Наложница повелителя демонов - Елена Белильщикова

class="p1">– Я не люблю повторять дважды, гунчжу, – строго произнес Ксиан. – Или мне позвать кого-то из своей прислуги, чтобы держали тебя для меня? Раскрытую, уязвимую… Стали твоими живыми путами, непослушная девчонка.

До этого Леана почти смирилась с повязкой. Прикрыла под ней глаза, расслабилась. Сейчас же ее веки резко распахнулись, ресницы мазнули по темной ткани.

– Что?! – Леана дернулась всем телом.

Ксиан рассмеялся. Бархатно, рокочуще, чарующе. Ее щеки залил яркий румянец. Да Ксиан задразнил ее! А она и повелась, почти всерьез испугавшись. А кто их, демонов, знает?! Но смех стих, и снова прозвучал приказ:

– Разведи ноги. Вот так, шире… Хочу видеть тебя. Послушную. Доступную. Мою гунчжу.

Горя от стыда, Леана повиновалась приказу. Внизу живота уже начинало горячо ныть от желания. Наливалось влагой, слегка дергало внутри от особенно хлестких, властных ноток в голосе Ксиана. Казалось, он заполнил собой всю комнату. Этим глубоким голосом с легкой хрипотцой от возбуждения. Этими подавляющими интонациями. Леана ощутила себя связанной по рукам и ногам марионеткой, которой не остается ничего другого, кроме как повиноваться своему хозяину-кукловоду.

Послышался тихий шорох. Леана с трудом сдержалась, чтобы не повернуть голову на звук. Ведь буквально чувствовала, как Ксиана забавляет это. Ее инстинктивные попытки повернуться, увидеть что-то. Впрочем, она и так догадалась, что это было. Недалеко от кровати ведь стояла какая-то шкатулка из темного дерева, украшенная резьбой в виде извивающихся драконов. Сейчас Ксиан, похоже, открыл ее.

– Я буду играть с тобой долго, – вкрадчиво проговорил он. – Поучу тебя доверию. Когда с завязанными глазами ты будешь принимать от меня все… Любую ласку. Самую изощренную и мучительную.

С этими словами Леана ощутила, как постель рядом слегка примялась под весом Ксиана. Он склонился сверху, и по коже вдруг скользнуло что-то мягкое, почти пушистое. Упруго щекотнуло ключицу, мазнуло по возбужденному соску, отчего Леана ахнула и задохнулась от короткого разряда желания. Она почувствовала себя холстом, по которому провели кистью.

– Что это?

– Всего лишь перо. Не бойся, оно достаточно жесткое, щекотно тебе не будет… Зато испробуешь сполна мою ласку и нежность, – это прозвучало почти угрозой. – Мою заботу о тебе. Раз думаешь, что я мог бы так черство и безразлично относиться к тебе.

Кончик пера с нажимом скользнул ниже. Обрисовал линию под грудью, спустился между ребрами, к нежной коже на животе. Инстинктивно Леане захотелось свести бедра. Они даже дрогнули. Она с трудом заставила себя вспомнить правила игры, озвученные Ксианом. Не шевелиться. Принимать. Доверять.

– Я не… – попыталась было возразить Леана, уже стыдясь своего недоверия.

Ксиан накрыл ее губы кончиками своих пальцев. А затем поцелуем. Почти целомудренным. Только смял ее губы своими и тут же отстранился. И после него осталось ноющее сладкое ощущение того, что хочется еще, еще… Леана невольно разомкнула губы, буквально прося всем телом продолжить.

– Молчи. Ты все равно не смягчишь меня. Ты так красива сейчас, Леана… Так и жаждешь большего. Интересно, через сколько ты сорвешь голос от сладких стонов в моих руках?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 65

Леана прикусила губу. Ведь кожей чувствовала, как Ксиан упивается каждым стоном. А они становились все громче, все раскованнее. Ведь перо скользило как-то изощренно. Тугое, с плотным стержнем и длинными гибкими ворсинками, оно и правда не щекотало. Скорее, дразнило. То по ореолу соска, то по самой его вершинке, заставив всхлипнуть от острого наплыва желания. То по ноге вверх, по чувствительной внутренней стороне бедра, когда больше всего на свете хотелось их сдвинуть.

Леана не выдержала, дернула ноги друг к другу. Ксиан тут же зафиксировал их своим коленом. И в наказание перо прошлось уже по низу живота. Там, где чувствительнее всего. Возбуждением прошило до вскрика, до поджавшихся в бессильном спазме пальцев. Больше было не сдержать ни стона, ни мольбы с губ.

– Ксиан! Пожалуйста! Хватит! – Леана сама не узнала свой голос сейчас, такой ломкий, пронзительный.

Она беспомощно царапнула пальцами шелковую простынь. Если бы смогла ухватиться за ткань, та непременно треснула бы. Но скользкий шелк не оставил такой возможности. Леану выгнуло всем телом. Глаза были завязаны, но она была готова поклясться, что от возбуждения увидела сполохи под сомкнутыми веками.

Все прекратилось. Только тихо зашуршало в стороне. И без того сбитое дыхание Леаны сорвалось. Ведь она поняла, что Ксиан перебирает какие-то предметы в шкатулке.

– Что ты задумал? – голос невольно задрожал.

– Все еще спрашиваешь… Все еще не научилась доверять, несносная девчонка, значит, нужно продолжить с тобой… – судя по голосу, Ксиан не злился, а просто торжествовал, упивался властью над Леаной.

Он продемонстрировал это, склонившись над ней. Его горячие губы обхватили сосок, язык ловко обвел его, заставив Леану застонать от удовольствия. После изощренной ласки пера это было просто блаженством: ощущать настоящее, весомое касание.

Желание стало уже болезненным. Каждая клеточка в теле плавилась, сходила с ума, а кости, казалось, выламывало. Хотелось изогнуться больше, чем до предела, потереться, обвить собой. Но Леана помнила приказ. И лишь отчаянно царапала пальцами постель, не смея коснуться. В полной темноте, в полной власти Ксиана.

Он отстранился, а вместо его губ груди коснулось что-то холодное. От контраста перехватило дыхание. Холодок скользнул дальше, и по тихому позвякиванию Леана поняла, что в руке Ксиана тонкая цепочка – из тех, что на Земле порой используют как ручки для сумок. Гладкие звенья змеились по разгоряченной коже, и тело попросту прошивало дрожью. Грудь, живот, бедро… А после пальцы Ксиана оказались внизу живота, и Леана ощутила что-то другое. Уже не металл. Совсем не металл. Она инстинктивно дернулась, вжалась в кровать, ощущая нечто гладкое в пальцах Ксиана. Похожее на… шарики. Как в одном фильме для взрослых, который Леана однажды посмотрела.

«Черт, нет, нет, в этом мире не может быть всяких игрушек с вибрацией!» – попыталась она успокоить себя. Но и без вибрации легче не стало. Ведь гладкая бусина скользнула по нежнейшей, скользкой от влаги коже.

– Это жемчуг, – сказал Ксиан. – Я же должен баловать тебя, моя драгоценная?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 66

– Мне стоило бы ввести в тебя эти жемчужины. Одну за другой. И заставлять тебя считать, чтобы ты сама догадалась, сколько их уже внутри. А если ты собьешь, то мы всегда можем начать сначала.

Ксиан говорил это с изощренным удовольствием, почти мурлыча,