Русалка. Спасатель № 1 - Ника Верон

них, на самом-то деле далеко не безопасная. Сколько раз спасать приходилось людей, рискуя собственной жизнью. Вот только для Алесты все риски сведены к минимуму. Если только кем замеченной не окажется. Ну, или, не дай бог, под катер какой не угодит по неосторожности.

— Макс, — придержал Валентов Изместьева, когда уже катер от служебной пристани отойти должен был.

— В целости и сохранности верну, — заверил тот, усмехаясь одному ему понятной усмешкой. — Выдохни, Кир. Не случится с твоей девочкой ничего. На море помедитирует и успокоится. Вечером ласковой и нежной кошечкой будет.

Епрст! Романтиком сам становится? Еще не хватало. По части Валентова. У него тут любовь-морковь с золотоволосым созданием! Кошечка… Хороша кошечка, с много килограммовым рыбьим хвостиком…

Глянув на палубу, тихо матернулся. По всей видимости, Николайте спряталась в каюте. Чертова девчонка. Еще и характер, черт бы её побрал, показывает. Не думал. Прямо женщина настоящая, а не рыбка перевоплощенная. Кто бы сказал. Где только навыков поднабралась. Или, в крови у всех особей женского пола, уникальная способность выносить мозг мужикам? Вот он, главный ответ на вопрос окружения, почему до сих пор не женат? А потому что от вот таких женских вывертов застрахованным хочет быть.

Судно шло уверенно. Вроде, никаких проблем сегодня не наблюдалось. Прислушивался и к ходу, и к работе двигателя. Вчера буквально сразу малоприятные неожиданности, как из рога изобилия посыпались.

— Отсиживаться долго внизу собираешься? — не пряча иронии, поинтересовался Макс, глянув из рубки на лестницу, ведущую на нижнюю палубу катера.

— А я не помешаю? — раздалось снизу.

Еще новость. Даже что ответить, не нашелся. Главное — как⁇ Если только снова Валентов не заговорил о необходимости девчонки оставить команду. Никак мужик не успокоится. Лавры лучшего, которые вежливо подвинула своими способностями девчонка, всё покоя не дают. Так, вроде ж…

— Оставил бы на берегу сразу, — заметил вслух, собственные размышления прерывая. — Поднимайся давай, море сегодня твое любимое.

Неспокойным то сегодня было. Не сказать, что прямо шторм предрекало, нет. Но воленние заметное. Особенно у берега. Здесь, пока, лишь чуть морская гладь волнами красивыми шла.

На палубе остановившись, через перила чуть перегнувшись, к шуму прислушалась. Внимательно, с тенью настороженности присматривалась к тому, как набегают на стенку кораблика пока не сильные, но, всё же, волны. Что-то происходило в подводном королевстве. Либо сестры-братья снова игру бесконтрольную затеяли, либо… Дорогие родители отношения выясняют. Вот тогда берегись, народ. Заштормит, так заштормит.

— Ошибиться хочу, но дня через три-четыре непогода накроет, — вслух произнесла, всматриваясь в морскую даль, туда, где на горизонте морская гладь с небом визуально соединялась.

Редко ошибалась. Видимо, точно знала приметы, как волнуется море во время событий в подводном мире. Еще одна особенность их Русалки. Благодаря ей частенько получалось превентивные меры принимать, чтобы народ не лез лишний раз в воду.

— А, может, обойдется? — исключительно в целях поддержания разговора, поинтересовался Изместьев.

Катер на среднем ходу в глубь морской акватории уходил. Уже и берега не видно было. Развернув судно, курс взял вдоль побережья. Любили на это расстояние уходить горе-рыбки и путешественники. Сколько раз из суденышек, не предназначенных на подобные заплывы, приходилось спасать людей. И, главное, ничему не учились. Снова и снова заплывы, рискованные для жизни, устраивали.

— Сомневаюсь, — обронила Алеста, переступая порог рубки. — Зыбь нехорошая. Волна накатная. Если мои просто шалят, отец успокоит быстро. Если мать разошлась, там пока ракушек гору не переломает, воду в ближайшем подземном озере до мути жуткой не доведет, ничего не успокоится, — добавила, дотягиваясь до бинокля.

Вроде, спокойно было. Уведомлений, что кто-то в море сегодня вышел, не приходилось. И, Изместьев очень надеялся, не придет. Контрольно территорию обойдут и в док. Вечером потом только. Тоже, для страховки. Если, конечно, волна не поднимется…

— Лест, рассказать не хочешь, что у вас с Валентовым произошло? — не удержался всё же от вопроса, в то время, как Николайте принялась изучать в бинокль водный массив.

Не его дело, что прекрасно понимал. С другой стороны… Оба, как наэлектризованы. Того и гляди, тронешь — взорвутся, полыхнут так, что пол городка спасателей зацепят. Вот тогда точно узнают все об отношениях руководства с Русалкой. Даже те, кто по сей день ни о чем не подозревает. Если, конечно, такие еще остались.

— А должна? — ожидаемо прилетел встречный вопрос.

— Да нет, ваше дело, — пожимая плечами, честно ответил Макс. — Просто, может, помочь чем смогу? — добавил, на секунду встречаясь с девчонкой взглядом. — Лест, лезть в ваши дела не собираюсь, — терпеливо пояснил суть своих расспросов. — Просто, давай откровенно, ты из другого мира. Ты выросла там. Да, уверен, у вас там тоже папы-мамы, мужчины женщины. Ну, в вашем, рыбьем понимании, но они есть, — на всякий случай пояснил. — Только порядки у вас там другие. Думаю, — добавил. Вновь встречаясь с взглядом Алесты.

— Допустим, — согласилась совершенно неожиданно девчонка.

Допустим, — повторил про себя Изместьев. В верном направлении шел? Судя по всему — да. Еще бы точно знать, что милых влюбленных с утра пораньше вдруг врагами сделало. Совсем замечательно было бы.

— В нашем, — продолжал, останавливая катер, — Если мужчина не просто укладывает женщину в постель для удовлетворения своих чисто мужских потребностей, а планирует серьезные отношения, берет на себя и ответственность за её благополучие.

Очень надеялся, что доходчиво объясняет. Чувствовал себя сейчас, как педагог на предмете анатомии в школе перед старшеклассниками. Где надо рассказать максимум про половые отношения, уложиться в один урок и при этом удержаться в рамках шестнадцать плюс.

— И начинает ею командовать, — тут же парировала Алеста.

Не изменяла себе. Интересно, а как она вообще представляла себе земные отношения? С простым земным мужиком, который изначально вышел из патриархата. Усмешку с трудом сдержал ироничную. Не поймет. Еще за борт отправит. С родителями поближе познакомиться. Вот тут больше Валентову подходит. Как будущему родственнику. И снова с трудом сдерживаемый смех.

Глава 27

Морская «прогулка»

— Лест, меня услышь, — попросил Макс, окончательно останавливая катер. — Мужик твой Валентов. До мозга костей — мужик. Для него женщина — слабое существо. Которое надо холить, лелеять, оберегать от себя самой. Возможно, в этом его беда и все проблемы. Но другим он не будет. Не можешь его вот таким принять, рви сразу. Потом больнее будет. Причем — вам обоим.

Максимально жестко и откровенно.

Что могла ответить? Что не готова идти на уступки? На требования, которые никакой логике нормальной не подчинялись? Как себе представлял действующего сотрудника у кастрюль с ложками-поварешками? Она, лучший спасатель, должна стать…

— Подожди, — вместо