Магический детокс или новогодний сюрприз для ведьмы - Виктория Дениз

— Баран⁈ Я баран⁈ — Виола задохнулась от возмущения. — Ты посмотри на себя! Ты настолько твердолобый, что пробить твою голову можно только молотком!

— А ты настолько несносная, что удивительно, как я вообще выдерживал с тобой два года!

— О, поверь, это было взаимно! — она подошла вплотную, ткнула пальцем ему в грудь. — Я каждый день удивлялась, как можно быть таким занудным тираном!

— Тираном⁈ — голос Рейнара поднялся до крика. — Я тиран⁈ Я, который терпел твои капризы, твои истерики, твое вечное «я сама знаю»⁈

— Мои капризы⁈ — Виола кричала в полную силу. — Это не капризы, это характер! Личность! То, чего у тебя нет, потому что ты слишком занят выстраиванием образа идеального солдата!

— А у тебя слишком много характера! Его хватило бы на троих!

— Лучше слишком много, чем ноль!

— Ноль⁈ — Рейнар схватился за голову. — Ты невозможна! Абсолютно невозможна! Поговорить с тобой — как об стену биться!

— А ты, как каменная глыба! Бесчувственная, холодная глыба!

— Бесчувственная⁈ Я три года страдал по тебе!

— И чья в этом вина⁈ Я что, заставляла страдать⁈

— Нет, ты просто бросила кольцо в камин и ушла!

— А ты ушел первым!

— Потому, что ты меня вынудила!

— Потому, что ты был невыносим!

Лампа на столе вспыхнула и взорвалась с оглушительным треском.

— Видишь⁈ — Виола указала на осколки. — Опять! Даже неодушевленные предметы не выдерживают твоего присутствия!

— Нет! Это из-за твоей истерики!

— Это из-за твоего упрямства!

— Моего⁈ — Рейнар топнул ногой, и пол под ним треснул. — Ты обвиняешь меня в упрямстве⁈ Когда сама готова спорить до посинения⁈

— Потому, что ты неправ!

— Как и ты!

— Нет, сейчас я точно права, а ты — упертый, бесчувственный, контролирующий тиран!

— А ты — взбалмошная, импульсивная, несносная ведьма!

— Лучше ведьма, чем оловянный солдатик!

— Лучше солдат, чем неуправляемая стихия!

Окно за спиной Виолы лопнуло с оглушительным звоном. Стекло разлетелось на тысячи осколков, холодный ветер ворвался в комнату с воем.

Рейнар рванулся вперед, прикрыл ее собой, заслоняя от осколков.

Они упали на пол, он сверху, его руки защищали ее голову.

Несколько секунд — только их тяжелое дыхание и завывание ветра в разбитом окне.

Потом Виола прошептала, все еще дрожа от ярости:

— Слезь с меня, зануда.

— С удовольствием, несносная ведьма, — процедил он сквозь зубы.

Но не пошевелился. Смотрел на нее сверху, лица в нескольких сантиметрах, оба красные, взъерошенные, злые.

— Ты невыносима, — прошипел он.

— А ты невозможен, — прошипела она в ответ.

Еще несколько секунд напряженного молчания.

Потом Рейнар медленно поднялся, помог ей встать.

Гостиная походила на поле боя. Разбитое окно, всюду осколки, мебель в беспорядке, трещина в полу, картина упала со стены.

— Нам нужно к Ридсару, — сказала Виола ледяным тоном, отряхивая платье. — Немедленно.

— Согласен, — так же холодно ответил Рейнар.

Они вышли из номера, держась на максимальном расстоянии друг от друга, все еще кипя от ярости.

Мастер Ридсар встретил их в своем кабинете с мрачным выражением лица.

— Я знаю, зачем вы пришли, — сказал магистр, прежде чем они успели открыть рот. — Резонанс усиливается. Я чувствую его во всем здании.

— Что происходит? — спросил Рейнар, стараясь говорить спокойно.

— Вы приближаетесь к моменту выбора. Связь чувствует это. Она требует разрешения — либо полного разрыва, либо полного соединения. Любая нестабильность между вами создает опасные выбросы энергии.

— Мы поссорились, — сухо сказала Виола, скрестив руки на груди.

— Я в курсе. Об этом уже все знают. — Ридсар повернулся к ним. — Три лампы взорвались в холле. Камин в столовой погас и не зажигается. У двух постояльцев началась мигрень. Защитные поля вокруг территории трещат. На втором этаже провалился пол в одной из комнат. В библиотеке большая половина книг попадала с полок.

Виола и Рейнар переглянулись, но тут же отвернулись друг от друга.

— Что нам делать? — спросил Рейнар, глядя в стену.

— Для начала остыть, — невозмутимо ответил магистр. — Еще раз хорошенько все обдумать. Найти эмоциональный баланс. Перестать метаться между близостью и отторжением.

— Легко сказать, — пробормотала Виола, глядя в другую стену.

— Никто не говорил, что будет легко. — Мастер сел за стол, внимательно наблюдая за ними. — Но у вас нет выбора. Если вы не стабилизируетесь до полуночи, последствия будут катастрофическими.

— Насколько катастрофическими? — осторожно спросил Рейнар.

— Здесь все может рухнуть. Подавляющее поле может взорваться. Все постояльцы и персонал окажутся в опасности. — Ридсар посмотрел на них серьезно. — И, что хуже всего, связь между вами закрепится неправильно. Искаженно. Вы будете чувствовать эмоции друг друга всю жизнь, но не радость и любовь. Боль. Злость. Страх. Каждую секунду, каждый день, до конца жизни. Это будет мучительно для вас обоих.

Виола почувствовала холод в животе. Она покосилась на Рейнара — он побледнел.

— То есть, если мы не решим… как себя вести друг с другом…

— Вы обречены на вечные страдания. Да. — мужчина не смягчал слова. — Поэтому я настоятельно рекомендую вам проявить мудрость.

— И как именно? — спросила Виола. — Мы не можем находиться в одной комнате пять минут без того, чтобы что-нибудь не взорвалось!

— Тогда научитесь, — твердо сказал наставник. — У вас есть время до полуночи. Двенадцать часов. Используйте их. И, ради всего святого, перестаньте крушить здание реабилитационного центра.

Ридсар встал, давая понять, что разговор окончен.

Они вышли из кабинета в гробовом молчании.

Коридор был пуст. Где-то внизу раздался грохот, кто-то громко выругался — еще один инцидент.

Виола и Рейнар стояли в нескольких шагах друг от друга, упорно глядя по сторонам.

— Нам нужно… что-то делать, — сказал наконец Рейнар.

— Очевидно.

— Но что?

Виола прислонилась к стене, все еще злая, но сейчас еще и напуганная и озадаченная.

— Не знаю. Каждый раз, когда мы пытаемся серьезно поговорить, все скатывается в ссору.

— Потому что мы оба упрямы.

— И оба по своему правы, — добавила она.

— И оба при этом неправы.

Пауза.

Виола посмотрела на бывшего жениха краем глаза. Он стоял, засунув руки в карманы