Блок на магию - Александра Рай

И тут в дверь стучат, отчего я вздрагиваю, а Келларэн оборачивается.

— Я тебя скрою, так нужно, — он подходит ближе, отчего по моей спине вновь бегут мурашки. — Постарайся не выдать своего присутствия, иначе чары развеятся.

Я киваю, соглашаясь. Будто бы у меня есть выбор.

Будто бы я действительно имею право выбирать.

Я стою за столом, а император открывает дверь, и на пороге появляется не кто иной, а точнее, не кто иная, как Люмина Стремпи, одетая в совершенно простое темно-синее платье, и я вдруг понимаю, что это не просто платье — это прототип моей студенческой формы. Люмина старается походить на меня!

— Люмина? — в голосе императора сомнение, и мне отчасти жаль, что я не вижу его лица в этот момент.

— Привет, милый, — у меня нет сил на это смотреть, но я смотрю. Люмина бросается на шею императору прямо с порога и тянется к его лицу для поцелуя, но император помнит о моем присутствии, поэтому мягко отстраняется и не пропускает девушку в свой кабинет, оставив ее на пороге. Ее лицо меняется в считанные секунды, и она из счастливой и радостной превращается в печальную девушку. — Ну милый, — тянет она. — У меня для тебя отличные новости!

— Что-то сегодня много разных новостей, — ворчит тот. — Что случилось у тебя?

— Твои новости по сравнению с моими ничего не стоят! — восклицает она и все-таки проникает в кабинет, и принимается кружиться. — Я беременна, милый! У нас будет ребенок!

И тут в кабинете повисает абсолютная тишина. Келларэн с застывшим лицом в ужасе смотрит на меня, скрытую его чарами, а я смотрю на лицо Люмины, и пытаюсь понять — правда ли то, что она говорит?

Впрочем, принимаю решение я, это все не имеет значения. Я все решила еще тогда, когда Элиас мне все рассказал про драконов и ритуал, который пытался провести Кэл в юности. Связь, которая существует между императором и его фавориткой не имеет никакого отношения ко мне.

Даже несмотря на то, что я почти вся покрыта татуировкой, которая показывает, что я его истинная пара. Как парадоксален этот мир!

Келларэн быстро ориентируется.

— Между нами ничего не было вот уже больше полугода, — резко отвечает он. — Откуда взяться ребенку, Люмина?

— Милый, — щебечет фаворитка. — Ты просто не помнишь. Я же говорила, что у тебя случаются провалы в памяти…

— Не лги мне, — хриплый голос срывается, и девушка вздрагивает. — Я бы запомнил!

— Ах, ну вот же, совсем недавно, — отвечает она. — Ты еще ездил в ту лечебницу помогать Корвину.

Я закрываю глаза и считаю до десяти. Сложно сказать, обманывает ли Люмина, но она хорошо подготовилась. Вероятно, они с Келларэном очень близки, раз она знает моменты, когда он может подчинить себе магию.

Теперь меня мучает только один вопрос.

Как мне покинуть кабинет так, чтобы не продолжать слушать беседу императора и его фаворитки? Ведь основную мысль я уловила достаточно точно — я не буду вставать между ребенком и его отцом, да и зачем мне это нужно, ведь основная цель появления меня в этом мире и так понятно.

Только отчего же так больно? Почему так обидно от осознания того, что и в этом мире мне не нашлось места в сердце человека, которому я оказалась предназначена судьбой? Я вспоминаю, что я владею особенной магией, и, возможно, я смогу вернуться в Академию, не привлекая внимания к себе.

В голове вспыхивает воспоминание моей комнаты, потому что в библиотеку я решила не возвращаться. Я запомнила основное — способ передачи магии, а с остальным, я думаю, я смогу сориентироваться на месте. Главное — найти то самое место, где спит главный хранитель.

Мгновение, удивленный взгляд голубых глаз Келларэна и я оказываюсь в своей комнате. Ничего не осознавая, и не раздеваясь, я падаю на кровать, а слезы сами текут из моих глаз.

Какое-то время я предавалась страданиям, вспоминая горячие руки Нокса, его хриплый голос. Потом я предавалась мечтам о том, что могло бы между нами быть, если бы все изначально было правильно. Но как это — правильно? Кто решает, как должно быть правильно и по-настоящему? Может быть правильно в каждых отношениях своё?

Отмахиваюсь от этих мыслей, потому что они действительно звучат, как оправдания. Сложности в отношениях между людьми, которые возникают почти с начала этих самых отношений никогда не приводят ни к чему хорошему. Так подсказывал мне мой опыт, там подсказывает моя интуиция. Хотелось бы верить в то, что трудности действительно закаляют, но почему-то мне кажется, что текущие наоборот еще больше отдаляют нас друг от друга с Келларэном.

Кэл, Келларэн, император… Сколько у него имен, а все объединяется в одного единственного мужчину с ярко-голубыми глазами цвета неба, белыми волосами и мудростью в глазах. Должно быть он хороший любовник, раз даже от его прикосновений меня бросает в приятную дрожь.

Только это меня не касается.

Под грустные, тяжелые мысли я решаю встать с кровати, и отправиться к преподавателям, чьи занятия я сегодня пропустила по милости голубоглазого императора.

Слава тебе, безысходная боль… Только мой король жив, и пусть живет еще долгие годы, даже если без меня.

Откуда во мне столько печали? Неужели я успела скопить ее за годы моей болезни и одиночества? Я всегда считала, что я сильная духом, и не позволю ничему сломить его. Только вот оказалось, что чьи-то голубые глаза, горячие руки и хриплый голос способны уничтожить мое самообладание, и превратить меня в сожалеющего человека.

Приведя себя в порядок, я отправилась к преподавателям, у которых выслушала парочку лекций о том, как должна вести себя примерная студентка Везельбургской Академии магии. Я со всем согласилась — ведь меня никто никуда насильно не утаскивал, и я могла отказаться ото всего и отправиться на занятия — ведь знания — важнее всего!

Заруби это себе на носу, Вера! И перестань искать оправдания своим нелепым поступкам.

После занятий я снова отправилась в библиотеку и взяла ту же самую книгу, чтобы еще раз перечитать о ритуале. Я запланировала провести ритуал как можно скорее — чего тянуть-то? Если мне удастся пробудить главного хранителя, миру от этого будет только лучше, а если ничего не получится и я погибну — невелика беда. Меня отвергает человек, которому я предназначена, моя магия оказалась бесполезной в пробуждении хранителя — какой смысл моего существования?