Под защитой жестянки - Лайла Фэй

Его хватка ослабла, и мне удалось выскользнуть из-за его спины и встать рядом, лицом к обоим тануки. Дин даже не взглянул на меня, и я сердито толкнула его локтем. Локоть пронзило резкой болью, и я с трудом сдержала вскрик. Точно. Железяка же.

— Стоит их оставить, — усмехнулась тануки-самка, Мотори, качая головой. — Они забавные. Прямо как клоуны, которые лупят друг друга сковородками. Сколько лет прошло с тех пор, как я видела хорошее клоунское шоу?

— Да никогда, это же оксюморон, — фыркнул тануки-самец.

Он опустил ствол, как и обещал, но продолжал настороженно за нами наблюдать. Я не сомневалась: он выстрелит при малейшей провокации, и тогда Дин выстрелит в ответ, и я никогда не получу своего «Троянского коня» — или робота.

— Меня зовут Сера Эванс, — произнесла я. Это была ставка «ва-банк», запредельно глупая, если она обернётся против меня. Я молилась, чтобы этого не случилось.

Морда Мотори сморщилась от недоумения, но тануки-самец мгновенно узнал моё имя.

— Та самая американская чокнутая, которая ненавидит технологии? Обалдеть не встать.

— Я тебя в багровый раскрашу, если ты ещё раз её оскорбишь, — подал голос Дин. Его тон был абсолютно ровным и холодным. Я разочарованно выдохнула и схватила его за руку.

— Я это заслужила. Успокойся, Дин. Пожалуйста. Ладно, если вы меня знаете, то знаете и то, что я годами работала над разоблачением «Дзэнкёдза». Что ж, я им надоела, и они наняли киллеров, ну или прислали тех, кто у них на постоянном жалованье, я не в курсе деталей.

Тануки обменялся быстрым, многозначительным взглядом с Мотори, а затем снова повернулся ко мне:

— И поэтому вы пришли сюда. Зачем?

— Я тоже устала, — ответила я, чувствуя, как напряжение понемногу спадает. Они не бросились звонить в полицию. Скорее всего, у нас был общий враг, раз уж Дин сказал, что компания мешает делам тануки на свалке.

— Я приложила столько усилий, чтобы привлечь внимание к махинациям «Дзэнкёдза». То дело с «умной няней», которая в итоге задушила младенца-урсу, потому что её программа была слишком сильно ориентирована на защиту людей? Я сделала об этом репортаж, даже добилась признания от одного из американских исследователей «Дзэнкёдза» под запись, где он подтвердил, что они знали о такой возможности. И всё равно иск отклонили, списав всё на ненадлежащее использование со стороны родителей. «Дзэнкёдза» вышла сухой из воды. И тот ребёнок был не единственной жертвой. Теперь, когда мне нечего терять, я решила попытать счастья здесь — там, где хранятся все ответы.

— Но не буквально же здесь, — с сомнением произнесла Мотори. — Ты ведь в курсе, что центральный модуль каждого робота полностью очищают перед тем, как выбросить его на свалку? Ты здесь ничего не найдёшь.

Я покачала головой:

— Я хочу собрать своего. Засунуть внутрь какой-нибудь скрытый канал связи и отправить его громить центр города, чтобы он наделал шуму, прежде чем его схватят.

Мотори обнажила острые белые зубы в широкой ухмылке.

— А как только они затащат его внутрь — бум. Доступ у тебя в кармане, — она повернулась к напарнику. — Почему мы до этого не додумались?

— Потому что за нами не гонятся толпы наёмных убийц, — фыркнул тот. — Так вот как знаменитая ненавистница роботов оказалась в компании одного из них? Необходимость спасать шкуру помогла тебе пересмотреть взгляды? Например, тот факт, что глупые идеалы не спасут твою задницу, когда запахнет жареным?

Я отвела глаза, стиснув зубы.

Будет гораздо хуже, чем просто колкие насмешки, — напомнила я себе. — Улыбайся и терпи.

— Он был единственным телохранителем, которого я могла себе позволить. И да, я многое переоценила. Вы нам поможете или нет? — спросила я, вызывающе вскинув подбородок.

— А что насчёт него? — тануки кивнул в сторону Дина. — Каково твоё мнение, железяка?

В его голосе сквозила явная издёвка. Я шагнула вперёд прежде, чем успела осознать, что делаю, потому что кулаки мои были уже сжаты.

— Не называй его так! Его зовут Дин.

Тануки смерил меня долгим, презрительным взглядом, а Мотори расхохоталась.

— О-о, я понял, — протянул он, и его морда скривилась в ухмылке. — Значит, называть его так можно только тебе.

— Я не против этого слова, — подал голос Дин. — И я на её стороне. Почему ты спрашиваешь моё мнение?

— Потому что ты, мой друг — бомба с часовым механизмом, — тануки подошёл на шаг ближе и указал на ошейник Железяки. — Как ты вообще можешь его носить? Он должен был взорваться в ту самую секунду, когда в твоём ядре зародилась хоть одна полуосознанная мысль.

Моё сердце ушло в пятки. Тануки понял, что Дин обладает сознанием. Если он кому-нибудь расскажет — нам конец. Я не могла так рисковать, даже если это означало крах моего плана.

— Мы уходим и больше никогда вас не побеспокоим. Простите за вторжение. Пошли, — сказала я безжизненным голосом, пытаясь оттащить Дина назад, к выходу. Он не шелохнулся, рассматривая обоих тануки с нейтральным выражением лица.

— Какая опека, — хмыкнул тануки-самец явно потешаясь на нами. — Расслабься, я не стану на него доносить. На самом деле, я хочу познакомить его с одним другом. Гокибури, иди сюда!

— Гокибури? Таракан22? — растерянно прошептала я.

Из-за очередной горы металла появился крупный робот с прекрасным женским лицом, отливающим серебром на солнце. Казалось, здесь всё буквально кишело роботами. Этот был старого типа, но я не могла соотнести его ни с «Дзэнкёдза», ни с «ВердеЛюмен». Я никогда раньше не видела такой модели.

Оно подбежало трусцой и встало рядом с Мотори. Я вытянула шею. Этот робот был даже выше Железяки, а его конечности — длинными и грациозными. Я прищурилась. Одна ладонь была человекоподобной, с пятью пальцами, но вместо второй красовалась пара огромных металлических ножниц.

— Дин, это Гокибури. Гокибури — это Дин, — представил их тануки, махнув лапой. — Можешь перестать мочиться в штаны, Сера. Мы показали тебе своего, видишь? Твой друг здесь в безопасности, как и она. Вы можете остаться. Мы никогда не прогоним разумного робота, ищущего убежища.

— Гокибури обладает сознанием, — медленно проговорила я, складывая пазл в голове. — Э-эм, а почему такое имя?

— Я живучая, как таракан, — отозвалась она чистым, мелодичным голосом, от которого по моей спине пробежали мурашки. Я представила, как она поёт в опере или, может быть, озвучивает Галадриэль23.

Дин некоторое время наблюдал за ней, затем медленно подошёл ближе и протянул левую руку. Я нахмурилась, но тут же поняла: он сделал это потому, что её правая рука заканчивалась садовыми ножницами. Они обменялись рукопожатием и