Командный игрок - Екатерина Петровна Шумаева

нет слов! – смеется подруга. – Но, судя по твоим рассказам, ребята хорошие. И мне кажется, вы с Костей должны поговорить сегодня. Не будь упрямой. Даже я поняла, что он иногда тормозит, хотя никогда его не видела. Но он старается, ведь уговорить двоих друзей пойти к девушке и пересадить цветы дорогого стоит. Пусть даже она любит футбол.

– Костя говорит, что это потому что он командный игрок. И все вместе они составляют команду, – отвечаю я и смотрю на облака.

– Теперь ты тоже командный игрок. И когда ты нас познакомишь?

– Завтра? – удивленно спрашиваю я.

– Договорились, – улыбается Арина. – Но поговорить вам нужно! И сделайте это сегодня. А теперь – в кино, а то мне кажется, что мой крем с SPF перестал действовать, и я обгорю.

Фильм был классный. Обожаю романтические комедии, в которых герои пытаются найти пути друг к другу, а еще попадают в забавные ситуации. Мы поплакали и посмеялись, а теперь сидим в ресторанчике с самым вкусным «Наполеоном» в мире. Сделав заказ, мы попросили принести десерт в самом начале, ведь только ради него и пришли сюда. А салаты и пиццу уже потом. Только съев десерт первым, можешь почувствовать весь его вкус. Это тоже наша традиция. Нет ничего важнее десерта!

Выговорившись, я чувствую огромное облегчение, хоть Арина и обиделась, что я так долго скрывала перемены в своей жизни. Правда, у нее тоже была сессия, потом практика, и мы мало общались этим летом. Ариша рассказала, что ей понравился парень с практики, и теперь они переписываются. Но она очень переживает, что тот не зовет ее на свидание. Я уговорила подругу сделать первый шаг, рискнуть, хотя это не в ее стиле. Но общаться с ураганом из футболистов еще совсем недавно было тоже не в моем стиле, а теперь все изменилось. Правда, мне так не хватало этих обычных девчачьих посиделок! Хорошо, что день рождения Арины мы неизменно проводим вместе последние десять лет. И никакая комета не могла бы отменить наши планы.

Мы обсуждаем новый учебный год, и Арина говорит, что вряд ли сможет приехать зимой. Я сильно расстраиваюсь. Когда она вернулась, хоть и всего на пару недель, я почувствовала себя как раньше. Но оказывается, ее родители собираются продать квартиру. Ту самую, в которой мы провели сотни вечеров. А значит, теперь Арине будет некуда возвращаться. Бабушка уже продала дачу и переезжает с ними. Значит, тут остаюсь только я.

Конечно, сейчас не нужно заводить голубя, чтобы отправить письмо, но меня очень печалит то, что в этом городе ее больше ничего не держит. Ладно, мы же взрослые (хоть, по мнению моих родителей, нет), и можем ездить в гости друг к другу. А еще есть социальные сети и мессенджеры, настоящей дружбе не помеха даже расстояние. Мы учились вместе с первого класса, что нам какие-то города?

От грустных мыслей меня отвлекает звонок мамы. Я выхожу из-за стола, выбегаю на улицу, чтобы музыка в ресторане мне не мешала, и отвечаю:

– Да, мам! Мы с Ариной ужинаем, – сразу говорю я, чтобы она не волновалась. Смотрю на время – всего девять.

– Это замечательно, а ты скоро вернешься домой? – загадочно спрашивает мама.

– Как обычно, а что?

– Тут к тебе пришел какой-то мальчик, и это не Костя, – отвечает мама почти шепотом. – Я сказала, что ты гуляешь, он говорит, что подождет. Сидит на лавочке возле подъезда, разговаривает с бабой Галей. Я бы впустила его к нам, но, боюсь, папа будет против. Может, вернешься домой чуть раньше?

– Я постараюсь, мам, – вздыхаю я и отключаюсь.

Спрашивать бесполезно: это или Макс, или Никита. Но что им нужно? И почему это не Костя?

Я возвращаюсь за стол в раздумьях. Десерт уже принесли, и Арина, не дождавшись меня, начала его есть. Никаких обид, я бы сделала точно так же! Потому что это лучший «Наполеон» в мире (а я пробовала много разных), и он вне всякой конкуренции.

– Что случилось? – спрашивает подруга, рассматривая меня.

– У меня во дворе сидит или Никита, или Максим. Ждет меня. Зачем – непонятно. Есть еще полтора часа, посидит. А пока я хочу насладиться десертом.

– Иди, – вдруг выдает Арина. – Я попрошу, чтобы тебе положили десерт с собой.

– Нет, – возражаю я и не двигаюсь с места. – Сегодня – твой день рождения, и я проведу его с тобой, как и планировала. Тем более ты приехала всего на две недели.

Я умалчиваю об остальных фактах, чтобы не расплакаться. Но Арина понимает меня без слов: на то она и лучшая подруга.

– Имениннице отказывать нельзя. А это мое пожелание. Меня не переспоришь. Можно только остаться без десерта, – Ариша отодвигает от меня тарелку и подмигивает. И я сдаюсь.

– Уговорила. Но мы же увидимся завтра?

– И послезавтра, и вообще за эти две недели я тебе так надоем, что на вокзале ты будешь плакать не от грусти, а от счастья, что я, наконец-то, уехала! – смеется подруга.

Когда Арина выходит из ресторана, чтобы проводить меня, я обнимаю ее и говорю:

– Спасибо! Ты самый лучший друг на свете.

– Приходится держать марку, а то у меня жесткая конкуренция. До завтра?

– До завтра. Я позвоню, как проснусь.

У своего дома я вижу, что на лавочке сидит Макс и разговаривает с девочкой из соседнего подъезда. Она не училась в нашей школе, и мы не знакомы, я только вижу, как по утрам она выходит из дома. Мы даже не здороваемся. Но это же Макс! Как говорили его друзья? Он дружит со всеми девочками, с которыми успевает познакомиться. И тут успел найти подругу, пока я ехала из ресторана. Сколько прошло времени? Минут двадцать?

– Привет, – сухо здороваюсь я, когда дохожу до них.

Макс поднимает глаза и встает.

– Крис! Привет! Познакомься, это Эмилия, она живет в соседнем подъезде. А это Кристина, девушка моего друга, про которую я говорил.

«Про которую я говорил», – сказал Максим, который сидит тут от силы тридцать минут. Что еще он успел рассказать? И когда? Они же только что познакомились! И сколько времени на это ушло? Минуты две? Видимо, только мне, чтобы разговориться с новым человеком, нужен как минимум месяц. Костя – исключение.

Я рассматриваю свою соседку. На ней черные лосины, светлая футболка, ее волосы цвета горького шоколада собраны в высокий хвост, а глаза как сапфиры. Нет, они не голубые, а именно насыщенно-синие, и я невольно задумываюсь: может, это линзы? Потому что таких глаз не бывает.

– Очень приятно, – произношу я, когда Эмилия встает и берет свою сумку.