Кошелек или жизнь - Куини Пусси

Кстати, блондин здесь, восседает на диване и следит за моей истерикой с невыносимо невозмутимым выражением лица. Повисает пауза, затем он выдает в своей колкой манере:

— Валяй. Все равно эта штука была безвкусицей.

Его слова жалят, но не усмиряет мой гнев. Я разбиваю вазу — дребезжание впивается в барабанные перепонки. Потом швыряю на пол фоторамку. Стекло лопается, разлетаясь тысячами острых осколков у моих ног.

Мои кулаки сжаты, мышцы напряжены. Когда ярость наконец иссякает, останавливаюсь посреди комнаты, тяжело дыша, как загнанный зверь. Сердце готово выскочить из груди. В наступившей тишине поворачиваюсь к Логану и ищу ответ в его безразличном взгляде.

— Почему ты такой спокойный? — хрипло спрашиваю я.

Он усмехается. Эта реакция раздражает почти так же, как все остальное, но я сдерживаюсь. Наконец он поднимает взгляд, кривя губы в ухмылке:

— Каст, ты слепой или притворяешься? Неужели не видишь, что ты ревнуешь?

Он замолкает, ожидая моей реакции. Я хмурюсь, готовясь возразить, но он продолжает, не давая мне слова:

— И не только к Лили. Я говорю о внимании, которое ей уделяет Лиам. Вы с ним близки, и тебе не нравится видеть, как он отдаляется ради той, кто так сильно тебя беспокоит.

Я смотрю на него, стиснув челюсти.

Ревную? К Лили?

Чушь собачья.

Я качаю головой.

— Ты ничего не понимаешь, Логан, — стараюсь говорить твердо, несмотря на дрожь в голосе. — Все не так.

Я резко разворачиваюсь и ухожу, громко хлопая дверью своей комнаты. Затем достаю телефон и набираю Лиама. Один раз. Второй. Третий. Тишина.

Блядь.

Гудки в трубке только усиливают мое беспокойство.

В раздражении швыряю телефон на кровать и начинаю мерить комнату шагами. Подумываю сесть в машину и поехать их прервать. Но тут в памяти всплывают слова Логана. А что, если он прав? Что, если все это — лишь прикрытие, чтобы скрыть страх быть отвергнутым? Может, моя проблема не в Лили, а в том, что я боюсь, как бы она не заняла мое место?

Я останавливаюсь как вкопанный. Отец нанес мне больше ран, чем я думал. Этот страх быть отвергнутым, видеть, как уходят те, кого я люблю — все из-за него. Именно он сделал меня таким настороженным и готовым взорваться от малейшей угрозы. Эта истина, ударившая меня наотмашь, лишает сил, и я оседаю на пол.

Я опустошен и измотан.

Какой же я идиот.

Вместо того чтобы взглянуть своим страхам в лицо, я убегаю от них и веду себя как последний мудак. Не то чтобы я полностью жалел о сегодняшнем вечере. Видеть лицо Лили, искаженное от разочарования, доставило мне странное удовлетворение. В конце концов, она заслужила все, что я ей устроил. А остальное...

Я медленно поднимаюсь — голова тяжелая — и выхожу из комнаты. В гостиной Логан собирает осколки, которые я оставил после себя. Я смотрю на него, чувствуя стыд.

— Я не достоин таких друзей, — бормочу со вздохом и беру метлу, чтобы помочь убрать разбросанные по полу осколки.

— Да, иногда ты ведешь себя как козел, — отвечает Логан — не отрываясь от работы — с ухмылкой на лице. — Но не переживай, мы все равно тебя любим, знаешь ли.

Я киваю, не отрываясь от уборки, погружаясь в созерцание осколков — осколков моего отражения, застывших в разбитом стекле. Логан продолжает, на этот раз более мягко:

— Лиам увлекся букашкой. Похоже, он нашел в ней то, что так долго искал. Может быть, нежность.

Его слова пробуждают болезненные воспоминания. Я слишком хорошо помню тоску Лиама после ухода сестры. Та записка, которую она оставила — словно открытая рана. Ему нужна нежность, и кто-то, кто сможет заполнить эту пустоту внутри.

А Лили... какой бы невыносимой она ни была, я не могу отрицать, что она идет ему на пользу. Я это видел, я знаю. Его улыбка теперь появляется чаще, а в движениях появилась та легкость, которой не было до того, как эта букашка появилась в университете. Но я не хотел этого признавать, застыв от страха потерять Лиама.

— Ты думаешь, что он... — начинаю я, но обрываю фразу, уже зная ответ.

Конечно, они сейчас трахаются.

Логан пожимает плечами с небрежным видом:

— На его месте я бы не колебался. Не переживай, Каст. Он вернется. Лиам не из тех, кто бросает друзей. Наши души всегда находят дорогу друг к другу.

Он поднимает кулак в мою сторону с понимающей ухмылкой: — Адское трио — навсегда.

Я стукаюсь с ним кулаками, и мои губы растягиваются в слабой улыбке.

— Так точно.

Усталость наконец дает о себе знать, но я упорно борюсь с искушением упасть на кровать — сначала нужно навести порядок. Логан тем временем откладывает метлу и уходит к себе.

— Спокойной ночи, Каст.

Я смотрю на него с округлившимися глазами.

Даже не попытается помочь? А как же братская солидарность?

— Что? Ты оставишь меня одного убирать весь этот бардак? Я думал, мы связаны душами, — протестую я.

Логан хохочет:

— Да, но после полуночи я не в форме, и главное — я красавчик этого трио, а не твой слуга.

Я тоже смеюсь и продолжаю уборку в одиночестве, но мне уже гораздо спокойнее. Я подумываю о Лиаме, который явно развлекается этим вечером куда лучше меня, и заканчиваю наводить порядок в гостиной. Затем иду в свою комнату и ложусь спать.

Завтра начнется новая глава. Я чувствую, что наши отношения изменятся. Надеюсь только, что смогу побороть свои страхи.

29

Лили

Я медленно просыпаюсь, все еще окутанная воспоминаниями о прошедшей ночи. Постель рядом со мной пуста, но я улыбаюсь, заметив записку от Лиама на подушке. Я беру ее в руки — строки простые, исполненные нежности. Так свойственно его характеру. Он желает мне хорошего дня и просит прощения за то, что не смог быть рядом, когда я проснусь. В завершение он обещает позвонить и отмечает, как прекрасно я выгляжу, когда сплю. Как мило, кто бы мог подумать?

Я встаю с чувством удовлетворения, которое окутывает мою кожу, словно шелковое покрывало. Мы преодолели значимую отметку, и эта мысль приносит мне радость. Я признаю свою привязанность к нему, и, безусловно, он тоже испытывает это чувство. Куда нас приведет все это? Не знаю, но я готова плыть по течению, наслаждаясь возникшей между нами непринужденностью.

Собираясь, обнаруживаю пропажу трусиков — уже второй раз подряд. На секунду замираю в недоумении, не веря