Измена. Все включено - Юлия Василевская

Я послушно сажусь, сгорая от стыда. Ни как не могу решить, убежать или сделать вид, что ничего не произошло?

— Вкусно, — говорит Краснов, пробуя мой салат, он видит мое замешательство, — Да вы ешьте, не стесняйтесь, ничего ужасного не произошло!

Некоторое время мы едим молча и я успеваю немного успокоиться. Он прав, ничего ужасного не произошло. Ну подумаешь, перепутала!

— Быстро вы прилетели, — замечает Краснов как бы вскользь.

— Ну а чего тянуть, — я пожимаю плечами, — На самолет села и здесь, сто раз так делала.

— И это никак не связано с тем что ваш муж здесь... И не один. — не вопрос, констатация факта.

Я снова краснею, да что же это такое? Мало мне что ли?

— Никак не связано, — отрезаю я.

— Разумеется, — говорит он равнодушно.

Вот только я подумала, что он вполне нормальный человек, как он тут же начал меня подкалывать. Нет, бесячий он все таки!

— Вы подслушивали? — перехожу я в наступление.

— Вы так громко говорили что вас на улице было слышно.

Спокойный такой, будто мы старые приятели и говорим о погоде! У меня вдруг появляется ощущение что он надо мной насмехается. Что я для него какое-то развлечение, смешная сотрудница турагентства которая примчалась на море ловить мужа с поличным.

— Приятного аппетита, Роман Игоревич, — говорю я, встаю и ухожу не оглядываясь.

В номере я достаю из сумки белый купальник и решительно надеваю. Поверх накидываю сарафан, сую ноги в шлёпанцы и иду на охоту, то есть на пляж.

Глава 6

Выхожу на пляж и замираю от восторга!

Белый мелкий песок, такой что проваливаешься в него по щиколотку и идешь почти невесомо. Шезлонги стоят рядами под большими соломенными зонтиками, между ними ходят официанты с подносами и приносят коктейли людям которые и так уже счастливы. Пальмы качаются от лёгкого бриза, роняют тень полосами.

Солнце здесь другое. Не городское, не злое, мягкое, обволакивающее, ложится на кожу как теплая ладонь. Воздух пахнет солью, водорослями и какими-то цветами, я так и не поняла какими, но запах такой, что хочется дышать глубоко и медленно, про запас. Волны набегают ритмично, неторопливо, накатывают, шуршат по песку, уходят.

Море здесь бирюзовое у самого берега, потом синее, потом глубокое, почти фиолетовое там где уже не достать дна. Прозрачное, видно как волна катится по песку, поднимает его, закручивает лёгкими облачками и кладет обратно. Где-то вдалеке белеет парус. Чайки кричат лениво, без надрыва, тоже отдыхают.

Сколько раз я рассказывала клиентам про такие пляжи. Говорила, белый песок, бирюзовое море, всё включено. А они смотрели счастливыми глазами и кивали.

Жаль что повод здесь находится у меня так себе, но и отдохнуть мне никто не мешает…

Я внимательно разглядываю людей, прогуливаюсь по пляжу, но нигде не замечаю ни плавок в горошек, ни белого купальника.

Ну рано или поздно они появятся, а я подожду. Занимаю шезлонг, раскладываю полотенце, снимаю сарафан и ложусь загорать.

Справа молодая пара кормит друг друга ягодами с тарелки. Слева дедушка в панаме и полосатых плавках спит с газетой на лице, газета дышит в такт его дыханию. Впереди двое детей закапывают в песок третьего и очень довольны собой.

Я достаю телефон, делаю селфи, море за спиной, очки на носу, улыбка почти настоящая. Выкладываю. Через минуту сыплются комментарии от подруг.

«Когда успела?!»

«Везёт же людям!»

«Одна или с Антоном?»

На последний не отвечаю.

Ближе к обеду иду в маленький ресторанчик прямо на берегу. Столик у самого края, под навесом из пальмовых листьев, перед носом море. Заказываю рыбу и что-то холодное. Официант приносит всё это с теплой, профессиональной улыбкой.

Сижу долго. Никуда не тороплюсь. Это странное ощущение, я уже и забыла как это.

День проходит лениво и красиво. Солнце ползет по небу, море меняет цвет, к вечеру становится темным почти синим и на нем появляются маленькие белые барашки. Туристы потихоньку убирают с пляжа, тащат за собой детей, надувных фламинго и мокрые полотенца.

Антон так и не появляется.

“Может уехали”, - доходит до меня. Может утром сели на такси и укатили домой. И я сижу тут одна и строю детективные планы в пустоту. Приехать сюда было очень спонтанным решением на эмоциях.

Но я всё равно не жалею. Дома я бы сидела и смотрела в стену. А здесь море, рыба, и официант который рад меня видеть. Уже неплохо.

Вечером возвращаюсь в отель переодеваюсь и спускаюсь в ужинать. Краснова не видно. Антона тоже. Беру тот же самый салат, что утром отобрала у Краснова, очень вкусный оказался, и ужинаю в гордом одиночестве.

В номер не хочется и я выхожу погулять по территории.

Вечером отель живёт совсем по-другому. Бары открыты, отовсюду доносится музыка, терраса у ресторана заполнена нарядными людьми с бокалами. Смеются, разговаривают, никуда не торопятся. Официанты скользят между столиками бесшумно.

Повсюду тёплый золотистый свет, не яркий, а такой что лицо у всех становится красивым. Пахнет цветами и дорогими духами.

Бассейн светится изнутри голубым. Вокруг шумит весёлая молодёжь, смеются, плещутся, прыгают с бортика. Кто-то визжит. Кто-то хохочет. Я останавливаюсь посмотреть на секунду.

И в этот момент кто-то задевает меня, я не успеваю даже охнуть, как над моей головой смыкается вода. Я двигаюсь вверх, не достаю. Еще раз. Ноги не чувствуют дна. Вокруг все визжат и хохочут и никто ничего не замечает. А я тону! Я ведь совсем не умею плавать!

Паника начинает накрывать меня, я бешено молочу руками и уже не понимаю, где верх, где низ. Кажется пора прощаться с жизнью, жаль, что Антона так и не нашла…

И тут сильные руки хватают меня под мышки и выдергивают наверх одним движением.

Я судорожно вдыхаю, кашляю, вцепляюсь в чьи-то руки.

— Дышите, — говорит над ухом спокойный знакомый голос.

Краснов! Я уже даже не удивляюсь…

Он вытаскивает меня из бассейна, заворачивает в неизвестно откуда взявшееся полотенце и усаживает на ближайший шезлонг.

— Что-то мы с вами слишком часто встречаемся, Роман Игоревич, — говорю я откашливаясь.

— Хотите я верну вас обратно? — говорит он невозмутимо. — Если мое присутствие вас так расстраивает.

Я смотрю на него недоуменно, а потом начинаю хохотать. Наверное шок!

Краснов наблюдает внимательно, потом осторожно улыбается, как будто никогда этого не делал и только учится.

Он делает знак и перед нами тут же появляется официант с бокалами. Мы берем, я