Обещай любить меня - Беллами Розвелл

Я уговаривал Джейса сесть в грузовик и начать движение, пока я объезжал мотоцикл и замечал, что ключи были прямо там, в замке зажигания. Он был еще теплый. Двигатель вибрировал подо мной, когда я забрался на него и увеличил обороты. Со скоростью света я нажал на газ и взмахнул рукой в пыли, мчась по сельской местности, словно это было моим правом по рождению. Банде байкеров не потребовалось много времени, чтобы догнать нас, хотя как раз перед тем, как они добрались до нас, мы услышали сирену полицейской машины, скрывающейся на обочине шоссе.

Банда отъехала и рванула в другую сторону, но офицер погнался за мной, оттолкнув меня в сторону. Я видел, как Джейс оглянулся на меня через зеркало заднего вида, но я уговорил его продолжать ехать. Не было смысла в том, чтобы мы оба догоняли. Джейс получит по полной от мэра Кинга, а что касается Франклина, ну, он и так любил выбивать из меня дерьмо за любую мелочь, так что это не будет чем-то новым.

Сказать, что он был взбешён тем, что я прервал его ночную пьянку, было бы преуменьшением. Когда копы подъехали к его двери со мной на буксире, лёгкое предупреждение и штраф за вождение без прав вдобавок к краже, он избил меня до синяков. Я не ходил в школу целую неделю.

Единственное хорошее во всем этом. Байкер, у которого я украл байк, каким-то образом узнал, кто я и где живу. Он оставил свой байк у моего порога с запиской, в которой говорилось, что он впечатлен тем, что я украл его мотоцикл и почти ушел от ответственности. Он все равно искал новый и оставил мне свой в подарок. Сказал, что никогда не видел, чтобы ребенок катался на байке так, как я, как будто я был создан для этого.

Она все еще у меня, хотя мне, вероятно, скоро придется перейти на более новую модель. Она отслужила свое, повидала все, что могла увидеть. Время ее догоняло. Моя Дейзи и я прошли через многое вместе за последние десять лет, с того дня, как я выехал на ней из Кроссроудс на открытую дорогу, до того дня, когда она привезла меня домой и в бар Бейли.

Увидев Бейли снова, я не только вспомнил, от чего бежал, но и как легко можно было снова поддаться обману, поверив, что я предназначен для чего-то большего, чем то, чего я достиг до сих пор. Бейли Кинг когда-то заставила меня поверить в дом, белый забор, детей и воскресные ужины. Она почти заставила меня поверить, что это было возможно хотеть большего.

Я не был парнем, который с нетерпением ждал, когда повзрослею и пущу корни. Поселиться с девушкой и создать совместную жизнь, полную детей, но с Бейли я почти мог видеть, как это воплощается в реальность. Это благословение, что я оставил ее, потому что жизнь с ней никогда бы не была возможна. Нет, если бы ее отец что-то сказал по этому поводу, а он, конечно, сказал.

После того, как Джейс отреагировал на мое возвращение в Кроссроудс, у меня есть чувство, что он знает больше об ультиматуме своего отца, который выгнал меня из города. Он мог подумать, что его угрозы и гнев выгнали меня, но я знал, что он, в конце концов, справится с этим. Но когда Бисмарк Кинг постучал в мою дверь после того, как его сын ушел, с чековой книжкой в руке, пистолетом, плотно засунутым в кобуру, и угрозами, вырывающимися изо рта, словно сигаретный дым, меня уже ничто не остановило.

Он сделал гораздо больше, чем его сын. Он угрожал моей семье, средствам к существованию моего брата и сестры и их будущему в Кроссроудсе. Я знал, что я никем не стану, не добьюсь ничего важного, но у них было все, чего можно было ожидать. У Монти однажды украли будущее из-за выбора, который сделали наши родители. У Бо и Тео был такой большой потенциал, и их только тянуло вниз, потому что им приходилось мириться с моими глупостями.

Что касается Монро, то у нее вся жизнь была впереди. Кроссроудс украл у нее все мгновения счастья. Она не заслуживала, чтобы у нее отняли что-то еще.

Поэтому я сделал эгоистичный выбор. Я причинил боль единственной девушке, о которой я мог бы заботиться больше, чем о ком-либо другом, чтобы защитить свою семью. С одной одеждой на спине и несколькими другими необходимыми вещами я выехал на байке из Кроссроудс и больше не оглядывался.

И вот я еду на нем обратно домой, к ней. Я почти забыл, как сильно я люблю ездить по сельской местности. Видеть траву с одной стороны и воду с другой. Кроссроудс находился на южном побережье Северной Каролины и имел лучшее из обоих миров: обширные сельскохозяйственные угодья и великолепные берега.

Я паркую свой байк прямо возле амбара, в котором я провел так много времени, будучи подростком, и направляюсь туда, где стоит мой брат Монти, вынося какие-то вещи через заднюю дверь главного дома и ставя их на гниющее заднее крыльцо.

Я не видел свой дом детства десять лет, но он не изменился. За исключением гниющего дерева, облупившейся краски и обширных повреждений интерьера, он выглядел точно так же, как тогда.

Монти чувствует, что я приближаюсь к нему, но не удосуживается поднять глаза, его лицо скрыто за черной ковбойской шляпой, которую он носит на голове.

— Принеси мне тот молоток оттуда. Нам нужно снести всю эту стену. Она кишит чертовыми термитами.

Я делаю, как мне говорят, беру дополнительную пару перчаток и старую бейсболку с вышитой золотой Vanderbilt V из недолгого пребывания Монти в Теннесси. Ей почти шестнадцать лет, и она изрядно поношена, но я все равно ее надеваю. Передав Монти молоток, я снимаю кожаную куртку и бросаю ее через забор рядом с нами, беру еще один топор поменьше со стороны дома и принимаюсь за работу, помогая ему снести часть стены, которую наш отец добавил к собственности.

Четырехкомнатный дом с тремя ванными комнатами едва ли был достаточно большим для моих трех буйных братьев и меня, которые в какой-то момент все делили комнату вместе. Так было до тех пор, пока Монти не переехал в свою комнату, как только Монро подросла и заняла другую, оставив