Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

– Знаю, папочка. – сглотнув сухим горлом, прокашлялась, и встала из удобного кресла помощника пилота. – Когда Фанисия выйдет на связь, сообщи, что нас больше, чем я предполагала и среди рабов есть дети и три юные эрсхонки.

– Да. – на лицо эрсхонца упала тень.

Для любого из нас три эрсхонки на рабском рынке было неожиданно и неприятно. Но радость от того, что они только прибыли и с ними ничего не произошло, немного притупляла гнев.

Прежде чем зайти в грузовой отсек, где были спасённые, я встала перед зеркалом и сняла с головы надоевший парик, и неудобные линзы, деактивировав браслет что изменял структуру лица.

Мои от природы тёмно-рыжие волосы рассыпались по плечам до самой талии, а шоколадно-карие глаза с усталостью смотрели прямо в отражение. В этом году мне стукнет тридцать пять. По современным меркам лишь начало взрослой жизни, ведь срок жизни продлили до пары сотен, а тело длительное время не стареет. Вот только душа моя давно не принадлежит молодой девчонке, что верила в сказки и готовилась помогать людям в роли соцработника.

Всё это лирика, а сейчас меня в очередной раз ждёт важный разговор с теми, для кого сегодня впервые за длительное время наступила белая полоса.

…….

Когда дверь грузового отсека отъехала в сторону, на меня в страхе посмотрели десятки пар глаз. Но три пары смотрели без страха, наоборот, там было узнавание и радость.

– Госпожа Лидия! – звонко закричала рыженькая эрсхонка, вставая с пола и подбегая мне на встречу. Я сразу же подхватила её на руки, прижимая детское тело к себе. – Вы пришли нас спасти?

– Да, милая. Всё закончилось, мы летим домой. – успокаивала малышку, что не пролила ни слезинки за весь день, а сейчас почувствовав облегчение, тихо шмыгала носом, уткнувшись в моё плечо.

Две другие маленькие эрсхонки немного опасливо подошли поближе ко мне, но не лезли обниматься. Видимо узнала меня только рыжик, а значит она дочь кого-то очень высокопоставленного, ведь я в основном бывала во дворце Верховных, когда оставалась на Эрсхо, либо у Кларин, одной из трёх Верховных. Именно она курировала мою деятельность по помощи рабыням.

Девушки неверующе и с надеждой глядели на меня, будто к ним спустилась с небес богиня, и сказала, что беды закончились.

– Кто вы? Вы подруга той женщины? – выделила недовольно слово «той» самая на вид взрослая девушка.

Она была жительницей Фур. Кожа цвета какао, золотые глаза с прямоугольными зрачками, что сужали и расширялись, говоря о нервном напряжение девушки. У неё была очень худая фигура, маленькая грудь, да и сама она казалась мне хрупкой, но при этом она единственная, кто осмелился заговорить со мной, по их мнению, сообщницей их новой хозяйки.

– Меня зовут Лидия. Вы видели меня в образе госпожи Лили, работорговки. Но это был лишь маскарад, нужный для… – в горле снова появился комок, который я с трудом проглотила, – покупки и вашего спасения.

– Спасения? – недоверчиво переспросила ту, что решилась заговорить.

В каждой группе рабынь был лидер, тот кто говорил от лица всех, выражал общее мнение.

– Как тебя зовут? – постаралась быть вежливой и спокойной, хотя мне всегда сложно это давалось.

Так как места было мало все сидели на полу, тесно прижавшись друг к другу. Я не стала придумывать велосипед и села там же где и стояла, держа на руках ребёнка.

– Ми́ша о Па́пи. – сказала фурийка, наматывая на палец прядку чёрных волос, нервным жестом. – Я дольше всех была у Ло у, меня не покупали в течение года, он уже хотел отдать в бордель, когда услышал о вашем прилёте. Точнее о леди Лили. – она недовольно поджала губы, упоминая мой псевдоним. – Если вы решили нам помочь, то почему просто не спасли? Не взяли штурмом шатёр Ло у? – всё-таки не выдержала и решила завалить меня вопросами.

Именно так и проходило знакомство с рабынями из раза в раз. И каждый раз я начинала со своей истории.

– Я когда-то была рабыней. Меня украли с Земли, когда мне было всего семнадцать. Пираты похитили прямо с улицы, когда я возвращалась домой со школы. – зло выплюнула это слово и все девушки понимающе закивали. – Они продали меня на Орса, и тогда я попала на большие торги. Меня выкупил кууши́р, гуманоид с тремя парами рук и ядовитыми клыками. Я была его рабыней больше года. – старалась говорить безэмоционально, холодно, но в голосе прорезывался холод. – Он любил меня наказывать, бить кнутом, обливать холодной водой и морить голодом.

Перед глазами стали картины прошлого, когда я молила даровать мне смерть, а хозяин лишь усмехался мне в лицо, продолжая ломать волю к жизни. Навсегда запомнила холод, пробирающий до костей, чувство дикого голода, когда с жадностью смотришь на ядовитых скорпионов, что ползают по твоей темнице. И презрение в глазах других. Что друзья хозяина, что прислуга в его доме – все они смотрели на меня с отвращением и ненавистью, причины которой я не понимала.

Я думала о смерти, много раз и уже была готова шагнуть за грань. – каждый раз на этом моменте я переживала те же чувства, что и тогда: одиночество, страх, гнев, разочарование и усталость.

– Что не дало тебе умереть? – подала голос одна из грязных девушек, что ещё не успели приготовить к показу.

У неё были каштановые волосы и треугольные пушистые уши, а на руках и ногах были аккуратные коготки, даже на вид острые. Одета она была в серую тряпку, местами порванную и зашитую цветными заплатками. На коже были следы гряди и ещё незажившие красные полосы от кандалов.

Всем девушкам оказали экстренную медпомощь, но для большего требовался лекарь, который летел на корабле Фанисии.

«Ничего. Скоро им помогут, и они смогут зажить иначе, отпустив прошлое» – пыталась утешить себя, но получалось относительно паршиво.

– Не знаю. – ответила правду. – Может быть остатки гордости не дали мне совершить непоправимое. Я не хотела сдаваться. Может быть желание отомстить обидчикам, заставить их мучиться. – перед глазами вспыхнуло воспоминание, как я лежала на холодном полу в подвале, обессиленная от жажды и голода, мечтая, чтобы мой хозяин гнил в преисподние и познал все круги ада.

В глазах девушек загорелся тёмный огонёк мести. Я была рада, что они немного оттаяли, начали демонстрировать свои