Леди и вор - Мария Камардина

Тишина.

— Ну, покажи, на что способен, загадочный механизм, — сказал себе под нос Джеймс и достал подарок доктора. Колесико завода легко крутилось между пальцами, скрипнуло, дойдя до упора, и потихоньку начало раскручиваться в обратную сторону. Шестеренки внутри медленно вращались, не издавая совершенно никакого звука. Он надел «отпугиватель» на шею и потянул дверь.

Протестующий скрип прозвучал слишком резко в тишине подземелья, отразился эхом и, казалось, пронесся по всем коридорам и закоулкам, по которым он прошел, и даже по тем, куда не сворачивал. Дверь открылась наполовину и застряла, пришлось пролезать боком. Джеймс дважды выронил шокер, порадовался, что тот не может так просто выстрелить, и наконец, оказался с той стороны, но при попытке встать чувствительно приложился головой о потолок — высота тоннеля соответствовала двери. На четвереньках, в почти полной тьме он чувствовал себя очень некомфортно, к тому же здесь было существенно холоднее. Или он просто израсходовал все свое тепло к этому моменту? Или это проявляется действие яда? Сколько времени прошло с тех пор, как он нырнул в подземный ход?

Шорох.

Шелест.

Звук, который сложно спутать с другим, если предупрежден.

Джеймс медленно поднял шокер чуть выше уровня глаз и судорожно вдохнул прелый застоявшийся воздух: пол бугрился клубками змей. Они зашевелились, и Джеймс замер, чувствуя, как мокрая от пота рубашка липнет к телу. Часть кобр поднялась и распустила капюшоны, со всех сторон раздалось угрожающее шипение, а затем они бросились на него…

Джеймс Даррел, вор, ловелас и бармен попрощался с жизнью, вспомнил, что бестолково прожил все эти годы и потерпел последнее фиаско — он умрет так и не поцеловав Аннабель. Бежать некуда, его труп останется гнить в этой Богом забытой дыре, и может быть через несколько веков кто-нибудь найдет скелет…

Джеймс зажмурился, втянул голову в плечи — и лишь спустя пару минут осознал, что кусать его никто не собирается.

Он приоткрыл глаза. Толстые, мускулистые змеи длиной в десять футов, а то и больше, уползали прочь, прямо в приоткрытую дверь. Джеймс не верил своим глазам, испуг уступил место удивлению, а потом он понял, что даже не попытался использовать шокер, чтобы выиграть время и напугать змей — мозг попросту отключился от первобытного страха.

Последняя кобра проползла мимо и он остался один: стоящий на четвереньках взрослый мужчина, пытающийся унять сердцебиение и справиться со страхом. На шее тихо покачивался на кожаном шнуре загадочный механизм, и шестеренки цеплялись зубчиками друг за друга, создавая магию или нечто иное, что спасло в этот раз лисью шкуру.

Джеймс сглотнул, и торопливо пополз туда, где виднелась последняя дверь — вход в сокровищницу.

Глава 25, в которой находят сокровища и первую любовь

В свое время Джеймсу немало пришлось путешествовать и по Северной Америке, и по Южной, слушая в числе прочих легенды о сокровищах индейцев. Среди его знакомых находились смельчаки, готовые рискнуть жизнью в поисках древних храмов. Вор для подобной экспедиции весьма бы пригодился, но лисья осторожность советовала не лезть в сомнительные авантюры — он хорошо знал свои сильные стороны, и к ним не относилось знание истории и индейских наречий. Всякий раз, когда очередной кладоискатель не возвращался из своего эпохального похода, Джеймс выпивал за упокой души и давал себе слово не связываться с сумасшедшими.

Яд аризонского аспида в крови — весомая причина пойти наперекор принципам.

Дверь в сокровищницу представляла собой массивную каменную плиту. Джеймс осторожно ощупал кончиками пальцев шершавую поверхность — ни намека на замочную скважину, только выбитые в камне изображения кобр. Ливси должен был хорошо знать это место, и если ничего не сказал о ключе, значит, запертая дверь в его планы не входила. А может быть, она открывается только перед драконами?

Джеймс вытер пот со лба, остро жалея, что не взял в подземелье часы. Сколько времени прошло с того момента, как он вышел из каюты доктора? Начинает ли действовать яд — или он просто боится этого настолько, что организм сам по себе выдает признаки отравления?

Лучше об этом не думать.

Он тщательно осмотрел карту в поисках дополнительных отметок, но нужных указаний не было. Ливси уверял, что путь до сокровищницы абсолютно безопасен, и опасаться ловушек стоит лишь тем, кто свернет в каменном лабиринте не в тот коридор. Однако предателя перед казнью наверняка расспросили и выяснили, каким путем незваные гости являлись в храм. Самым логичным казалось добавить препятствий, а то и замуровать проход…

Словно в ответ на его мысли за спиной послышался шум. Пол задрожал, с потолка посыпалась каменная крошка, гул и грохот в лабиринте становились все громче, вызывая ассоциации с обвалом в пещере. Времени на раздумья не оставалось. Сунув почти бесполезный шокер за пояс, Джеймс прижался к двери, желая отыскать хотя бы намек на замочную скважину, тайную кнопку — что угодно! От грохота камнепада закладывало уши, песок сыпался с потолка тонкими струйками, чуткие пальцы вора ласкали каменных кобр — каждую вмятинку, каждый бугорок, — и змеи вздрагивали под ладонями, льнули к коже. Казалось, еще немного и холодные каменные тела обовьют запястья, вползут по плечам, обернутся вокруг шеи, вопьются зубами в сонную артерию — и как же, черт побери, открывается эта дверь?!

Камень под ладонями поддался в тот миг, когда Джеймс почти поверил, что это конец. Плита легко и бесшумно скользнула вправо, он, не думая, бросился вперед, не удержался на ногах и покатился по наклонному полу, в каждый миг ожидая, что обвал настигнет его и здесь. Что-то и впрямь зашуршало вокруг, зазвенело, задвигалось, сверху посыпались мелкие камешки…

А потом стало тихо.

Джеймс открыл глаза. Закрыл. Снова открыл, приподнялся на локте, пытаясь поверить в то, что видит. Ливси, кажется, упоминал о галлюцинациях… Впрочем, о золоте он тоже что-то говорил, и ведь это сокровищница, верно?

Слабый свет кристалла выхватывал из темноты то груду призывно мерцающих монет, высыпавшихся из ветхого сундука, то жутковатого вида идола с алыми камнями вместо глаз, то тарелки и кубки… Что и говорить, золотые запасы храма выглядели внушительно. Большая часть помещения терялась во тьме, но то, что Джеймсу удалось разглядеть, напоминало пещеру сказочного дракона, который веками грабил соседние королевства и похищал принцесс за выкуп.

Мысль о драконе пришла кстати. Джеймс выпрямился и огляделся снова, уже целенаправленно, но двери, через которую ввалился в сокровищницу, не увидел.