Ректор под контролем - Екатерина Сергеевна Богданова

вся испачкана в чём-то красном. И в волосах тоже что-то застряло. Да и её соседки по столу выглядели не лучше. Я благодарно кивнула и с прищуром уставилась на свой ужин. Местные решили сразу приступить к издевательствам? Учтём и будем настороже.

А за спиной вдруг стало как-то тихо. Нет, не совсем, но заметно тише. Будто все притихли в ожидании чего-то. И ощущение взглядов, буравящих спину, оно буквально жгло кожу. Неужели мне устроили какой-то грандиозный розыгрыш и теперь все замерли в предвкушении? Вот не зря Элла с Виллой вперёд убежали, решились-таки отомстить!

Ладошки вспотели, от напряжения застучало в висках и очень захотелось обернуться. Но я сдержалась. Нужно не ударить в грязь лицом и стойко вытерпеть всё, что эти гадины приготовили для меня.

Есть совсем расхотелось, страшно было даже пробовать. Хотя, на вид еда была очень даже ничего, и запах аппетитный, а я весь день не ела. Да ещё и переволновалась, а от волнений у меня всегда аппетит просыпается!

Пододвинула к себе тарелку и потянулась к ложке. Мимо кто-то прошёл, но мне некогда было отвлекаться, я была занята столовыми приборами. Подвох мог таиться даже в безобидной на первый взгляд салфетке. Медленно протянула руку, взяла ложку, подождала немного — ничего не произошло. А ощущение чужого взгляда усилилось. Ждут, значит, что дальше будет…

Ну, была — не была! В крайнем случае, постараюсь отбросить ложку подальше.

Вдохнула поглубже, опустила ложку в тарелку и… она ожила! Ложка вырвалась из моей руки и начала болтаться в тарелке, как неправильно зачарованный венчик в ступке! Во все стороны полетели брызги, а я, недолго думая, схватила тарелку и отбросила её от себя. И только потом подняла голову.

Вот теперь в столовой воцарилась мёртвая тишина. Только на соседнем столе, всё ещё продолжающая скакать по осколкам разбившейся тарелки, позвякивала ложка. А на меня, из-за этого самого столика, смотрел мой злейший враг. Так и продолжая сверлить меня взглядом, он медленно потянулся, взял салфетку, вытер с лица мой ужин, положил салфетку на стол, а потом как жахнет кулаком по прыгающей ложке!

Вздрогнула вся столовая. А я так ещё и локтём о край стола ударилась и громко ойкнула. Глаза ректора сузились. Так же медленно, будто ничего не случилось, он поднялся, стряхнул с одежды остатки еды, очень спокойно произнёс «Тем, кто зачаровал приборы, явиться ко мне в кабинет через полчаса. Не советую вынуждать искать вас, лучше сами приходите» и пошёл к выходу. Но, проходя мимо меня, покосился и буквально прошипел «Приятного аппетита».

Он уже ушёл, столовая взорвалась обсуждением случившегося, а я всё пыталась откашляться. Воздухом подавилась, от такого душевного пожелания!

— Ну ты даёшь! — послышалось сзади.

Обернулась и увидела своих соседок. Элла и Вилла ухохатывались, а Яфа явно была слегка в шоке. Но их реакция удивила меня гораздо меньше того, что все трое подошли ко мне с подносами. А когда они ещё и расселись за моим столом, вообще слов не осталось.

Девушки с аппетитом продолжили трапезу, а я смотрела на них и никак не могла понять — в чём подвох?

— Чего сидишь? — спросила Вилла. — Иди за второй порцией. После такого тебе ещё и на десерт что-нибудь дадут!

Встала и молча пошла за второй порцией ужина. А все присутствующие провожали меня заинтересованными взглядами. И только парочка магов поглядывали с откровенной ненавистью. Видимо, это они мне ложку и зачаровали…

Десертов мне не дали, но работники столовой смотрели на меня, как на героиню. Неужели и им ректор чем-то насолил? Предположение подтвердилось, когда я вернулась за стол.

— Ешь давай, — кивнула на тарелку Яфа. — Сегодня больше никто шутить не посмеет.

— Ну и шуточки у вас, — проворчала, с опаской взяв ложку. — И что, сильно этих шутников накажут?

— Сами виноваты, — отмахнулась Элла. — Сколько раз говорили, что в общих помещениях новичков лучше не трогать. Для этого есть жилое крыло и улица. Но ты! Вот повеселила всех!

— Рада, что мой позор доставил вам радость, — пробурчала, медленно погружая ложку в тарелку.

Ничего экстраординарного не случилось, и я таки приступила к ужину.

— Да какой позор? — фыркнула Вилла. — Тут почти каждый не отказался бы оказаться на твоём месте! Тарелкой прямо в рожу Орсу, и никаких последствий — это же мечта!

Ведьма мечтательно закатила глаза, её подружка захихикала, а Яфа фыркнула и подмигнула мне. Я же не торопилась радоваться. С одной стороны — меня вроде как приняли и даже оценили сомнительный подвиг. А с другой — во-первых, не факт, что у этого подвига не будет последствий, а я не готова ещё встретиться с обласканной моим ужином ректорской рожей лицом к лицу. И во-вторых, век подобных свершений недолог. Это сегодня я на коне, а завтра все забудут, и опять начнётся травля. Неспроста же треть адептов покидает академию в первые две недели обучения. Поэтому и поступить сюда не так трудно, как должно быть, учитывая высокий статус АИСТа.

Но сегодня-то я проявила себя! Пусть и таким необычным способом. Значит, можно хоть немного расслабиться и подумать. Вот только о чём думать? По уму, нужно пользоваться моментом и заводить полезные знакомства, но все мои мысли были заняты им! Этот взгляд… Я ещё долго его вспоминать буду. Он посмотрел на меня с такой ненавистью, будто я не ужином его обляпала, причём не по своей вине, а, как минимум, его любимую тётушку убила! За что⁈ Это же я жертва! Да и вообще, как он мог меня узнать?

Хотя, ректор же, наверное, просто увидел знакомое имя в списке поступивших. Ведь они когда-то были очень дружны с Ароном. И, до того кошмарного утра, когда я решилась открыть свои детские чувства, он частенько заглядывал к нам в гости. А вот после, так ни разу больше и не пришёл. Сначала я решила, что брат поругался с ним из-за меня. Но Арон и словом об этом не обмолвился, а мой братец не из тех, кто будет молчать. Значит, Арону он ничего не рассказал. Но и в гости к нам захаживать перестал, не иначе, не хотел больше видеть навязчивую малявку.

И вот теперь, когда мы встретились спустя столько лет, он смотрит на меня, как на злейшего врага. Это неправильно! Я-то его за дело ненавижу, а он меня за что⁈

— Зая… — позвала меня Вилла.

— Я же просила, — рыкнула, невольно погнув ложку.

— А как нам ещё тебя называть? Оно же само на язык просится, — закатила глаза