Возлюбленная берсерка - Любовь Оболенская

не был похож на бивень этого морского животного. Просто, согласно поверьям, нарвал мог пропороть своим длинным костяным копьем днище драккара, который ему чем-то не понравится. А возле Каттегата бывали случаи, когда лоцманы торговых гостей, не особенно хорошо знающие местный фарватер, порой насаживали свои корабли на подводные мели около небольшого острова, которые во время прилива могли замаскировать даже небольшие волны.

Ну а местные жители не спешили предупреждать торговцев об этом сюрпризе. Сядет чужой корабль на мель — и замечательно. Со знакомых можно будет стрясти куш в благодарность за помощь со снятием судна с коварного острова. А незнакомцев можно и ограбить под шумок, перерезав команду и реквизировав корабль в качестве трофея...

Вот на этом острове я и развернула работу!

По льду на санях было удобно доставлять к нему стройматериалы, ну а что викингам приходилось работать на пронизывающем ветру, так им не привыкать. Некоторые жители Каттегата, конечно, ворчали, мол, дроттнинг ерунду какую-то задумала. На что воины, пришедшие со мной из Скагеррака, авторитетно заявляли:

— Мы с Лагертой не первой день воюем бок о бок, и за всё это время она еще ни разу не ошибалась! Так что, друзья, топоры в руки — и давайте вместе поработаем на славу! Поверьте, вы еще не раз вспомните добрым словом светлый ум и прозорливость нашей королевы!

Глава 42

Работа шла полным ходом! Даже те, кто вначале сомневались в моих проектах, видя результаты, приободрились, и уже намного веселее стучали топорами.

Драккары, вытащенные на берег, обзавелись строительными лесами, ибо без них было бы не просто смонтировать на кораблях устройства, которые я к тому же хотела сделать еще и съемными! Кузнецы Магни и Асбранд усиленно чесали бороды и затылки, осознавая то, что я задумала — и, осознав, работали не покладая рук, осваивая новые приемы кузнечного ремесла, ибо без них создать то, что я запланировала, было нереально!

Воистину титаническая работа шла и на острове, расположенном на самой середине фьорда! Мне было необходимо не просто бревенчатое сооружение, а нечто гораздо более надежное! И мы, совместным мозговым штурмом, вместе с Рагнаром и нашими дружинниками-хирдманнами наконец нашли оптимальное решение, которым все мы остались довольны!

— Вроде бы всё налажено. Наверно, мне имеет смысл поехать в Скагеррак, и там заняться укреплением города? — высказала я мысль, когда мы с Рагнаром примерно через месяц после начала работ обсуждали что в Каттегате сделано, и что еще предстоит сделать.

— А как же малыш? — спросил муж, обеспокоенно глядя на мой заметно увеличившийся живот.

— Скагеррак близко, и я не думаю, что эта поездка растревожит ребенка, — отозвалась я.

— Нет, — покачал головой Рагнар. — Не забывай, что дети берсерков рождаются быстрее, чем у обычных людей. К тому же Скагеррак никуда не денется, и после поражения прошлой осенью даны туда больше не сунутся. Поверь, я знаю их прекрасно! Раньше они считали твой город легкой добычей. Но в узком фьорде ты и твои люди знатно дали им по зубам, и второй раз получать такую же трёпку они точно не захотят. Теперь, хорошенько подумав, я полностью согласен с тобой: если они и нападут, то только на Каттегат! И если ты сейчас уедешь, то наши люди не станут работать так бойко, как сейчас. Они тебя любят, верят в тебя, и потому так стараются.

— Ты думаешь, для хорошей работы наших викингов будет недостаточно авторитета воина-ульфхеднара, который фактически в одиночку захватил Каттегат? — улыбнулась я.

Рагнар рассмеялся.

— Ну да, захватил бы я его, если б не твой хитроумный план! Нет, Лагерта, давай-ка ты останешься в Каттегате. Мой авторитет — это, конечно, хорошо, но два наших вместе — лучше. К тому же я не до конца понимаю все тонкости того, что ты замыслила возвести на «Зубе нарвала», и лучше, чтобы ты до конца руководила этим строительством.

— Хорошо, согласна с тобой, — кивнула я.

И ойкнула от неожиданности, получив чувствительный удар по животу... изнутри!

— Что случилось? — вскричал Рагнар, увидев, как я побледнела.

— Твой сын внутри меня уже тренирует свои сокрушительные атаки, — слабо улыбнулась я.

Глаза Рагнара округлились от удивления.

— Сын? Откуда ты знаешь, что это не дочь?

— Я уже видела его, — с трудом произнесла я, ибо трудно признаваться в том, что люди могут счесть безумием. И кто знает, как отреагирует собственный муж, услышав подобное?

— Где? — быстро спросил Рагнар.

— Когда я билась с Гуннаром возле корней Иггдрасиля, — отозвалась я. — Там я была медведицей, а он — волком. И наш сын спас меня от смерти. Отвлек внимание Гуннара, и лишь после этого я смогла его убить.

— Понятно, — кивнул мой муж. — Битвы человеко-зверей часто происходят в иных мирах, ибо боги любят наблюдать подобные представления. Им — забава, нам — кровь и смерть...

— Не удивлена, — кивнула я. — Несколько столетий назад здесь, на земле, в другом государстве битвы бойцов-гладиаторов были популярным развлечением среди власть имущих.

Рагнар вздохнул.

— И я не удивлен, что наш еще не родившийся ребенок помог тебе одолеть чудовище. Но я знаю одно: люди вряд ли примут его.

— Почему? — удивилась я. — Ведь они приняли нас...

— Ты не понимаешь, — покачал головой Рагнар. — Жители севера знают кто такие ульфхеднары и берсерки. Но я не слышал ни в одной из саг, чтобы на свет родился ребенок от брака человеко-волка и человеко-медведицы...

— Ты думаешь, что я вынашиваю чудовище? — с испугом произнесла я.

— Не знаю, — покачал головой мой муж. — Но очевидно одно: если даже и так, то наш сын всегда будет готов рискнуть жизнью ради тебя. Ведь он уже сделал это еще до своего рождения.

Я почувствовала, что на мои глаза наворачиваются слезы.

— Увы, ты прав во всем, — произнесла я. — Я это чувствую. Что ж, если мир людей не примет нашего сына, то давай и имя у него будет соответствующим. Пусть его зовут Фридлейв. Что скажешь?

— «Оставленный миром»? — задумчиво произнес Рагнар. — Что ж, думаю, лучшего имени для нашего ребенка, обладающего силой медведя и проворством волка, и придумать нельзя. Люди однозначно будут бояться его и сторониться. Но в нашем мире лучше внушать страх, нежели всю жизнь получать пинки и зуботычины от тех, кто сильнее. В очередной раз удивляюсь твоей мудрости, жена моя. И благодарю норн за то, что они связали наши судьбы крепкими узами любви и взаимного уважения.

Глава 43

В воздухе уже ощутимо пахло весной, когда я поняла: время пришло.

И