Вторая молодость Фаины - Адель Хайд

Нам слышно не было, но после того, как Азат что-то сказал, мужчины дружно обернулись и посмотрели в нашу с капралом сторону.

Перекинувшись с ними ещё парой слов, Азат вернулся и растягивая гласные сказал:

— Аны-и саоглоа-асилысь.(они согласились)

Иван Иванович довольно потёр руки:

— Ну-с, Фаина Андреевна, прикажите, пусть нам с вами стульчики вынесут, сейчас представление начнётся

Через несколько минут мы с Иван Иванович уже сидели на стульях, и нам даже столик поставили с графином, в котором был лимонад. Но не только мы готовились стать зрителями. Слух о готовящемся «конкурсе» облетел всё имение, и у меня на коленях сидела Полинка, а за нашими спинами вдруг у всех нашлись какие-то дела.

Вера не пришла, но я видела, что она несколько раз мелькала в окне флигеля, хотя окна лаборатории выходили на другую сторону, во внутренний двор.

Лица у господ офицеров были напряжённые, и мне это понравилось, значит они понимали, что «противник» серьёзный, это значит осознанно приняли решение посоревноваться.

Я заметила на поясах и Азата и Юсуфа длинные прямые кинжалы. Размеры этих кинжалов из дамасской стали были больше, чем обычный кинжал, но меньше, чем сабля или меч.

— Иван Иванович, — встревоженно окликнула я капрала, — надеюсь, что всё обойдётся без кровопролития?

— Конечно, без, Фаина Андреевна, не переживайте, в джигитовке нет прямых столкновений, но работа с оружием да, — ответил глава моей охраны, потом хитро улыбнулся, — если, конечно, никто сам себе ничего не порежет.

Вот же, теперь снова буду переживать. Воображение сразу нарисовало мужчин, на полном скаку размахивающих саблей.

Наконец, все приготовления были закончены, мужчины даже откуда-то приволокли деревянные пеньки и установили по краям площадки.

— А пеньки зачем? — недоумённо спросила я.

— Врагов резать будут, — ответил Иван Иванович и я увидела, как на пеньки ставят капустные кочаны.

Тут же захотелось по-старушечьи проворчать: «Любите вы, мужики, продукты ценные переводить».

Капуста-то ещё прошлогодняя. Нового урожая пока нет.

— До чего вы хозяйственная у нас, Фаина Андреевна, — снова улыбнулся в усы старый капрал, заметив с каким сожалеющим взглядом я проводила каждый кочан, — они же её не потопчут, порубят только, и кухарке нашей помощь, так что ждите щей и пирогов с капустой.

По тому как нетерпеливо перебирали ногами лошади горцев, я поняла, что этим коням не впервые участвовать в подобном соревновании, и им это нравится. Лошади офицеров, наоборот, стояли спокойно. Мне вдруг показалось, что сейчас мужчины увлекутся, и ни в какую оперу мы не попадём.

Я снова обернулась на Иван Ивановича.

— Что думаете? Кто выиграет?

Иван Иванович сразу не ответил, помолчал, пожевал губу, снова потёр усы:

— Хороший вопрос, Фаина Андреевна. Сперва-то я думал наши сильнее.

Иван Иванович головой кивнул в сторону офицеров, которые ожидали начала на другой стороне площадки:

— А теперь вот не знаю. Кони у офицеров тоже боевые, да и татарин выглядит уверенно.

Я попросила Иван Ивановича ограничить «джигитов» во времени:

— Всё-таки Раиса Леонтьевна будет меня ожидать, и мне не хотелось бы её подводить.

Первыми начали офицеры. Что сказать? Капусту Пётр и Айдаром порубили знатно, я даже подумала, что теперь не только мы пироги с капустной будем кушать, но и в деревню можно будет передать, на пять домов точно хватит.

Офицеры и вправду действовали уверенно, чётко, обстоятельно, по-военному.

А потом на поле выехали Азат с Юсуфом. И сразу стала видна разница. Горцы с их конями были одним целым. Что они вытворяли! Иногда казалось, что глаз не может ухватить и поэтому для меня это было, как в кино, вот Азат мчится под брюхом коня, а вот ты моргаешь, а он уже стоит на коне. Или вот они с Юсуфом скачут параллельно, а вот немыслимым образом перепрыгивая и переворачиваясь прямо в воздухе, приземляются, выпрямляясь на мчащихся конях.

Когда горцы закончили первыми их поздравить подъехали офицеры. Но на мой взгляд не было победителя, и офицеры и горцы были хороши, но каждый в своём.

Техничные, основательные кавалеристы, с более тяжёлыми на вид лошадьми, способными на себе нести латную сбрую, и лёгкие, гибкие, невероятно быстрые горцы, с их конями, похожими на ветер, в руках которых дамасская саль превращалась в красивую смерть.

И те и другие подъехали к нам с Иваном Ивановичем, и Пётр Орлов первым спешился и картинно рухнул на одно колено возле меня, так и сидящей на стуле с малышкой Полей на коленях.

— Кого же выберет прекрасная хозяйка? — театральным, не менее, чем его поза, голосом вопросил штабс-капитан Орлов.

А я молчала, потому что в этот момент, подняв глаза поверх склоненной головы штабс-капитана, увидела знакомую фигуру.

На другой стороне поля стоял и, как мне показалось, с сожалением смотрел на меня, Порываев Алексей Сергеевич.

Глава 27

«Всё всегда получается "вовремя", — подумала я, — и почему вроде бы и не виновата, а ощущаю вину? Надо бы сделать что-то неожиданное, чтобы Алексей понял, что общество офицеров — это не то, чем я развлекаюсь каждый день».

Я взглянула на штабс-капитана и сказала:

— Поднимитесь, Пётр Васильевич, форму испачкаете. Я не могу определить победителя. По мне, так вы все достойны приза.

Обернулась на Дуню, та сразу сообразила, подошла и забрала у меня Полину. Полина попыталась скукситься, но я ей пообещала, зная, что Дуня сейчас её увлечёт и она не будет расстраиваться:

— Сейчас я с дядей поздороваюсь и снова тебя возьму, хорошо?

Девочка — вот же золотце! — кивнула и улыбнулась.

Оглянулась на Ивана Ивановича. Тот кому-то махнул, и я увидела, что к Порываеву устремился один из отставников.

Штабс-капитан поднялся и громко крикнул:

— Победа! Проигравших нет!

Я встала и стоя стала дожидаться, когда Алексей подойдёт ближе.

Вокруг так и стояли спешившиеся офицеры, Азат с Юсуфом куда-то исчезли.

— Знакомьтесь, господа, мой деловой партнёр, Алексей Сергеевич Порываев! — заявила я громко, чем, кажется, удивила не только господ офицеров, но и самого «делового партнёра».

Подала Порываеву руку, которую он по всем правилам поцеловал.

— Рада видеть вас. — широко улыбнулась, — Как добрались?

Порываев, видимо, несколько удивлённый тем, как открыто я в обществе дворян раскрыла своё с ним партнёрство, смущённо произнёс:

— Я тоже рад, Фаина Андреевна. Добрался, слава богу, хорошо. Вот с поезда и сразу к вам.

И здесь в наш разговор влез штабс-капитан:

— А Фаина Андреевна сейчас в город уезжает.

Я укоризненно посмотрела на Орлова:

— Спасибо, Пётр Васильевич, что напомнили. Но теперь я вряд ли смогу поехать, дела.

Лицо штабс-капитана вытянулось, и он решил сразу «зайти