Титан - Шанталь Тессье

— Нет, — перебиваю я её. — Я хотел, чтобы ты была здесь.

Я написал ей этим утром, чтобы она пришла ко мне в комнату, но ребята задержали меня на нашей грёбаной встрече дольше, чем я планировал.

Она поворачивается лицом к душевой кабине, и я снова встаю у неё за спиной. Не давая ей времени.

— Наклонись и положи руки на стену. Раздвинь для меня ноги, — приказываю я ей на ухо.

Дыхание Эмили учащается, и она делает, как я сказал.

Я схватил то, что принес с собой, зная, что собираюсь сделать, и намазал смазкой свой член.

Мое колено раздвигает её ноги. У неё прямая спина. Я провожу рукой по её позвоночнику, ощупывая каждый позвонок. Она вздрагивает. Сжимая мой твёрдый член в руке, я прижимаю его к её заднице, и она напрягается.

— Как давно это было?

— Давно, — она тяжело дышит.

Улыбаюсь. Хорошо. Проявляя больше сдержанности, чем хотелось бы, я вхожу в неё, растягивая её упругую задницу. Она вскрикивает и пытается пошевелиться, но я удерживаю её, положив руку ей на спину.

— Впусти меня, Эм. Расслабься.

Затем я толкаюсь глубже.

— Вот так, детка. Вот так, — закрываю глаза и полностью погружаюсь в неё.

Она хнычет, а я тяжело дышу.

— Возьми свою правую руку и трахни эту киску, Эм.

Она отпускает стену и начинает ласкать себя.

— Трахни свою киску, детка. Я хочу, чтобы ты использовала свои пальцы и чтобы кончила на них, а потом я оближу их дочиста.

— Боже…

— Всё правильно, детка.

Я собираюсь завладеть ею. Прямо как Боунс, но только не буду останавливаться на достигнутом. Я потребую большего, потому что ещё далеко не закончил с ней.

Глава 18

Эмили

Второе утро подряд я просыпаюсь в постели Титана. Моё тело болит так же, как и накануне. Встав с кровати, направляюсь в ванную, чтобы почистить зубы и воспользоваться туалетом. Я замечаю его футболку, лежащую на краю кровати, и надеваю её через голову, убирая с воротника свои очень спутанные волосы. Открываю французские двери, ни о чем не думая, но резко останавливаюсь, когда замечаю, что на меня смотрят три пары глаз.

Грейв сидит за кухонным столом, держа вилку на полпути к широко раскрытому рту, когда он замечает меня. Его взгляд опускается на мои голые ноги, и я одергиваю и без того длинную футболку. Это расплата за то, что я застала его вчера на месте преступления.

Титан стоит на открытой кухне и переворачивает блинчики. Он окидывает меня взглядом, и от его пристального взгляда у меня по телу разливается жар. Откашливаюсь и неловко потираю шею.

Перевожу взгляд на Кросса. Он выглядит менее удивленным, чем Грейв, увидев меня здесь. Он расслабленно откинулся на спинку стула, раздвинув ноги, и левой рукой открывает и закрывает зажигалку Zippo. От Кросса всегда веяло таинственностью. Я была наименее близка с ним, потому что он держался особняком. Даже между Королями. Или, может быть, я просто никогда не была достаточно близка, чтобы обращать на него внимание. Всё, что я знаю о нём, это то, что у него есть секреты. Убийственные секреты.

Девятнадцать лет

Я роюсь в своем багажнике, пытаясь найти свою сумку среди всего барахла, когда меня шлепают по заднице. Разворачиваюсь, чтобы высказать свое мнение тому, кто это сделал, но смеюсь, когда вижу Жасмин.

— За что?

Она смеется.

— Боунс не может быть единственным удачливым сукиным сыном, которому удалось надрать такую задницу.

Закатываю глаза и возвращаюсь к своей машине, забирая одеяло, которое мама заставила меня положить туда на случай, если я окажусь в затруднительном положении зимой. Она забывает, что мы живем в грёбаном Вегасе.

— Ага, — говорю я, обнаружив, что сумка спрятана там.

— Ты слышала о Дубовой роще? — спрашивает Жасмин, когда я перекидываю сумку через плечо.

Дубовая роща – это баптистская церковь, в которой проповедует отец Кросса.

— Нет. Что там? — захлопываю багажник, и мы направляемся к школе.

— Прошлой ночью она сгорела дотла.

— Что? — задыхаюсь и останавливаюсь.

Жасмин кивает и смотрит через моё плечо. Я поворачиваюсь, чтобы проследить за её взглядом.

Все Короли стоят у машины Боунса. Он держит обе руки в карманах своих темных джинсов под белой толстовкой с капюшоном. Титан стоит лицом к нему с сигаретой в зубах, а Кросс прислонился задницей к передней пассажирской двери. Его сумка лежит у его ног. Его левая рука в кармане, а другой он открывает и закрывает зажигалку Zippo.

Я оглядываюсь на неё.

— Теперь отец Джеймс пропал.

— Да ну на хрен, — выдыхаю, прежде чем оглянуться на Кросса. Его глаза встречаются с моими, и я задаюсь вопросом, слышит ли он нас, когда мы пересекаем парковку. Он захлопывает зажигалку, а затем открывает её снова.

— Что вы, девочки, делаете? — Трентон, её парень, который то появляется, то исчезает, привлекает наше внимание, когда подходит к нам со своим лучшим другом.

— Разговариваем о том, что произошло в Дубовой роще прошлой ночью.

— Полиция подозревает поджог и убийство.

— Откуда ты это знаешь?

— Слышал, как мой отец говорил об этом сегодня утром. Полагаю, свидетель позвонил в полицию и сказал, что они видели, как Кросс входил в церковь со своим отцом за час до этого, а затем видели, как он выходил. Один. Как раз перед тем, как место охватил пожар.

Жасмин прикрывает рот рукой.

— Его отец остался внутри?

Он кивает.

— Так говорят.

Его друг Лиам фыркает.

— Слышал, что это было самоубийство, — он переводит взгляд на Кросса. — Я имею в виду, разве ты не покончил бы с собой, если бы Кросс был твоим сыном?

Прищуриваюсь, глядя на него.

— Ты говоришь ужасные вещи.

Он пожимает плечами, а Трентон просто отталкивает его.

— Хотел бы я посмотреть, как ты скажешь это ему в лицо.

Жасмин смеется, и он обнимает её за плечи и ведет в сторону школы вместе с Лиамом.

Я оборачиваюсь, но Королей у машины уже нет. Оглядев парковку, замечаю, что вокруг стоят несколько человек. Кто-то разговаривают по своим телефонам, остальные идут на занятия. У нас с Жасмин занятия, а у Королей тренировка с мячом. Повернувшись к двери,