышу облегченные вздохи.

— Я же говорила. Все будет в порядке! — это мама.

— Слава богу! — это свекровь. Теперь я их голоса четко различаю.

Настойчиво выдираю руку, в которую вцепилась Ленка, и всем телом наваливаюсь на тяжелую дверь. Не поддается.

Антон как стоял у «алтаря», так там и остался. Глянула на него напоследок — уверенный, знает, что вернусь. Или ему попросту на меня плевать.

— Значит так, молодые люди! — Эйфелева башня, уперев руки в бока, гневным взглядом припечатала сначала меня, а потом Антона. — Я сворачиваю этот цирк. Устроили невесть что!

— В смысле, сворачиваете? — Антон говорит вежливо, но уверенно и с нажимом. — Мы оплатили услугу, на которую, согласно договору, выделено определенное время. И вы сами только что подтвердили, что это время еще не истекло.

Не зря он отучился на юридическом и уже дослужился до начальника небольшого отдела.

— Вы слова мои мне тут не передергивайте! — продолжила пыхтеть дамочка. — Время вам выделялось для церемонии, а не для этого вот... - она неопределенно махнула рукой, подбирая слово, — балагана!

На этот раз балаган устроила хотя бы не я.

Антон кивнул Сереге, тот подскочил к «Башне», что-то шепнул ей на ухо, приоткрыл ее папку и ловким движением фокусника закинул в нее красную купюру.

Дамочка шумно вздохнула и процедила, что десять минут у нас есть, а она пока подождет.

Я еще раз с силой дернула дверь.

— Кать, ну куда ты? — Ленка пытается приобнять меня за плечи. — Давай здесь в стороночке постоим, успокоимся и дальше продолжим, окей?

— Мне выйти надо, срочно. На воздух. На минутку. Потом вернемся, Лен.

Лукавлю, но по-другому сейчас нельзя.

— Мы на воздух. На минутку! — громко повторяет мои слова подруга. Антон довольно кивает и размашистым шагом подходит к двери. Я снова пытаюсь ее открыть, но она не поддается.

— Я с тобой, солныш.

Видеть его не хочу, говорить с ним не могу. Слезы снова подкатывают, и выдержки хватает только, чтобы отрицательно мотнуть головой.

— Мы же сказали, что сейчас вернемся. — Ленка чувствует мое настроение и приходит на выручку.

— Отвечаешь за нее головой!

Антон опускается на